Чтение онлайн

Онъ доказываетъ математическими выкладками, какъ велика вроятность того, что Роберть Ингерсолль будетъ осужденъ судомъ вчнымъ: стоитъ только счесть число его прегршеній и сопоставить ихъ съ прегршеніями Томаса Пэна, о которомъ уже всякій знаетъ, что онъ не попадетъ въ царствіе Божіе.

Ихъ любовь къ цифрамъ выказывается во всхъ ихъ длахъ и помышленіяхъ. Когда они что-нибудь дарятъ другъ другу, то всегда спрашиваютъ о стоимости подарка. Даже женихъ, даря что-нибудь своей невст, съ гордостью говоритъ о цн подношенія, при чемъ удовольствіе, доставленное имъ, пропорціонально цн подарка. Въ первое мое пребываніе въ Америк я былъ совершенно незнакомъ съ этимъ обычаемъ.

Однажды совершенно неожиданно и незаслуженно мн поднесли золотое перо, при чемъ пришли къ убжденію, что я нисколько не оцнилъ подарка, такъ какъ я не спросилъ о его стоимости. Нельзя себ представить, чего только американцы не цнятъ на деньги [7] .

У нихъ нтъ никакихъ новыхъ духовныхъ начинаній, начинанія только денежныя. И какъ можетъ изъ янки образоваться современно-цивилизованная нація, если они не хотятъ слдовать примру другого народа даже въ томъ случа, когда ясно сознаютъ его преимущество. Любовь къ родин запрещаетъ имъ это. Съ самаго дтства они проникаются патріотизмомъ оловянныхъ трубъ. Вполн законное и естественное національное чувство они превращаютъ въ незаконную національную спесь, которую ничто въ мір не можетъ сбить.

Коротко говоря, результатъ всей національной американской цивилизаціи выражается исключительно въ матеріальномъ благоденствіи.

Не только ихъ искусство, литература, правосудіе, наука и политика, но даже и религія не достигли того уровня, чтобы можно было оправдать ихъ пренебреженіе иностранной культурой.

У республики своя аристократія — аристократія денежная, точне — аристократія состоянія и неприкосновеннаго капитала, которая гораздо сильне родовой. Янки, владющій хотя бы самымъ ничтожнымъ неприкосновеннымъ капиталомъ, считается такимъ же аристократомъ, какъ наши благороднйшіе родовитые бароны. И къ этой американской аристократіи народъ относится чуть ли не съ религіознымъ поклоненіемъ. Не отличаясь ни малйшимъ благородствомъ, она пользуется «настоящимъ могуществомъ» средневковой аристократіи. Она груба и невжественна.

Европеецъ, знающій цну деньгамъ на своей родин, не можетъ себ составить даже приблизительнаго понятія о ихъ неслыханномъ могуществ въ Америк. Синдикаты на ледъ и уголья, скупка земель и желзнодорожныя монополіи — все это уже само по себ говорить объ ихъ торжествующемъ величіи, ихъ исключительной мощи. Это ураганы, сметающіе цлую мстность, но по слдамъ которыхъ снова вырастаетъ трава.

Въ разговорахъ американцевъ, въ направленіи ихъ газетъ, въ стро ихъ домашней жизни, во всхъ ихъ помыслахъ чувствуется все шире неудержимое стремленіе къ капиталу, къ «суммамъ на дн сундука», къ экономической аристократіи.

Это — предприниматели; въ ихъ рукахъ все превращается въ предпріятія, но ихъ духовная жизнь почти совсмъ не развита.

Пустъ они являются первыми изобртателями машинъ — изобртеніе машинъ въ сущности тоже сводится къ экономическому вопросу и обусловливается склонностью американцевъ къ разнымъ опытамъ; пустъ остается при нихъ ихъ индустрія, ихъ торговля, ихъ сильно развитое банковое дло, ихъ коммунизація, достойная удивленія. Пустъ даже цирку «P. G. Barnum» нтъ равнаго въ мір, пусть, наконецъ, ихъ свиной рынокъ въ Чикаго, самый величайшій свиной рынокъ въ свт — все это отнюдь не является неоспоримымъ доказательствомъ высокаго развитія страны. Именно вслдствіе того, что въ американцахъ нтъ и слда духовныхъ интересовъ, они такъ и отдаются коммерческой жизни, которая здсь достигаетъ грандіозныхъ размровъ.

60 милліоновъ соединенныхъ человческихъ силъ пущены въ матеріальный оборотъ, что же удивительнаго, если Америк воскуряется иміамъ во всемъ мір?

Но можно возразить, что трудно было бы ожидать большихъ результатовъ съ такимъ составомъ работниковъ, какъ въ Америк. Она воспитала и облагородила худшіе элементы всхъ странъ и создала изъ нихъ настоящихъ дятелей, она превратила бродягъ и бездльниковъ въ людей — разв это не важнйшая заслуга цивилизаціи?

Да, да. Несомннно. Но я хочу обратить вниманіе на то, что Америка превратила бездльниковъ въ американцевъ, присоединила ихъ къ государству и образовала изъ нихъ гражданъ, но не людей: людьми же они сдлаются только тогда, когда къ этому представится случай и время. Но попробуйте побесдовать съ американцемъ на эту тему, онъ вамъ отвтитъ! Скажите ему, что отъ американской цивилизаціи нечего ожидать движенія впередъ, и вы никогда не забудете его отвта. Онъ скажетъ вамъ:- Подойди, подойди только!

Я лично убдился въ этомъ, сказавъ однажды, что глубоко признаю облагораживающее дйствіе Америки, но я кончилъ тмъ, что замолчалъ, и долженъ былъ замолчать, такъ какъ я прибавилъ, что нельзя ожидать, чтобы американская цивилизація стояла на современной высот; я разжегъ патріотизмъ до такой степени, что мн пришлось замолчать, чтобы остаться цлымъ. Я могъ бы указать въ преріяхъ Дакоты время и мсто, гд бы меня стали скальпировать за то, что я раскритиковалъ духовные устои Америки. Для янки Америка заключаетъ въ себ всю вселенную, онъ не признаетъ превосходства другихъ. Если хвалишь Америку за то, что она не достигла боле высокой ступени цивилизаціи, то онъ понимаетъ это довольно своеобразно.

Какая же другая нація можетъ сравниться съ ней? Слдовательно ее хвалятъ за то, что она выше другихъ?

Лтомъ 1887 года я работалъ въ одномъ изъ западныхъ мстечекъ, насъ было приблизительно около 50 человкъ; по воскресеньямъ я писалъ по просьб рабочихъ письма; они находили, что я длаю это очень хорошо и часто обращались ко мн.

А знаю ли я стенографію? Неужели нтъ? Ну, а они сами видли въ Америк людей, которые писали почти такъ же быстро, какъ говорили. Такимъ образомъ, я потерплъ полное фіаско по части писанія!

Я уже упоминалъ выше, что незнаніе заграничной жизни и ея замчательныхъ явленій — стенографіи — встрчается не только у дикихъ обитателей прерій, но во всхъ сословіяхъ Америки съ ея образцовыми школами включительно.

Совершенно безполезно оправдывать ихъ духовную неразвитость, ссылаясь при этомъ на тотъ неудобный матеріалъ, изъ котораго американцы должны были черпать свое развитіе. Они требуютъ полнаго признанія своего превосходства во всхъ отрасляхъ, они считаютъ себя самой цивилизованной націей міра, они не только думаютъ это, но хотятъ дать понять, что они не нуждаются въ духовномъ вліяніи другихъ народовъ, что оно для нихъ излишне, и стараются подвергнутъ его сильнйшему гнету. Они обложили произведенія иностранной цивилизаціи пошлиной въ размр 35 %!

Могутъ ли въ Америк существовать искусство и литература, если она до такой степени давитъ заграничное искусство и литературу? Можетъ ли Америка избжать вліянія иностраннаго искусства безъ вреда для себя!

Если бы Америка была давно создавшимся государствомъ съ историческимъ прошлымъ, съ предками, то она могла бы, по крайней мр, если не оправдать, то хотя бы обосновать свое поведеніе. Но надо помнить, что Америка, напротивъ, только что создающееся государство, не имющее своей собственной школы ни въ одной отрасли искусства.

Американцы — люди предпріятій, а не искусства, не говоря, конечно, объ исключеніяхъ.

Американцы ждутъ платы за искусство, они не понимаютъ его, они вполн индиферентны къ нему. Почти то же самое можно сказать и о литератур.

Какъ въ живописи они просто видятъ смшеніе красокъ, точно въ какой-нибудь смси маселъ, такъ и въ литератур ихъ совсмъ не занимаютъ вопросы истиннаго искусства, а лишь разсказы о любви и револьверныхъ выстрлахъ.

Литература не иметъ въ Америк никакого вліянія для воспитательнаго значенія, на нее смотрятъ какъ на развлеченіе. Американцы не думаютъ о развитіи при чтеніи, они читаютъ для того, чтобы позабавиться уличнымъ жаргономъ, содрогнуться при описаніи кровавыхъ сценъ въ криминальныхъ романахъ, растрогаться до слезъ любовными исторіями въ романахъ Шарлотты Брэме, подремать вечерами надъ великимъ и снотворнымъ Лонгфелло. Они читаютъ газеты, чтобы быть въ курс городскихъ происшествій и чтобы слдить за результатомъ послднихъ скачекъ въ Нью-Іорк, для для того, чтобы узнатъ о новомъ желзнодорождомъ крах Jay Goulds. Они читаютъ не для того, чтобы быть въ курс литературы искусства или науки, подобныя темы не затрогиваются въ газетахъ. Большею частью въ нихъ говорится о предпріятіяхъ и преступленіяхъ.