Чтение онлайн

— Так и есть. — Когда его плавки с тихим шорохом падают на пол, и я осознаю, что это значит, мысли путаются, словно я бреду сквозь густую грязь. — Но у меня свидание, о котором я вчера говорила. — По ту сторону двери движение затихает. Несколько секунд тишины, прежде чем я добавляю: — Джейкоб увлекается скалолазанием, или боулдерингом, или как там это называется, и я присоединюсь.

— Когда ты говорила, что хочешь проявить интерес к его хобби, я не думал, что ты имела в виду лазанье. — Он снова начинает двигаться. — Говорю с добром: удачи.

Я утыкаюсь лбом в стену со смехом, даже не пытаясь изобразить обиду.

— Она мне нужна. Больше для поддержания этой новой личности, чем для имитации спортивности. И это о многом говорит.

— Например?

— Я была крайне вежливой и покладистой с ним, и мне нужно продолжать в том же духе.

— Я говорил: не надо притворяться. — С той стороны слышится звук застёжки-молнии. — Мягкость и вежливость не сработают.

— А я говорила, что хочу чего-то простого. Без драмы. Хочу посмотреть, на что способна, если расслаблюсь, а в данном случае расслабиться значит притвориться. Кто знает, может, если долго изображать, я навсегда стану милой Авой.

Я улыбаюсь, но дверь открывается, и Финн будто натягивается, как струна. Лоб в морщинах, губы сжаты, плечи напряжены, когда он смотрит на меня.

— Перестань, — тихо говорит он. — Всё в тебе так, как должно быть. Я уверен.

Его внезапная серьёзность выбивает меня из колеи. Она и притягивает, и отталкивает одновременно, будто выбрасывает в космос, перегружая тело. Мне не нравится, как напряглись его черты, и я позволяю моменту растянуться между нами, пока он не уляжется.

— Ладно, — киваю я.

— Ладно, — повторяет он, и лёгкая улыбка разглаживает его лицо. Когда улыбка растёт, я тоже расцветаю, как бутон, почуявший весну. Несправедливо, что он может так на меня влиять, а я приношу ему лишь тучи.

После слишком долгого молчания я распускаю волосы и собираю их в хвост, а Финн бросает взгляд на мою шею.

— Ярлык остался на топе, — замечает он. — Дай я...

Я тянусь к заднику шеи и дёргаю ярлык, но отрываю только картонку, оставляя пластиковую основу.

Его выражение меняется, как в старом стоп-кадре: смех, нежность, раздражение, и снова. Каждое из них слегка сжимает моё сердце.

— Как я и говорил, — продолжает он с блеском в глазах, — дай помочь.

Я отбрасываю волосы на плечо и встаю перед ним, глядя на бассейн и сосредотачиваясь на пловцах, чтобы не думать о его пальцах на моей спине.

— Прости, — тихо говорит он после нескольких осторожных попыток. — На руках крем, и он не... — Тёплые пальцы скользят по коже, и дыхание перехватывает. Он продолжает ровно: — Придётся использовать зубы.

Зубы. Даже слово обжигает. Оно перекусывает мою решимость, и я киваю.

Одна рука ложится на шею, другая придерживает ткань, и когда он наклоняется, всё моё существо сосредотачивается на точке, где его дыхание касается кожи. Он пахнет летом — кремом от солнца, хлоркой и смехом на солнце. Или, может, лето просто пахнет Финном.

Я борюсь с желанием закрыть глаза, и тело кричит, чтобы я насладилась этой близостью, хоть и мимолётной. Он такой плотный, такой здесь, за моей спиной, что кажется, будто он везде, и куда бы я ни повернулась, он бы поддержал без колебаний.

Раздаётся рывок и щелчок, и я понимаю, что он закончил, но он задерживается у основания шеи на мгновение, затем на два. Не могу сказать, пальцы это или губы коснулись кожи, но затем он отстраняется, делая медленный выдох.

— Мой герой, — легко говорю я, хотя сердце колотится так, что, кажется, он это услышит.

Я оглядываюсь как раз вовремя, чтобы поймать на его лице тень чего-то похожего на боль, прежде чем он прочищает горло и возвращается к беззаботности.

— Ну да, это я.

— Пойдём к остальным?

Он жестом предлагает мне идти первой, и по пути в кафе я вдруг вспоминаю, куда скоро отправлюсь, и открываю рот, чтобы поделиться страхом перед скалодромом, но Финн спрашивает.

— Так что нужно, чтобы заполучить свидание с Авой Монро?

— Что-то вроде этого, наверное. — Я открываю переписку с Джейкобом, чтобы показать, но случайно нажимаю на голосовое сообщение. В нём смеётся Джейкоб, и это не заставляет меня чувствовать себя распускающимся цветком, но звук приятный.

Я прокручиваю до первых сообщений и наблюдаю, как губы Финна шевелятся, когда он читает.

— Ты выглядишь мило. — Солнце, должно быть, прячется за тучи, потому что на его лицо падает тень. Он возвращает телефон и, прежде чем мы присоединяемся к остальным, касается моей руки так легко, что это всё равно обжигает. — Эй. Будь собой с ним. Пожалуйста.

— Может быть. Буду держать в курсе.

Он смотрит так, будто видит хаос эмоций в моей голове.

— Я подожду.

— Ты говорил это вчера.

— Потому что я умею ждать.

Голос Жюльена разрывает напряжённость, мы снова смеёмся с друзьями, и мне удаётся отвлечься на эту лёгкость, чтобы игнорировать боль в груди. Хотя бы ненадолго.

Я читаю тебя как открытую книгу.

Ава

Пока что встречаться с Джейкобом — успех. Конечно, у нас было только одно свидание, и да, мне пришлось притвориться, что я подвернула запястье, чтобы не лезть на скалодром, но он считает меня очаровательной, а это именно то, чего я хотела.

Рядом с ним у меня не возникает ощущения, будто голова вот-вот взорвется. У меня не сводит живот от нервных бабочек, когда он на меня смотрит, и уж точно я не чувствую ноющую боль за ребрами, когда представляю, как изменится моя жизнь, если мы расстанемся. Кроме усилий, которые требуются, чтобы казаться добрее, чем я есть, всё просто.

Надеюсь, сегодня он будет меньше говорить о скалолазании и больше — ну, о чем угодно другом, потому что сегодня мой черед выбирать, чем мы займемся. Я отправляю ему сообщение, чтобы уточнить время встречи, и, пожалуй, впервые в жизни Финн застает меня улыбающейся самой себе на работе.