Чтение онлайн

— Не понимаю, о чём ты.

— Чувак, хочешь пива? — спрашивает Макс Финна, направляясь на кухню за добавкой, где Жюльен и Рори разговаривают с одной из коллег Джози. Мой подвыпивший мозг замечает, что он до сих пор не нагружает свою ногу полностью, как и в прошлый раз, когда я его видела.

Я пробираюсь через всех и сажусь на только что освободившийся диван.

— Веди себя прилично, — говорю я Финну без предисловий.

Он смеётся, и мне ненавистно, что это делает с моим нутром.

— Это ты сегодня ведёшь себя странно.

Я даже не могу это отрицать.

— Просто будь нормальным.

— Как и сказал. Я нормальный.

— Нет, ты смотришь на меня, как будто… — я размахиваю стаканом, — не знаю, как будто хочешь меня сожрать.

— Забавно, — тихо бормочет он, так тихо, что это скорее ощущается, чем слышится. Его язык скользит по губам, и когда его взгляд скользит по мне, моя кровь превращается в сироп. — Потому что именно это я и хочу сделать.

Вся нижняя половина моего тела тает, как воск от пламени, и я ёрзаю на диване, надеясь, что смогу снова принять форму устойчивого человека. Из кухни доносится смех Макса с одной из подруг Джози, и это возвращает меня в реальность.

Финн приподнимает брови, затем откидывается на подушки, на секунду глядя куда-то позади меня.

— Кажется, я влюблён в твоего брата.

Я сдерживаю улыбку. Финн даже не знает и половины того, что делает Макса таким потрясающим.

— Забавно, но это не первый раз, когда я слышу такие слова из уст друга.

— Это справедливо, что он высокий, смешной и крутой?

— Прилагательные, которые описывают только моего брата, и уж точно не меня, даже чуть-чуть.

— Ты, Ава Монро, — он убирает прядь волос за моё ухо, и кончики его пальцев на мгновение задерживаются у моей шеи, — не поддаёшься описанию.

И вот опять — моё сердцебиение находит дом где-то между ног. Я глубоко вдыхаю и спрашиваю:

— О чём вы вообще болтали?

— О местах, где я жил, где мы оба бывали, куда хотим поехать. Я, кажется, даже смотрел некоторые его видео ещё до того, как встретил тебя. — Он наблюдает, как я кружу лёд в стакане. — Может, поэтому он мне нравится. Чувствую себя в присутствии знаменитости.

— А я что, кусок грязи?

Он вздыхает от моей капризности, но улыбается с нежностью, когда я продолжаю:

— Хотя ты прав. Макс — что-то особенное.

Вокруг нас кипит вечеринка, но здесь, в этом маленьком уголке пространства, всё замерло. Он изучает меня, тщательно подбирая слова.

— Ты знала, что всё на этой планете сделано из звёздной пыли? Ты, я, этот диван. Всё. Но мы часто об этом забываем. — Его взгляд рассыпает статические разряды по моей коже. — Но я никогда не забываю, что ты пришла из звёзд, Ава.

Мой голос тих.

— Ты должен перестать говорить такие вещи.

Макс возвращается и плюхается между нами, отбрасывая меня назад.

— Какие вещи?

— Ничего, — хором отвечаем мы с Финном.

— Ты издеваешься над моей сестрой? — На долю секунды Финн, кажется, думает, что он серьёзен, но затем Макс пожимает плечами и добавляет: — Я надеялся присоединиться. Это одно из моих любимых занятий.

— Думаю, ты уже знаешь, кто тут главный задира, — тихо говорит Финн, принимая пиво от Макса, который громко смеётся. Меня тоже вот-вот прорвёт на смех, но совсем по другой причине.

Макс наклоняется вперёд, чтобы поговорить с кем-то через журнальный столик, а я за его спиной шепчу Финну:

— Тебе не нужно притворяться, что тебе нравится пиво, когда он рядом. Просто попроси что-то другое, если хочешь.

— Мне нравится пиво, — неубедительно говорит он, отхлёбывает из бутылки и едва скрывает гримасу.

Макс выпрямляется и оглядывает комнату, будто что-то ищет.

— Так, мне обещали караоке. Почему никто не поёт?

Финн снова ловит мой взгляд и говорит:

— Видишь? Я знал, что он мне нравится.

— Перед тем как начать, у меня вопрос. — Макс бросает мне ухмылку, и по озорному блеску в его глазах я понимаю, о чём он спросит, потому что мы играем в эту игру с тех пор, как нам разрешили пить. — Моя сладкая, сладкая сестрёнка, сколько времени?

Я издаю звук, который, возможно, смех, но легко может быть и стоном.

— Думаю, время шотов.

Джози, конечно же, уговаривает меня выступить с ней. А когда в дело вступают шоты от Макса, меня и вовсе не нужно уговаривать.

Я открываю глаза, закончив особенно эмоциональную балладу, которая действительно демонстрирует мой вокальный диапазон. Мой диапазон, надо сказать, крайне невелик, но я его продемонстрировала. Кто-то свистит с кухни, Рори аплодирует с дивана, будто сидит в первом ряду O2 Arena, а Финн издаёт странный звук со стола в столовой, прежде чем уронить голову в руки.

Алина с подругой встают петь Долли Партон, а я сажусь на стул рядом с Финном. Через пару мгновений он поднимает на меня глаза, с влажными от смеха глазами, и я думаю, не предложить ли ему салфетку.

— Боже мой, — наконец говорит он, и последнее слово разрушает хрупкие остатки его самообладания, отправляя его в новый приступ смеха. — Это изменило мою жизнь. В самом худшем смысле. Серьёзно, теперь я полностью понимаю, почему ты не хотела, чтобы я пришёл на вечеринку.

Я показываю ему средний палец, что только заставляет его смеяться сильнее.

— Пошёл ты, я не вижу, чтобы ты брал эти ноты.

— Скажи мне, — Финн снова смотрит на меня, смех прорывается из него отрывистыми всплесками, пока он тщетно пытается взять себя в руки, — когда ты сталкиваешься с мелодией, ты обычно воспринимаешь её как строгий набор правил или скорее как расплывчатое предложение?

Макс проходит мимо нас по направлению к туалету, и Финн спрашивает его:

— Ты это слышал?

— Это одна из её лучших песен, к сожалению. Ты забываешь, что мы выросли в одном доме.

— Это, — я указываю между ними и качаю головой, — не должно происходить. Вам нельзя объединяться против меня. Я только что обнажила душу. Проявите уважение.

— Может, тебе стоит проявить уважение к моим ушам, — говорит Макс и быстро уходит, прежде чем я успеваю парировать.

Финн смотрит на меня с улыбкой, от которой мой пульс бешено скачет. Но тут раздаётся звонок домофона, и я смотрю на дверь, чтобы понять, кто пришёл.

— Это Дилан, — говорю я, и мы оба встаём, хотя ни один из нас пока не делает шаг вперёд. — Я пригласила её в последний момент.