Чтение онлайн

– Да ты старая, видать головой совсем тронулась, - и я, как бы в порыве искреннего возмущения, развел руками. – Ты когда затылком о стену билась, ничего там себе не стряхнула? Может, вместо себя Аришку посадишь? Она на вид гораздо более вменяемая.

– Я б посадила, да она, шалава бестолковая, за бесплатно всё отдаст. Лишь бы, кое-кому в штаны руки запустить. – Возмутилась бабка. – А мне о деревне думать надо. Так, что хрен тебе на постном масле.

Я автоматически взглянул на стоящую рядом девушку, та в ответ, посмотрела откровенно вызывающе. Настолько нагло, воткнулась в меня взглядом, что я не смог его выдержать и отвёл глаза.

Чует моё сердце, что весь этот спектакль с постиркой моего костюмчика и внезапным вожделением девушки, был лишь прелюдией к этому торгу.

Бабка ехидно добавила.

– Рупь пятьдесят и ни центом меньше. – И скрестив руки на груди, отвернула сморщенное лицо в сторону болота.

– Пора тебе Блоха съезжать отсюда, не то тина окончательно заселится в твою седую голову и будешь вместо уточек лягушек разводить. – Прошипел я. – Соберись ведьма, и подумай вот о чем – на черта мне твои прановские восстановители если у меня ещё источник не открыт? Тем более за рупь пятьдесят копеек штука? Ладно бы за рупь или хотя бы за рупь десять.

– Откроешь, куда ты денешься? И потому, хрен тебе, во всё твое кривое рыло. – Взъярилась старуха. – Меньше чем за рупь сорок не отдам, хоть режь меня хоть насилуй. Всё равно будет рупь сорок.

– Хорошо, рупь сорок так рупь сорок. – Хмуро согласился я и злодейским голосом, каким разговаривал агент Смит из фильма «Петля времени», добавил. – Сейчас кое-кто, за эти рупь сорок, кровью умоется.

И развязав шнуровку залез в рюкзак к Кавке. Зацепив свёрток с рахат-лукумом, я вытащил его на свет божий и бросил на чурбак, рядом с бабкиными зельями.

– Восточные сладости из кондитерской мадам Сюзанны, что лично печёт пирожное ко двору нашего мудрого Владетеля. – На распев, с мерзкой улыбочкой и похабными причмокиванием, прорекламировал я.

На зрителей моя пантомима вкупе с двухкилограммовым пакетом произвела неизгладимое впечатление.

Блоха, воткнувшись взглядом в сверток, поёжилась и дёрнулась вперёд. Сладости старуха любила безумно, до помутнения рассудка. Вяшка, навалившись на бабку сбоку, что-то жарко зашептала ей в ухо. Видать успокаивала. Аришка присела к ним на лавку и тоже впилась взглядом в свёрток.

– Напомню, что сахар, в две тысячи сто пятидесятом третьем году от рождества Христова, Парижской конвенцией по противодействию наркотикам, был признан веществом, вызывающим стойкую зависимость. А оттого, и цены на него подлетели в три раза. – Продолжая нести чушь, я достал из чехла нож и, развернув сверток, оттяпал небольшой кусочек.

– Что? – Переспросила бабка.

– Да ничего, - я отмахнулся рукой. – Говорю – пробовать будете?

– Конечно, будем! Будем внучок, будем. – Расплылась в улыбке бабуля.

Я даже удивился слегка. Что это её так, от вида рахат-лукума потряхивает? Не ела его, что ли некогда? Впрочем, может и ела да забыла уже? Кто им сюда, на их вонючее болото, рахат-лукум потащит? По всему выходило, что кроме Кавкиной мамки, никому это и в голову не приходило.

– Будем-будем, конечно, будем. – Плотоядно вереща, ведьма потянула свою сморщенную клешню к сладости.

– Эн нет бабуля, только ни тебе. – И схватив чурбан, я отодвинул его подальше от загребущих ведьминых рук. – Боюсь, что у тебя, от неземного блаженства, что заключено в этих маленьких кусочках, окончательно крышу снесёт. С кем я тогда торговаться буду? Ну-ка, Аришка, открывай рот.

И я протянул кусочек девушке. Аришка, встала со скамейки, сделала шажок, изогнулась всем телом вправо, затем повела бёдрами влево, замерла на мгновение и, оттопырив задницу с одновременной демонстрацией сисек, медленно присела перед чурбаком. Открыв ротик, она словно в предвкушении закрыла глаза и поймала губками мои пальцы.

Возможно, в её деревенском представлении, она вела себя весьма эротично и крайне возбуждающе. Чем, подозреваю, хотела ввести в замешательство богатенького городского паренька и сбить цену. Только вот тогда, не надо было открывать так широко рот и показывать свои острые как у пираньи зубы.

Моя буйная фантазия, сыграла с планом местной красавицы злую шутку. Как только её рот сомкнулся на моих пальцах, в моём мозгу сразу нарисовалась пропитанная трешем картинка. Где бритвенной остроты зубы резко смыкаются и начисто срезают мои фаланги, а затем Аришка сглатывает их и они, медленно съезжая по глотке перемещаются в желудок. Я даже головой встряхнул, чтоб прогнать это кошмарное видение.

– М-м-мы, - протянула Аришка. И облизав на прощанье мои пальцы, отстранилась. – Вкусно-то как. Хочу ещё.

Ведьму это заявление чуть до кондрашки не довело.

– Дай внучок, дай скорее я попробую. – Отпихнув Аришку, тянула она свои клешни. Вены на них вздулись, пальца мелко дрожали.

Но я был как скала, как железный дровосек, как танк.

– Даже и не подумаю, - крайне поскудно ухмыльнулся я. – Двадцать бутыльков восстановления и не одним меньше. – Затем, взглянув, на вытянувшееся лицо старухи добавил. – Двадцать – это столько же, сколько у тебя пальцев, на руках и на ногах.

– Да лучше бы ты сдох вчера. – Гаркнула ведьма и вытянула вперёд свои ладошки. – Я же тебя вот этими вот руками выхаживала, можно сказать из могилы вытащила. И вот она, благодарность. Заслужила, бабушка. Получи сполна. Ну-ка давай сюда этот твой трахат-лукум или я за себя не ручаюсь.

Закончился торг, лишь через пару часов. И то только потому, что забоявшись ведьминого инфаркта, я пошёл на поводу у этой престарелой сладкоежки.

Хотя и так, грех жаловаться. Я под чистую сбагрил ведьме все запасы из Кавкиного рюкзака и леденцы из своего, выторговав у старухи практически всё, что она имела на данный момент.

Два десятка зелий восстановления здоровья, два десятка бодрости, тридцать восстановления праны, четыре амулета для очищения воды, у болотников они считаются самыми качественными в Сабарии, и шесть для отпугивания мелких монстров – это если придётся в лесу ночевать. Так же, я вытряс из ведьмы, шесть бутылей первоклассного противоядия, три амулета ложного следа и два на улучшения ночного зрения.

В общем втарился настолько плотно, что мой бокс для хранения зелий был забит под завязку. Чего, надо признаться, не случалось со времени его изготовления.

Попив на дорожку чайку и получив в подарок огромный кусок подкопчённого Боу мы, совсем уж было, собрались выходить, как ко мне подскочила Аришка.

— Это тебе Дуда. – И она протянула мне деревянный кулон на кожаной тесёмочке.

Я взял подарок.

– Ты очень хорошая девчонка Аришка. – Пробурчал я, разглядывая подарок. – Но у меня уже есть девушка.