Чтение онлайн

В то утро Станислава, как обычно, проснулась от мягких прикосновений безмолвных горничных и хотела разбудить Веренику, но миловидная девушка в гранатовом платье прижала палец к губам и отрицательно покачала головой. Оставив Нику досыпать, Хранительница выбралась из постели и позволила горничным умыть себя и расчесать волосы. Когда утренние процедуры закончились, женщина повернулась к креслу, на котором вчера вечером разложила своё платье и с удивлением обнаружила вместо него карминовый топ, малиновые лосины и мягкие кожаные сапоги. Неожиданная смена имиджа выбила Стасю из состояния отрешённого безразличия, но задавать вопросы она не стала, да и спрашивать что-либо у немых горничных было бессмысленно, и, быстро одевшись, Хранительница уселась за стол. Впрочем, и тут Стасю ждал сюрприз: рядом с тарелкой каши стоял стакан с неизвестной жидкостью, буро-серого цвета.

"Надеюсь, это отрава!" - со злорадным отчаянием подумала женщина, залпом выпила напиток, оказавшийся тягуче-густым и горьким на вкус, и застыла в ожидании спазмов и рвоты. Однако мерзкое питьё оказалось не ядом, а чем-то вроде стимулятора. Мысли Хранительницы прояснились, тело наполнилось бодростью и силой, зато под ложечкой засосало от дурных предчувствий, а сердце сжала ледяная рука страха: "Они что-то задумали! Точно! Неужели им мало моих страданий?!"

Тем временем горничные, собрав грязную посуду, удалились, и, едва за ними закрылась дверь, в комнате возник Морин Мор. Вилин оглядел пленницу с ног до головы, довольно хмыкнул и подал ей руку.

–  Прошу, сладкая моя. Сегодня мы устраиваем небольшой пикничок.

Губы скривились в презрительной улыбке - горькое питьё вернуло Стасе как физические, так и душевные силы, и она исполнилась решимостью дать отпор мучителям. Смерть Валечки отступила на задний план, и Хранительница, наконец, осознала, что Дима в Вилине и обязательно вырвет её из жадных лап вампиров.

–  Никуда я не пойду!

Женщина гордо вскинула голову, одарила Морина пренебрежительным взглядом и скрестила руки на груди. Неизвестно, какой реакции ожидала от вилина Стася, но чего она не ожидала точно, так это восхищённой, лучезарной улыбки. С неподдельным восторгом Мор смотрел на пленницу, и Хранительнице показалось, что в комнате вот-вот раздадутся аплодисменты. Рукоплесканий, однако, не последовало. Сияющее лицо вилина немного притухло, улыбка спряталась в уголках губ, а смоляные глаза хищно сверкнули:

–  Жаль. Я думал, ты хочешь увидеть брата, но хозяин, как говорится, барин. Придётся сказать ему, что любимая сестра отказалась от прощального поцелуя.

Морин подошёл к двери, взялся за ручку, и Стася вскочила.

–  Вы захватили Диму? Не верю! Дима не мог…

–  Вот, именно! Твой брат не сумел справиться с нашей магией. Мы великие чародеи, девочка. А уж наш многовековой опыт… Лайфгармский юнец - посрамлён и захвачен в плен, а его драгоценные дружки… - Морин вернулся и протянул Стасе руку: - Идём, сама увидишь!

Едва огорошенная страшным известием Хранительница вложила дрожащие пальцы в холодную ладонь вилина, пол ушёл из-под ног, и они оказались во дворе усадьбы. От красно-белых фигур привычно зарябило в глазах, а в барабанные перепонки ударил гром аплодисментов. Вилины рукоплескали, словно перед ними появилась примадонна модного театра. "Абсурд какой-то!" - со злостью подумала Станислава и до боли сжала кулаки - больше всего на свете хотелось броситься на вилинов и голыми руками разодрать их в клочья, но, увы, справиться с таким количеством вампиров не смог даже её могущественный брат. Мысль о Диме прогнала злость, и на смену ей пришли горечь и отчаяние. Изумрудные глаза затуманились, по щекам потекли слёзы.

–  Не надо, плакать, сладкая! Ты обязательно попрощаешься с братом.

Морин подсадил рыдающую пленницу на коня и запрыгнул следом. Холодная рука обвилась вокруг талии, стылые губы коснулись шеи, но Стасе было всё равно - душу поглотила чёрная безысходная тоска.

Красно-белая кавалькада миновала ворота, и копыта снежных коней застучали по мощёной дороге. Вилины переговаривались между собой, громко смеялись, а Станислава, понурив голову, бездумно смотрела на жемчужную гриву коня - поражение Димы не укладывалось в голове. Женщина не заметила, как всадники въехали в лес, и очнулась лишь тогда, когда конь остановился.

–  Приехали!
– раздался весёлый голос Морина.

Властные пальцы сдавили виски пленницы, заставляя поднять голову, и Станислава вскрикнула - перед ней стоял Дима. Бледное лицо с обескровленными губами и синими кругами под глазами, несчастное и мрачное. У ног мага валялся зазубренный меч, плащ темнел разводами крови и грязи.

–  Дима… - Стася сползла с коня и повисла на шее брата.
– Я люблю тебя, Дима.

Маг бережно обнял сестру, поцеловал в губы. Хранительница надеялась на долгий, глубокий поцелуй, но Дмитрий почти сразу отстранился.

–  Прости. Не сейчас, - хрипло прошептал он и посмотрел куда-то в сторону.

Станислава проследила за его взглядом и закрыла рот ладонью: в серой траве, раскинув руки, лежал Тёма. Из груди временного мага торчал меч, на рукояти которого светилась золотая башня - герб Инмара. Над безжизненным телом на коленях стоял Ричард. Плечи воина подрагивали от беззвучных рыданий, а ладони беспорядочно теребили мокрые пшеничные волосы.

–  Тёма… Ричи… Как же так?
– простонала Хранительница и горько заплакала.
– Почему он убил его?

Стася подняла на Диму растерянный взгляд, но маг молчал.

–  Временной маг - зло. Такие, как он, не должны появляться на свет!
– отчеканил Морин Мор, схватил пленницу за руку и оттащил от брата.
– Ты получила свой прощальный поцелуй, сладкая. А теперь - стой и смотри!

Вилин шагнул к Дмитрию и, глядя ему в глаза, заунывно начал:

–  Ты в Вилине, лучшем из миров. Вилин прекрасен…

–  Не надо!
– заорала Станислава, метнулась к брату и вцепилась в рукав чёрного плаща.
– Давай уйдём отсюда! Зачем мы здесь? Ты же сильный Дима! Ты можешь вырваться!

–  Нет, - качнул головой маг.
– Артём умер, а без него нам не покинуть Вилин. Мы проиграли, Стася.

–  Но ты сам говорил, что, пока мы живы - жива надежда!

–  О чём ты, любовь моя? Думаешь, они так просто отступят?

Дмитрий обвёл рукой красно-белые фигуры и печально улыбнулся. Скорбно взглянув в стеклянные, безжизненные глаза мага, Хранительница всхлипнула:

–  Неужели это конец? Ты же Смерть! Перед тобой трепетал целый мир!

–  Магия Смерти больше не подвластна мне, сестричка. В Вилине я стал обычным человеком.
– Дима порывисто обнял Стасю и прошептал: - Ты всё для меня, девочка… Но, на этот раз, я не смогу защитить тебя.

Женщина всем телом прижалась к возлюбленному:

–  Значит, мы умрём вместе…

–  Браво!

Морин хлопнул в ладоши, давая сигнал родичам, и поляна утонула в овациях. Громовые рукоплескания вывели Ричарда из ступора. Он обвёл глазами красно-белую толпу, дико вскрикнул, вырвал из груди Артёма меч и остриём вверх вдавил в рыхлую землю. Стася ахнула, рванулась к инмарцу, но Дима удержал её:

–  Так будет лучше. И для него и для нас.

Станислава застонала и спрятала лицо на груди брата - у неё не было сил смотреть на самоубийство несгибаемого инмарского принца. Сердце колотилось, как бешеное, из горла рвались рыдания. Дима ласково гладил сестру по спине и с улыбкой смотрел на Морина Мора - спектакль удался на славу.