Чтение онлайн

Я не спотыкаюсь. Яркая вспышка оставляет искры в моих глазах, пока я следую обратно на свое место.

Несмотря на то, что диктор еще вызывает остальных студентов по алфавиту, церемония для меня закончена. И я обещала отцу выпить кофе, перед тем как встретиться с мамой, Бобом и бабушкой с дедушкой за ужином.

После того как прозвучала последняя фамилия и стихли аплодисменты, я расстегиваю мантию, снимаю шапочку и отправляюсь на поиски Антонио.

Я встречаюсь с отцом после церемонии в «Джава Джем». Добираюсь туда первой, хотя по дороге захожу в свою квартиру, чтобы оставить мантию. Через час мне еще встречаться с семьей за ужином.

Я делаю заказ для папы. Куда бы мы ни пошли, он всегда заказывает кофе. Когда мы идем в «Данкин Донат» — от пончиков никуда не деться, на ужине в закусочной, возможна пицца, в «Дружелюбном» — другие варианты. Пока его еда меняется в зависимости от места, кофе является единственным постоянным спутником отца. В его кофе всегда ни капли молока, ни сливок, ни сахара. Темный и горький, варево из промышленных кофеварок, нагретое и разогретое, с привкусом паленых зерен. Я одержима тривиальным кофе, и не могу отказаться от него. Горький кофе — часть дисфункциональной жизни отца, он не может от него освободиться. Я только что закончила колледж и должна быть сосредоточена на этом, но пока не пройдет этот час, мое время — это управление отцом.

— Хватит, — говорю я себе, и как раз вовремя.

Дверь открывается, и входит папа. На нем серый костюм с темно-синим галстуком. Костюм, должно быть, старый, но презентабельный. Надеюсь, это положительный знак. В конце концов, может быть, это будет легкий час.

В руке у папы сверток. Он присоединяется ко мне за маленьким столиком с двумя столешницами, где его ждет кофе и мой латте.

— Как поживает твоя мать? — спрашивает он. — Я не видел ни ее, ни кого-либо из членов семьи на церемонии.

Вот так в лоб! Никаких поздравлений.

— Толпа была довольно большая. Она в порядке. Я встречусь с ними позже, — отвечаю скупо, не хочу делиться новостями или деталями. В конце концов, у него есть запретный ордер против мамы, но он ведет себя так, будто между ними все в порядке.

Отец вертит ложку в кофе, а затем кладет ее на салфетку, оставляя коричневые пятна.

— Хорошая церемония. Ты — молодец. — И вручает мне подарок.

— Благодарю. — Не в силах ждать, я срываю оберточную бумагу. В коробке лежат часы, похожие на те, что носит он, но лучше. — Это так мило. Спасибо.

— Для твоей новой работы, — бурчит он, смотря в свой кофе.

— Я надену их в понедельник.

Я пододвигаю коробку к краю столика и аккуратно складываю смятую оберточную бумагу. Кладу ее под коробку, чтобы все было аккуратно и выровнено.

— Это твоя мама виновата в том, что я теряю дом. После выплат ей я не могу позволить себе ипотеку. Я люблю этот дом. Там выросли вы с Кэти, — жалуется он.

Не могу поверить, что он говорит такое сегодня, особенно после всех прошлых разговоров, когда я твердила ему, что ничего невозможно сделать. Было гораздо умнее продать дом и купить что-нибудь поменьше.

— Папа, оставь это.

— К черту все это вмешательство. — Он, щурясь, смотрит в недопитую чашку кофе, как будто ответы лежат на дне.

Интересно, смотрит ли кто-нибудь на нас, но я боюсь узнать. Я устала быть его рупором, слушать о его сломанном прошлом. Это не моя вина. С меня хватит.

— Думаю, мы закончим, если ты будешь продолжать говорить о прошлом. — Не могу поверить, что эти слова сорвались с моих губ.

Я смотрю на папу, и он первым меняет тему.

Мы говорим о погоде и спортивных командах колледжа. Минуты текут медленно, как капли дождя после бури. Каким-то образом мне удается пережить встречу. Мы расстаемся после быстрого неловкого объятия, и я иду на ужин с мамой, Бобом, бабушкой и дедушкой.

#действительнозакончено.

***

Выпускной вечер заканчивается так же быстро, как и закат. Меня напрягает, что нужно покинуть свою квартиру в кампусе менее чем через неделю, и я не знаю, что делать дальше. Я не могу вернуться домой, потому что добираться до работы будет трудно. В своей комнате одеваю боксерскую форму и собираю вещи, выбрасываю старые заметки по учебе и переживаю о своем ближайшем будущем в качестве независимого человека. Как всегда, на помощь приходит Кайл.

— Я снимаю очень хорошую квартиру в Уэст-Хейвене. Приходи ко мне посмотреть на этот комплекс. Я уверен, что там есть варианты в аренду, — предлагает он.

— Как ты это делаешь? Почему после твоих слов все проблемы выглядят просто? — спрашиваю я.

— Разве ты не знаешь, что я Супермен? Я даже помогу тебе переехать, когда ты будешь готова.

Я ловлю его на слове.

#ялюблюсупермена.

***

Я подписываю договор аренды, Кайл и Таня помогают мне запаковать и распаковывать вещи. Я приглашаю маму в новую квартиру, хотя большая часть вещей все еще живет в коробках. Это нужно было сделать. Я имею в виду ее визит.

Я иду за мамой, пока она осматривает комнаты, открывает ящики на кухне, проверяет, работают ли холодильник и плита, осматривает кладовую. Потом идет в гостиную. Я опускаюсь на подержанный диван, пока она изучает пространство.

— Так. Теперь ты будешь жить здесь. — Она продолжает внимательно осматривать все, кроме меня.

Ответ на это утверждение очевиден, но я полна решимости действовать зрело, я отпустила свое предыдущее саркастическое отношение к ней. Встречаюсь взглядом с мамой, привлекая ее внимание, прежде чем заговорить:

— Мне нравится. Кайл помог мне найти квартиру. Он живет в соседнем здании.

В какой-то соседней квартире слишком громко играет классическая рок-музыка, и мама смотрит на входную дверь. Потом направляется к ней, и я думаю, что она собирается открыть ее и что-нибудь крикнуть в соседний коридор. Но она просто убеждается, что все три замка работают должным образом. Потом смотрит на меня.

— Хочешь я помогу тебе с расстановкой?

— Нет, я в порядке.

Я планирую сделать все сама и сделать это место своим. Теперь я действительно взрослая. Я преуспела: получила высшее образование, работаю полный рабочий день, поддерживаю себя.

Я немного нервничаю, понимая, что пришло время поговорить, но жду подходящего момента. Слова, которые крутятся в моей голове, не хотят выходить наружу, но я все равно их выдавливаю.

— Не думаю, что тебе нужен ключ от моей новой квартиры. Я могу жить самостоятельно. Сейчас у меня все хорошо. — Я смотрю на свои бледные колени, виднеющиеся сквозь большие рваные дыры в потертых джинсах.

Когда я украдкой бросаю взгляд на лицо мамы, смущение и печаль борются за доминирование. В прошлом у нее был открытый доступ к моей жизни. У нее находились ключи от моей квартиры с тех пор, как я поступила в колледж. Несколькими словами я лишаю ее связи со своей жизнью. Кажется, что все может измениться для нас после этого разговора, но, возможно, это к лучшему. Мама больше не нужна мне в качестве подстраховки.

— Прости, мам. — Теперь, когда первые слова вырвались наружу, остальные вываливаются без контроля. — Мне пойдет на пользу независимость. У меня есть работа, на которой я путешествую, новая квартира, и у меня давно не было серьезных срывов.