Чтение онлайн

– Дед умер в 1887 году, - вынужден был «открыться» Герт, - а через год после него умерла бабушка Габриэль.

– Бабушка в 1888 году? – вскинулась Фике.

– Технически прапрабабушка, - усмехнулся Герт. – Но меня утомляет перечисление всех этих «пра-пра».

– Но, если Евгений Александр твой дед… - дожала Кьяра, у которой интеллект только что из ушей не капал. Из очень аккуратных, следует заметить, и очень красивых ушек, украшенных сережками с голубыми сапфирами.

– Давайте обсудим мою генеалогию как-нибудь в другой раз, - попробовал Герт соскочить с опасной темы, но ему не позволили.

– Нет уж, нет уж! – запротестовала Кьяра. – Я хочу получить ответ, и я его получу! Назовись, незнакомец! Мы требуем определенности!

– Кьяра, радость моя, не будь так жестока! – «взмолился» он. – Я ничем не заслужил этого акта мести. Девочки не дадут соврать. Я тебя не бросил и уехал только тогда, когда ты была уже вне опасности.

– Ладно! – махнула она рукой. – С этим мы разберемся позже. Но одну вещь ты сделаешь сейчас. Покажи перстень!

Пришлось показать.

— Значит, целый гранд-принц Боройской королевской линии… - сделала большие глаза та самая девушка, которая опознала его фамилию.

– Звучит как-то не очень, - поморщился Герт. – Ну, ладно бы еще просто принц. Но гранд-принц – это явный перебор. Да и отсылка к королевской линии, мне кажется, давно не релевантна.

– Как сказать, - покачала головой Фике. – Это кем же ты приходишься нашему императору?

– Никем, - усмехнулся Герт. – И звать меня никак. Я, Фике, из забвения вышел только ради Академии. Моя семья после мятежа не стремилась к публичности. Жили тихо, мирно и незаметно. Я первый за сто лет, кто нарушил традицию.

– И правильно сделали, что нарушили! – снова вступила в разговор «шибко грамотная» девушка. – Я Алиса де Вандом принцесса младшей ветви императорского дома. Я сегодня же пошлю письмо отцу. А он сообщит императору. Уверена дядя будет рад вам. Все-таки родня, пусть и дальняя.

«Не было у парня проблем, - поморщился в душе Герт, - пошел дурачок учиться в Академию!»

Готовясь к поступлению, он просто не знал о том, что, назвавшись Вейландом, заявил о себе, как о родиче императора. Ни в одном из тех документов, которые он читал, нигде не упоминалось это родство. В книгах про Боройскую фронду тоже, к слову, нигде не говорилось о родственных связях между домом Видонитов[24] и домом Дюрфор.

«Значит, не такая уж близкая родня, если все-таки родня, - решил он, наскоро обдумав ту ситуацию, в которую угодил, сам того не желая.
– И потом, между мной и Евгением Александром дистанция в пять поколений. О каком родстве, тогда, вообще может идти речь?»

– Неуверен, что знаком со всеми деталями этикета.
– сказал он вслух, пытаясь вывернуться там, где Судьба не оставила ему места для маневра, - А ну как допущу какую-нибудь глупость в присутствии венценосца?

– Спасибо, что напомнили, мой принц, - кивнула Алисия. – Я упомяну эту подробность в своем письме к отцу.

«Вот же стерва!»

– А можно без принцев и принцесс? – осторожно поинтересовался Герт, аккуратно продвигаясь в сторону Кьяры, вставшей несколько с краю от остальных девиц. – Я, например, Герт, и был бы рад оставаться для вас всех именно Гертом. Нам же учиться вместе!

– Лисетт, - представилась тогда девушка королевских кровей. – Согласна, это верное решение.

– Фике, - ухмыльнулась Виктория Церинген, присоединяясь к пулу.

– Екатерина де Бюкюа, - представилась вторая незнакомка. – Для вас, Герт, просто Трина, если не возражаете.

– Джина, - бросила ему Имажина, - но ты это и так знаешь.

– Кья? – спросил он сам, приблизившись, наконец, к Кьяре.

– Кья, - кивнула девушка, соглашаясь.

– А я тебе подарок привез, - шепнул он, чуть склонившись к девушке. – Красивый. Закачаешься!

Красивый, без дураков. Кинжал старой работы, один из тех, что он нашел на месте гибели каравана Евгения Александра. Сталь боройской магической ковки, в последний раз так создавали оружие более семисот лет назад. Тогда как раз в том самом пресловутом Нор-о-Айар умер оружейник Максимус Вейстер – последний в своем роду, - и секрет старой работы исчез навсегда. Теперь такое оружие редкость, но и ценится оно так, что многие заплатили бы за этот клинок сто тысяч империалов, никак не меньше. Впрочем, у Герта была теперь одна из самых богатых коллекций боройских клинков. А тот, что он решил подарить Кьяре за свое спасение, - она же не знала, что ему ничто не угрожает, - был женским, сделан именно под женскую руку и богато украшен красными камнями, гранатами, рубинами и турмалинами. Кроме того, рукоять и ножны были декорированы чеканными накладками из красного золота, то есть, вещь была не только достойная, имея в виду сталь и магию, но и красивая, одним словом, статусная вещь.

– Подарок — это хорошо, - шепнула ему в ответ Кьяра, - а то, что сбежал, плохо! Разве я не права?

– Возникли проблемы, - попробовал оправдаться Герт. – Я тебе потом все объясню, наедине.

– Посмотрим, - пообещала девушка, подарив вместо улыбки мгновенный оскал, тот самый, коронный, с каким она производила резкие атаки на кольцо соперников.
– Могу и не простить.

– А помиловать? – Вполне оценив, как интонацию, так и волчий оскал, спросил Герт, но продолжить флирт им не дали.

– Ладно вам ворковать! – неожиданно встряла в их тихий разговор Фике. – Надо идти устраиваться.

«Ревнует? – удивился Герт, уловив неповторимую интонацию ревности и соперничества, прозвучавшую в голосе девушки. – Кого к кому? Меня к Кьяре или Кьяру ко мне? Вот же! Не было печали!»

– Встретимся на обеде, - предложила принцесса Алиса, принимая ремарку Фике, как есть, то есть без подтекста.

– Отличная идея! – раздался знакомый голос от двери в здание. – Думаю, там мы все и окажемся, когда придет время. Голод не тетка, знаете ли.

– Привет, Йорн! – обернулся к парню Герт. – Рад тебя видеть живым и здоровым.

— Значит, через час в кантине, - подвела итог Кья, и, поздоровавшись с виконтом Атье, девушки направились в здание, так что через минуту перед корпусом они остались вдвоем: Герт и Йорн.

– Я не подслушивал, - виконт Атье, достал сигарету и закурил ее без спичек или зажигалки, просто кончик сигареты зажегся сам собой. – Случайный свидетель. Невольный, но заинтересованный.

– Да, мне пофиг, Йорн, - пожал Герт плечами, - случайный ты или специальный. Вольный или невольный, какая разница? Ты слышал. Есть вопросы, спрашивай. Если будет, что ответить, я молчать не стану.

– Ты ведь регистрировался в Дворянской Ложе?

– Без регистрации нет аттестации.

— Значит, всему тому, что ты рассказал, есть объяснение и подтверждение, - не вопрос, перечисление фактов.

– Именно так, - кивнул Герт.

– Но ваша семья вела уединенный образ жизни… - пыхнул сигаретой Йорн. Он не задавал вопросов, но и не перечислял известные факты. Теперь он рассуждал вслух.

– Мой прадед родился в горах Бергланда, - решил Герт добавить конкретики. – Портал его отца сработал нештатно, и они оказались едва ли не в сердце Бергланда, в семистах километрах от Дрё. Но это по прямой, а, если идти через горы, получается почти тысяча километров. Когда мой прадед вышел к городу, ему было двадцать, а его молодой жене Стефании – шестнадцать. Она принесла в семью титул баронов де Геер. Ее отец был командиром гвардии Евгения Александра, а мать - служанкой графини де Сен-Мор, моей прабабки Габриэль. Женщин в группе беглецов, как ты понимаешь, было немного, тем более молодых женщин. По этой причине случился мезальянс, но оно и к лучшему. Здоровая молодая кровь. Впрочем, это уже совсем другая тема. Они, я имею в виду прадеда и прабабку, поселились в Дрё, но позже переехали в Хазен, где Александр Вейланд устроился преподавателем младшей школы. У него не было настоящих документов, но в то время такой роскоши в провинции не было ни у кого. Ему поверили на слово, тем более что он умел не только читать и писать и знал не одни лишь четыре действия арифметики. Лет через десять он нашел работу преподавателя латыни в Аппе, и семья переехала туда. В общем, он боялся быть опознанным, потому что полагал своего отца государственным преступником, что, как ты знаешь, в то время являлось правдой.