Чтение онлайн

– М-да, берут нахрапом.

– Ну и что думаем, господа?

– А что тут думать? Сдать без боя новый дирижабль врагу? У меня сердце кровью обливается. В моем роду предателей отродясь не было и не будет. Надобно принимать бой.

– Василь Палыч, Вы?

– Я тоже за то, чтобы врезать им хорошенько!

– Игнат Михайлович?

– Буду драться! Без разговоров!

– Хорошо, господа. Решение на совете нами принято единогласно. Давайте решим, как навязать бой катайцам на наших условиях. Ежели помирать, так с музыкой. Времени на раздумья у нас немного.

Через некоторое время на мостике ‘Новика’ разгорелись дебаты:

– Не-не-нет, ни в коем случае! Игнат Михайлович, ваш вариант весьма для противника очевиден. Противник от нас только этого и ждет, когда мы выстроимся в оборонительную позицию. Это позволит им реализовать свое значительное преимущество. В таком случае мы бой сдаем катайцам еще пред его началом. Я против, Игнат Михайлович.

– А что тут можно предложить? В условиях четырехкратного превосходства противника? В наших стратегиях такого не писано.

– Предлагаю противопоставить нашему противнику наступательное маневрирование всеми нашими кораблями с выполнением стрельбы по плану. И с выгодного нам курса. Вспомните наши маневры во флотской школе. Там мы играли и такой вариант.

– Ха-а, это ж когда мы условного противника гоняли по всему полигону? За него тогда молодой Шуйский был?! Ха-ха, да, приятно вспомнить.

– Вот-вот. Энтот способ был бы тут к месту.

– Значит делаем так...

– Мой адмирал! – вошедший, уже знакомый нам, капитан в почтении поклонился.

Мужчина, уже одетый в парадный церемониальный костюм, держа в руках парадный меч цзянь, медленно повернулся и кивнул вошедшему.

– Тартарские корабли сдаются?

– Нет, мой адмирал. Они не приняли предложение о сдаче и отправили сообщение: ‘Мы принимаем бой. Идем на вы.’

Адмирал, ничего не ответив, подошел к восточной статуэтке с дымящими благовониями и склонился перед ней. Закончив, он с мрачным лицом, зло и резко шипя, произнес:

– Сегодня хороший враг. Тем хуже для них.

Сказав эти слова, Ван Шикай вместе с капитаном дирижабля стремительно вышел на уличную палубу на мостике “Янг Вэя”. Там, вскинув подзорные трубы и наведя их на будущего противника, оба принялись рассматривать его. В тот самый миг на головном, также на уличной палубе, в подзорную трубу на него смотрел капитан тартарского дирижабля, одетый в белую парадную форму капитана имперского воздухоплавательного флота. рядом с ним стоял молодой юноша-матрос, одетый в форму юнги имперского флота. Посчитав, что он достаточно разглядел своего противника, адмирал Ван сложил трубу и отдал капитану ‘Янг Вэя’ короткий приказ: – Последнее предупреждение о сдаче! Пли!

В этот момент Шикай уже не видел, как юнга сжал руки в локтях, скрестил их и показал жест, в простонародье обозначаемый, как “хрен тебе”.

Вдалеке забабахали пушки:

– Василий Палыч, всё. Началось! Сначала пристрелку с ‘Янг Вэя’ начнут, вона зажигательными по нам пальнули. Апосля ихние помельче подхватят.

– Семен Семеныч, давай согласно плану. С Богом! Вперед!

– Юнга, лети! Семафорь нашим! Вперед!

Выскочив на уличную часть мостика дирижабля, я просигналил нужным флагом соседям. Дежурные матросы на их кораблях ответили.

– Капитан, они приняли!

Капитан обратился ко мне снова:

– Юнга, снеси этот листок телеграфисту. Пусть быстро направляет под красным в адмиралтейство на имя адмирала и императора.

– Есть, капитан.

Надо сказать, что телеграфист по-первости за мой демарш с сообщением о войне на меня дулся. Как же. Только оставил свой пост и на тебе. Какой-то юнга-щегол обошел на повороте. Но когда я намекнул ему подумать своей головой, где же он был в тот час и что я просто спасал его этим делом. А еще и как это со стороны будет выглядеть, если он хоть как-то заикнется об этом команде. Обиду телеграфиста враз отпустило, и он, после недолгого смущения, заржал. Отношения были налажены. Показал он, как пользоваться своей телеграфной крошкой, никуда не делся. Ничего такого сложного в ней, для юзавшего куда более сложные гаджеты, не оказалось. Всяко легче пушки.

В тексте сообщения было:

Гриф “Красный”.

Его Императорскому Величеству.

Верховному главнокомандующему.

Адмиралу Сежавину.

Адмиралтейство.

Сего дня хунаньская эскадра катайской империи под командованием адмирала Ван Шикая в количестве 12 вымпелов предприняла попытку прорыва воздушного фронта со стороны Калмацкой провинции в квадрате 210 (общеимп. к.). Суда опознаны как ДУ “Динь-Юань”, ДУ ” Чжень-Юань”, ДУ ” Лай-Юйань”, ДУ ” Цзинь-Юань”, ДУ ” Чин -Юань”, ТД “Пин Юн”, ТД ” Канг Пин”, ДД “Яо Ван”, ДД “Ухань”, ДД “Аньхой”, МД ” Чао Юнг”, УДБ ” Янг Вэй” . От имени катайского адмирала поступило предложение о сдаче наших дирижаблей и команд в плен. По решению совета офицеров и согласно Уставу воздухоплавательного флота, мы, капитан эскадренного ударного дирижабля ЭУД ‘Новик’ Отяев В.П, капитан ЭУД ‘Ника’ Сергиевский В.А., капитан ЭУД ‘Паллада’ Поповский И.Г. приняли совместное решение отказать врагу в сдаче оружия, навязать маневренный интенсивный бой превосходящим нам силам катайского флота и сражаться с ним до последней капли крови. С нами Бог! Да здравствует Государь ИМПЕРАТОР, да здравствует Гранд-Тартария!

Подписал Капитан ЭУД “Новик” князь Отяев Василий Павлович.

Капитан ЭУД “Ника” Сергиевский Виталий Андреевич

Капитан ЭУД “Паллада” Поповский Игнат Михайлович

Отдав, взволнованному такими делами, мающемуся в одиночестве, телеграфисту листок со срочным наказом капитана о немедленной отправке, лечу обратно. Повстречавшиеся мне матросы были спокойны и по-деловому собранны. Некоторые даже подбадривали друг друга скабрезными шутками. Словно не было той ситуации, когда капитан, построив на палубе всю команду, рассказал о принятом советом офицеров решении не дать врагу пройти на занятом ими участке воздушного фронта. Матросы, посовещавшись, дали положительную оценку действиям офицеров и на то свое согласие, пожелав только в случае, ежели баталия станет вконец безнадежной, сделать все же попытку прорыва. А в случае, ежели все члены команды полягут, взорвать дирижабль, пустив вовнутрь энергию магического накопителя.

– Михаил Георгиевич, а не напомните Вы мне, чем закончилась та история с фабрикой? Ну той, где магические жезлы нашли, неизвестной модели. Ну вы же должны это помнить?!

Его Величество, дабы вспомнить, даже сделал два щелчка пальцами в помещении.

– Фабрика мельхиоровых изделий “Iосифъ Фрутте” в Варшаве?

– Кажется да, это она.

– Ах эта фабрика. Ваше величество, досмотр проведенный полицией и службой контрразведки дал поразительный результат. Металл, использованный для магического оружия, делали там же, в Варшаве. Есть у них один аглицкий изобретатель по штату, Бреарль его фамилья. Так вот он и придумал, как сделать сей металл, использованный в жезлах.

– А что там с силой? Возможности жезлов проверены?!

– Да, государь. Проведенный полевым магоинспектором предварительный анализ магических повреждений почвы на месте покушения подтвержден практическими испытаниями на полигоне. Оружье это это мощное и крайне пакостное для нас. Идеальное оружие бомбиста. Незаметное, компактное, большой пробивающей и термической силы, но одноразового действия. Разрядил, сделал черное дело и бросил. Впрочем, камни можно зарядить повторно.

– А сами камни откуда?