Чтение онлайн

Но, я не стал продолжать эту атаку, а кинулся дальше, за спину сковавших друг друга копейщиков. Уклоняясь от очередной запущенной Костылём сосульки, нырнул вперёд, кувыркнулся через голову и, очутился как раз перед испуганным лицом мага. Ещё даже не выпрямившись, зло оскалился и рубанул его ножом. Наотмашь, поперёк лица. Лишь в последний момент сдержал руку и не стал разваливать Сашкину голову надвое. Но и не сказать, что совсем царапину пробороздил. Знатно полоснул. Костыль взвизгнул, что поросёнок, и жалобно заскулил, так как остался без глаза, с двумя носами и со щекой, через которую легко просматривались зубы.

Я ещё хотел ему по ноге чиркнуть, чтоб окончательно вывести его из драки, но не успел, так как мне в спину ударило копьё. Хорошо, что Рохля, не успел нормально замахнуться и вдарил им на противоходе, как палкой, но зато от души, с размаху. Боль была такая, словно у меня под лопаткой взорвали гранату, что попадаются в дальних бастионах. В глазах полыхнуло, всё заволокло искристыми огненными всполохами, а из груди вырвался хрип. Я рыкнул и, перелетев через всхлипывающего Костыля, покатился по траве.

Где-то сзади, тонко и на одной ноте завизжала Кавка.

– А-аааа! Павлик! А-ааааа!

«Какой ещё, на хрен Павлик»? – Удивился я.

Но дальше удивляться не смог. Так как, не успел я встать, как подскочивший Рохля попытался воткнуть мне в грудь остриё копья. Я сбил его ножом в бок, и оно по инерции глубоко ушло в землю. Не теряя времени, я словно каракатица, по-прежнему сидя на земле, двумя мощными толчками отпрыгнул назад и вскочил на корточки. А вот в стойку встать не успел.

Немного не успел. Подбадриваемый рёвом Чертополоха, Рохля прыгнул вперёд и всадил мне копьё в бок. Словно вилы в стог с сеном воткнул. Мощно, размашисто. От души. Так расхваливаемый дядькой Прохором костюмчик не выдержал и, мне в тело, вошло жало копья. Схватившись левой рукой за древко, я взглянул на Рохлю. Тот в ответ оскалился. Я взмахнул ножом пытаясь не то, что нанести увечья, а хотя бы отогнать этого гада, чтобы успеть выдернуть из своего бока наконечник.

Но не получилось, Рохля лишь головой чуть дёрнул и оскалился ещё поскудней.

Дьявол побери эту долговязую сволочь. Нет ничего хуже, чем пытаться сдёрнуть своё тело с копья, кода этому противостоит, вот такой вот длиннорукий и сильный боец.

Я попытался отскочить назад и тем самым соскочить с железяки, но Рохля, чутко следивший за моими движениями, усилил нажим и не позволил мне этого сделать. Да я и сам уже опасался – если продолжу дальше отпрыгивать, то могу споткнуться, об какую-нибудь подвернувшуюся под ноги кочку и упасть на спину, а там всё. Подняться мне Рохля уже не даст. И не будет больше на земле замечательного парня Дуды. Закопают его где-нибудь вон под теми берёзками, а его хитропопой сестрёнки, к гадалке не ходи, придётся стать приживалкой. Мать, на пару с тёткой Ангелиной сопьются и, фамилия Дудиных, выпадет из книги жизни.

Ну, уж нет!

Собрав последние силы, я прохрипел просьбу Маре и, чуть наклонившись вперёд, метнул в Рохлю нож. В голову не решился, слишком уж велик был шанс, что он увернётся. В грудь тоже, там болталась медная накладка, и я метнул нож в правое плечо.

Когда в тебя кидают нож с расстояния в один метр, увернутся трудно, хотя Рохля и пытался. Но не получилось у него. Тесак – в котором, специально сместили центр тяжести, вошёл чуть выше подмышки.

Правда эффект вышел не совсем таким как я ожидал. Я-то думал, что Рохля рухнет на землю и будет реветь от боли и биться в конвульсиях, ну или на крайний случай отпустит древко копья и попытается вырвать нож, чем я и воспользуюсь.

Но ничего этого не произошло.

– Сука! – Прорычал Рохля и хотя, по его руке, вниз, рванул алый ручей, ещё сильнее надавил на копьё.

Я как мог, пытался нивелировать его усилия, но моих сил явно не хватало. Картинка перед моими глазами начала сереть – над берёзами закружились кроваво-красные кляксы, а на небе появились багровые облака и с бешеной скоростью помчались куда-то за горизонт. А потом и вовсе, галлюцинации начались – в воздух, заслоняя собой небольшую тучку, взлетел Чертополох и, раскинув руки в стороны, наподобие аиста, направился к нам. Он бы пролетел мимо, если б не начал суматошно дрыгаться и беспорядочно размахивая конечностями. Вот и залепил – Рохли по затылку коленом, а мне кулаком по скуле.

Сотворив такое непотребство, он врубился головой в растущую в двух метрах сзади берёзку и стёк по ней на землю.

Рохля, получивший удар по затылку, вздрогнул, и повалился вперёд, ещё больше наваливаясь на копьё, от чего мне совсем поплохело, и я начал задыхаться. Удар Ромкиного кулака довершил дело, и полянка, которую я называл - «Дача», а Щепка – «Уголок туриста», поменялась местами с синим небом.

Впрочем, я не позволил себе потерять сознание и удержал – и копьё удержал, и навалившегося на него Рохлю.

Рухнув на травку и завалив Рохлю вбок, я шесть раз быстро вдохнул-выдохнул, а потом резко, словно червяк который пытается соскочить с крючка, подался назад выдергивая из себя наконечник копья.

И тут же, хоть кровавый туман и застилал мне глаза, я встал на одно колено и оценил поле битвы.

Чертополох всё ещё был без сознания. Рохля же, уже очнулся и попытался вытащить мой нож из своего плеча. Бульдозера нигде видно не было.

Я же, пошатываясь встал и полной грудью вздохнул, загоняя в лёгкие побольше кислорода. К нам подошли Кавка и слегка смущённый Чудовище.

– Я Дуда не мог сразу, я это… – загнусавил он.

Но я слушать не стал. Повернувшись к Кавке, приказал.

– Ну-ка, вали отсюда.

— Это ещё почему? – Удивлённо фыркнула она и ткнула в брата пальцем. – Если что, это я его позвала.

Я не стал спорить, лишь плечами пожал. Действительно, что это я до неё докопался, пусть делает что хочет.

Рохля уже наполовину вытащил нож, когда я к нему подошёл. Лицо его было покрыто берсерками пота, а трава вокруг была залита кровью. Чертополох сослужил ему плохую службу, когда влепил коленом по затылку. Рухнув лицом вперёд, Рохля сам вогнал немаленький тесак себе в плечо, прямо по самую рукоятку.

– Давай помогу. – Предложил я.

– Э-ээ… - Замычал он в ответ. Потом тихо попросил. – Я сам, я сам.

– Да не ссы ты – усмехнулся я.

Нагнувшись, я оторвал его ладонь от своего ножа, схватился за рукоять и резко рванул вниз, перерезая остатки мышц. Рохля, зарычал и, откинувшись в траву, принялся грызть зубами землю.

Я же, отвел его обвисшую руку в сторону и, подняв тесак, одним резким, но аккуратным ударом перерубил её возле плеча. Рохля взвыл и потерял сознание.

Кавка закашлялась и её вырвало.