Дурацкие игры магов. Книга первая
Шрифт:
– Я…
– Молчи! Я любила тебя! А ты предал меня! Ты предал всех нас!
Дмитрий опустил голову и уставился себе под ноги.
– Почему ты не вмешался? Трус! Мне претит иметь дело со Смертью! Ты мразь и убийца! Не вилины - ты едва не убил нас!
– Прекрати!
– не выдержал Ричард.
– Ты не права, Стася! Дима…
– Тоже мне, защитник выискался! Ты сам по уши в дерьме, Ричи! Ты, как дурак, пошёл на поводу у моего трусливого братца и женился! Почему ты позволил ему распоряжаться нашими судьбами? Пойми, Ричи, он думает только о себе!
– Хранительница зло усмехнулась и добавила: - Хотя, чего можно ждать от Смерти?!
– Станислава!
– неожиданно грозно рыкнул Валентин.
– Ты ведёшь себя, как базарная баба! Немедленно извинись! Нам всем пришлось нелегко! Дима любит тебя и…
– Заткнись! Я ненавижу и презираю его! Он такой же эгоист, как наш отец! Убирайся, Дима! Не желаю видеть твою лживую рожу!
Дмитрий вздрогнул, поднял голову и пустыми глазами обвёл друзей. "Она всё для меня, но она никогда не смирится с тем, что мы брат и сестра", - подумал маг, и его силуэт начал медленно таять.
– Дима, не надо!
– истошно закричал временной маг, оттолкнул Веренику и одним махом взлетел на ноги.
– Не уходи! Не оставляй меня одного!
Артём бросился к другу и хотел вцепиться в его плащ, но пальцы поймали воздух. Издав звериный рык, маг развернулся и с лютой ненавистью воззрился на Хранительницу:
– Глупая мелочная дрянь! Ты сама отвергла любовь Смерти, а теперь, когда он тебя спас, вместо спасибо, обвинила в предательстве?! Стерва! Я никому не позволю обидеть Диму!
– Артём задрожал от ярости и стал угрожающе наступать на Станиславу.
– Он умолял тебя вернуться! И, если б ты послушалась, многих бед не случилось бы! Ты сама отказалась от счастья! Вместо благородного, верного брата ты выбрала паскудного папашу! Кретинка! Ты называешь Диму убийцей, но и твои холёные ручки по локоть в крови! На твоей совести смерть Геласия и Павлины! И Ника попала в Вилин из-за тебя! Всё, что случилось с нами, произошло из-за твоей тупости! Ты - пустышка! А он - Смерть! Он - правитель Лайфгарма! Он - мой друг!
Временной маг остановился перед Хранительницей, и глаза его вспыхнули ледяным серебряным светом.
– Самовлюблённая дура! Ты не знаешь, как ему было больно! А я знаю! Я знаю, через что он прошёл! Человек не может пройти через это. Он смог! Ты была соломинкой, за которую он ухватился. Ты всё для него, и ты его сестра. Он пережил всё, кроме этого! Он готов пройти этот путь снова, чтобы в конце ты оказалась не его сестрой! А ты издевалась над ним похлеще, чем прочие родственнички! Дрянь! Ненавижу!
Смерть медленно поднял руку:
– Я убью тебя!..
Внезапно он осёкся и посмотрел на свою ладонь: рыжий котёнок изогнул спинку, вздыбленная шерсть искрилась и переливалась. Истерично хихикнув, Смерть сжал кулак и завыл, тоскливо и безнадёжно. Воздух сгустился, и тёмное, как ночь, облако поглотило мага.
– Тёма! Не уходи!
– в отчаяние закричал Ричард.
Из облака выпрыгнул огромный серебристый Волк и стальным взглядом посмотрел на друзей. Инмарец рухнул на колени, обхватил руками могучую шею зверя и прижался щекой к влажной мохнатой шкуре.
– Зачем, Тёма?
Волк виновато заскулил и исчез.
– Тёма!
– жалобно всхлипнула Вереника и заплакала, размазывая ладошками слёзы.
Валечка с брезгливым презрением взглянул на Стасю, подошёл к девочке и обнял её за плечи:
– Тёма вернётся, родная. Успокоится, и сразу вспомнит о нас, ты же знаешь. Он никогда не бросит нас, Ника.
Плюхнувшись на мягкую душистую траву, Ричард обхватил голову руками и прошептал:
– Всё не так…
Маруся присела рядом и молча уткнулась в плечо инмарца, чувствуя, как разрывается от боли и сострадания сердце. Девушка отдала бы жизнь, лишь бы сильные, благородные люди, окружавшие её, были счастливы. "Но, увы… Это не поможет, - сокрушённо подумала она и резко сжала кулаки.
– Как Стася может с ним так…" Маша подняла глаза на Хранительницу, и, не выдержав осуждающего взгляда серых глаз, Станислава разрыдалась.
– Вы ничего не понимаете!
– прокричала она и ничком упала на землю.
– Я хочу умереть! Почему вилины не убили меня? Я проклята! Я люблю родного брата!
Глава 12.
Партия!
Дмитрий стоял перед дверью Стасиной квартиры. Сестра прогнала его, и маг никак не мог понять, как жить дальше. "Всё верно… Я предал её. Отдал другу, а сам завёл любовницу. Я изменил ей. И себе. Вот и расплата". Маг ласково провёл ладонью по тёмной дерматиновой обивке, словно по щеке возлюбленной, опустил голову и уставился на рифлёный резиновый коврик: как же хотелось, чтобы время повернулось вспять. Дима представил, что сейчас позвонит, и сестра откроет дверь. Тонкий шёлковый халат, шлёпанцы, густые рыжие волосы, рассыпанные по плечам волнительным, дивным водопадом.
Рука сама потянулась к звонку, палец вдавил упругую кнопку. Раздалось хриплое кукареканье, но никто не отозвался. "Глупо надеяться", - вяло подумал маг и кивнул, соглашаясь с самим собой. Дмитрий хотел уйти, но внезапно передумал и, пройдя сквозь дверь, направился на кухню. Сел за стол, сотворил чашку чая и корзиночку с печеньем. Откусил кусочек сладкого рассыпчатого теста, тщательно разжевал и не почувствовал вкуса. Чашка врезалась в стену. По обоям расползлось мокрое пятно, пол усеяли мелкие осколки. Маг испепелил корзинку с печеньем, встал и, прошептав заклинание, распахнул холодильник. Заглянул в морозильную камеру, внимательно изучил заполненные свежими продуктами полки и остановил выбор на бутылке водки, жавшейся к пакету с кефиром. Свинтив пробку, Дима поднёс бутылку к носу, брезгливо поморщился: "Как можно пить эту гадость?" - и сделал большой глоток. Напиток обжёг горло, но маг не остановился. Он старательно глотал противную жидкость, чувствуя, как по телу разливается тепло. Бутылка опустела. Дмитрий аккуратно поставил её на пол, захлопнул холодильник и, пошатываясь, вернулся за стол. В голове приятно шумело, боль, терзающая сердце, притупилась, став обыденной и привычной, словно, пока маг пил, минула не одна сотня веков.
Дима закурил, глядя в окно, а потом решительным взмахом руки сотворил новую бутылку. Взглянул на красно-белую этикетку, и вдруг осознал, что делает что-то не так. "Эту дрянь нужно чем-то заедать", - после недолгих размышлений, сообразил маг, наколдовал блюда с закусками и приник к горлышку. Теперь Дмитрий пил медленно, заставляя себя прочувствовать жгучий горьковатый вкус. Бутылка опустела наполовину, и маг поставил её на стол. Подцепил с тарелки ломтик ветчины, скривился и бросил обратно. Душе чего-то отчаянно не хватало. "Компании!.. Валечка говорил, что соображать надо на троих. Так и поступим!" Дима посмотрел на пустые табуреты, и за столом появились Фёдор и Алинор. Роскошные золотые наряды, янтарные венцы на головах. Правда, желтоватые лица родителей делали их похожими на восковые фигуры, но мага это не смутило.
– Привет, мама.
– Он кивнул кукле Алинор.
– И папа, - подмигнул он Фёдору.
– Почти вся семья в сборе. Выпьем за это!
Маг сделал глоток водки и виновато улыбнулся.
– Не хорошо получилось. Ты уж прости меня, мама. А ты, папа, сволочь. Тебя я тоже убью. Позже. А сейчас выпьем!
Новый глоток, и голубые глаза вспыхнули иронией.
– Я хочу попросить руки вашей дочери и моей сестры. Вы согласны? Я тоже нет. Выпьем за это!
Дима залпом допил водку и, прищурившись, сотворил третью бутылку. Пробка упала на пол, алкоголь привычно обжёг нутро, и маг блаженно зажмурился.
– Хорошо сидим, - сообщил он родителям, подперев голову кулаком.
– Надеюсь, вы никуда не торопитесь? Я тоже. Да и куда нам спешить? Жизнь кончилась.
Хлопок, и посреди кухни возник серебристый Волк. Жадно втянув ноздрями воздух, зверь громко чихнул и заскулил.
– Привет, Тёма!
– пьяно оскалился Дмитрий.
– Присоединяйся! Это мои мама и папа. Ты знаком с ними? Да? Замечательно! Выпьем за это!
Дима сделал глоток, со стуком поставил бутылку на стол и благодушно взглянул на друга.