Чтение онлайн

— А если я тебе понадоблюсь?

Мама держит себя в руках, но с трудом. Это важно, но я не хочу говорить ничего, что могло бы вывести ее из себя. Слезы или гнев могут ослабить мою решимость.

— Я всегда буду нуждаться в тебе, — заверяю я, — но это не значит, что я не могу иметь личную жизнь и независимость.

— Как я смогу тебе помочь, если ты внутри, а я снаружи? Что если наступит крайний случай, и мне нужно будет попасть внутрь? Что если ты захочешь, чтобы я покормила кошку, когда тебя не будет? — Я вижу, ей тяжело отпускать меня.

— Как насчет компромисса? Мы найдем место для хранения запасного ключа, но давай сделаем его запасным ключом, а не твоим. — Я всегда могу переложить его, если понадобится.

— Мне это не нравится. — Мама стоит, выпрямившись, а я жду, когда она произнесет речь.

Я начинаю смягчаться, но потом вспоминаю, как я преуспела за последний год, особенно с новой работой, с которой я и не мечтала справиться. Она требует переездов и разговоров, много разговоров, но я чертовски хороший планировщик встреч, даже если ненавижу работать с Мэдди. Я не позволяю маме остановить меня. Ее отношение больше не беспокоит меня.

— Я люблю тебя, мама, и я действительно ценю все, что ты сделала для меня, но пришло время самой контролировать свою жизнь. Ключ для тебя всегда будет под ковриком у входной двери, но…

Мама обрывает меня:

— Каждый ненормальный и незваный гость будет искать ключ под ковриком!

— Хорошо. Мы найдем хорошее укрытие для ключа.

Мама вздыхает.

— Я просто хочу сказать, что тебе здесь всегда будут рады, но я хочу быть независимой, по-настоящему независимой. — Надеюсь, я смогу внушить ей, насколько это важно. — Я знаю, что всегда могу положиться на тебя, но если я буду продолжать возвращаться к старым привычкам и слишком полагаться на тебя, я никогда не изменюсь и не вырасту. Мне нужно научиться быть сильной одной. Я полагалась на Таню, на тебя, на Кайла. Теперь мне нужно самой справляться с жизнью. Это единственный способ измениться. И я хочу. Больше всего на свете я хочу быть нормальной и цельной.

— Мудрые слова от такой юной леди.

У мамы слезятся глаза. Она подходит ко мне, раскинув руки.

Я обнимаю ее, удивляясь слезам. Она всегда была сильной, способной поддержать меня. В последнее время, она оберегала меня, даже когда мне это не было нужно. Интересно, становлюсь ли я для нее опорой? Может, ей нужно новое хобби? Еще одна собака? Надеюсь, между ней и Бобом все в порядке.

— Мы в порядке? — спрашиваю я.

— Абсолютно. Я горжусь тобой. И ты всегда можешь прийти домой и постирать белье, как в колледже.

Я смеюсь.

— Спасибо, мам, но у нас тут прачечная.

— Но это может быть дорого.

Я сдаюсь.

— Иногда я буду приходить домой с грязным бельем. Обещаю.

Тут раздается стук в дверь.

— Не знаю, кто бы это мог быть, — удивляюсь я.

Приоткрываю дверь, и Кайл просовывает голову внутрь. Он машет моей маме.

— Привет, Норма. Я увидел твою машину и решил заглянуть.

Мама широко улыбается.

— Я так рада, что ты это сделал. Я благодарна, что ты будешь рядом с моей конфеткой.

— Всегда.

Кайл одними губами произносит слово «конфетка», когда мама в четвертый раз осматривает столешницы, и перебирает немногочисленную, менее впечатляющую кухонную утварь.

Я пожимаю плечами. Могло быть и хуже. Если ей не нравится то, что она видит, уверена, мы можем исправить это с помощью нескольких поездок по магазинам. Может быть, это ее новая роль, помочь мне получить, все что нужно в этой новой жизни. Кто знает, может это будет весело.

— Сегодня мы не успеем прибраться на кухне. — Мама смотрит на Кайла. — Не хочешь присоединиться к нам за ужином?

Кайл смотрит на меня, молча спрашивая разрешения.

— Почему бы и нет, — отвечаю я.

В итоге, я благодарна Кайлу за присутствие за ужином. Он умело отвлекает маму от мыслей о том, что у нее нет ключа.

Это хорошо. Все хорошо.

Впервые в жизни я по-настоящему счастлива.

#всехорошо.

Глава 11

2 июня

Никогда не ценишь то, что имеешь, пока это не потеряешь.

Большинство людей тратят все свое детство на то, чтобы вырасти, но когда вырастают, думают, как хорошо было бы провести весь день без обязанностей, катаясь на велосипеде по окрестностям, ни о чем не беспокоясь.

***

Я работаю полный рабочий день, и это ад.

Алан, Мина и Гарри проводят весь вторник, изучая отчет, который я написала в понедельник, потому что Мэдди отсутствовала после очередного посещения гостиниц.

Они посылают ей по электронной почте вопросы и комментарии, звонят по телефону, чтобы она прояснила некоторые пункты, а потом переписывают множество страниц, которые позже отправят клиенту.

Но, в конце концов, Алан счастлив, и я избежала одного из его печально известных приступов истерии, — приятная замена королеве драмы Мэдди. Сам клиент посетит наш офис в среду, но потребуется только присутствие Джини, и я довольна.

Уже почти пять, и я собираю вещи, чтобы идти домой, когда Алан тащит всю команду на встречу, которая длится до вечера.

Большую часть времени я беспокоюсь о том, что Снагглс будет недовольна, что пропустит ужин, если Мина и Гарри так и не отложат свое счастливое рандеву. Через два часа обсуждений, у нас запланированы семь конференций с врачами в ближайшие двенадцать недель.

— Предстоит много поездок, — говорит Джини, внимательно осматривая меня.

Я улыбаюсь, а мои внутренности извиваются, медленно умирая. Но я могу это сделать. Я полна решимости выстоять. Я не позволю тревоге управлять моей жизнью. Больше нет.

Первые две конференции пройдут в Нью-Йорке и Чикаго, после чего последуют визиты в Аризону, Колорадо и Калифорнию.

— Спасибо за хорошую работу, ребята, — говорит Алан с такой широкой улыбкой, что, кажется, у него сейчас заболят обычно плотно сжатые губы.

А нам с Мэдди нужно посетить эти места и разработать приглашения.

На следующее утро Джини тащит меня и Мэдди в свой кабинет.

— Итак, девочки, теперь начинается самое интересное. Дэни, мы с тобой будем работать над приглашениями. Алан перешлет нам список докторов, и как только приглашения распечатают, мы их отправим. Мэдди, ты будешь посещать отели. Можете уже начать исследовать возможные варианты.

— Я снова поеду с ней? — спрашиваю я.

Я кручу в руках линованную желтую бумагу. Совокупность нервного чирканья и желания разорвать Мэдди на куски после каждого ее глупого комментария сделала лист непригодным для использования.

Мэдди раздраженно вздыхает, встает со стула и направляется к двери, бросив последнюю колкую фразу через плечо:

— Джини, я думаю, ты должна уяснить разницу в должностных инструкциях между планировщиком конференций и планировщиком программ.

«Вот задница», — говорю это про себя, но на самом деле слово так и хочет вырваться у меня изо рта.