Чтение онлайн

Казалось, Джо почувствовала его смятенное состояние. Тонкими длинными пальцами она обхватила его за голову и порывисто притянула к себе. Ее руки были влажными и горячими. Джо стала страстно целовать его.

– У нас ещё есть время, Пол, - нежно прошептала она.

Она ласкала его, и его желание усилилось.

– Мы идем к Мэдисонам.

– Я знаю, дорогой. Но у нас ещё есть время.

Пол хотел оттолкнуть её от себя, а сам обнимал её все крепче и крепче. Она увлекла его за собой на кушетку.

– Возьми меня сейчас, Пол. Прямо сейчас.

Он нащупал рукой подол её платья и резко задрал его вверх. И начал ласкать её. Взгляд Джо стал безумным от наслаждения.

– Не заставляй меня ждать, Пол, - простонала она.

Она опустилась на кушетку, ловко расстегнула его ремень, стянула брюки, а затем обхватила его обеими руками и притянула к себе. Ее бедра начали двигаться в бешеном ритме и он почувствовал, как её страсть охватила и его.

Все мысли, мучившие его, куда-то исчезли, осталось одно только чувство. Острая, сводящая с ума страсть.

– Джо, - хрипло прошептал он.
– О, Джо.

– Пол! Мой Пол!

Охваченный неистовой страстью, он рванул платье у неё на груди. Его губы жадно впились в её обнаженную грудь. Она без конца повторяла его имя, пока не разразилась судорожными рыданиями.

Наступил последний, завершающий миг. Их голоса слились в одном торжествующем крике. И все кончилось.

Когда Пол встал, его вновь охватило отвращение. Он взглянул на лежавшую Джо, на разорванное, смятое платье, белеющие из-под задранной юбки голые ноги, на её груди, все ещё влажные от его поцелуев, увидел похотливое, удовлетворенное выражение её темно-синих глаз... и ему захотелось убить её.

– Пойди, переоденься, - резко бросил он.

Джо медленно села на кушетке. На лице её появилось смущенное и испуганное выражение.

– Что с тобой, Пол?

– Ничего, - сухо ответил он. Ему хотелось закричать на неё и сказать ей, что с ним происходит. Но он подавил в себе это желание. И спокойно добавил:

– Что-то я сам не свой последнее время. Наверное, слишком много работал.

Он резко повернулся и направился в гостиную, к бару. Он стал наливать себе виски и вдруг его взгляд случайно упал на пустое место на стене. Пол судорожно сглотнул и медленно опустил свой стакан.

Потом он позвал:

– Джо!

Он снова позвал её, на этот раз пытаясь скрыть вспыхнувший в голосе гнев. Она откликнулась из соседней комнаты.

– Пол? Ты звал меня?

– Да, Джо.

Он не отрывал взгляда от светлого пятна на стене. Обрамленного темными полосками пыли. Места, где раньше висела картина. Замечательное полотно Ренуара.

– В чем дело, Пол?

Это была самая дорогая из всех картин в их доме. Пол повернулся к Джо и выдавил улыбку на лице.

– Мне кажется, здесь что-то висело. А теперь ничего нет.

– Ах, ты имеешь в виду этого Ренуара?

– Да.

Она рассмеялась, но при этом украдкой, почти со страхом, наблюдала за ним.

– Пол, если бы ты только мог видеть свое лицо сейчас. Оно такое бледное.

– Итак, где же картина?

– Но я же говорила тебе. Разве ты не помнишь?

– Что именно?

– Про Карстеров. Разве ты забыл, что миссис Карстер устраивает благотворительную выставку. И я обещала ей Ренуара. Его унесли час назад. Джо по-прежнему была в разорванном платье. Волосы растрепались, но все равно она была прелестна. Даже ещё красивее в таком виде, с горечью подумал он.

Джо подошла к нему, на губах её играла улыбка.

– Пол, ты и в самом деле не помнишь, как я говорила с тобой об этом. На прошлой неделе. Ты сказал, что мы можем одолжить её на время Карстерам.

И тогда он вспомнил, что она и впрямь спрашивала его насчет картины. Спросила его в ту самую минуту, когда он с головой был погружен в свою работу над проектом, в решение мучительных проблем.

– Пол, это же только на время. Совсем ненадолго. Через две недели мы получим её обратно.

Картина никогда не вернется обратно, Джо. И ты это знаешь.

– Пол, о ней будут очень заботиться. И кроме того, она застрахована. О чем же ты беспокоишься?

Она застрахована от кражи, Джо. Но не от продажи. Ты, скорее всего, уже продала её. За наличные.

– Извини меня, Джо. Просто я ужаснулся, когда вдруг не увидел картину на привычном месте. Не говоря о том, что она сама по себе прекрасна, сорок тымяч долларов за неё - немалые деньги.

– Пол, ты говоришь так, как-будто картина пропала.

– Неужели, Джо?
– Он рассмеялся.
– Я пойду переоденусь.

– Извини меня, мне следовало напомнить тебе о выставке. Прости.

– Я тебя прощаю, Джо.

Он похлопал её по руке и направился в свою комнату. И, переступив порог гостиной, он вдруг вспомнил, что случайно встретился на прошлой неделе с Джимом Карстером. Он поболтал с ним в вестибюле одной из контор на Парк-авеню. Обрывки разговора стали всплывать в его памяти...

Мы собираемся в Чикаго на выходные, Пол. Миссис Карстер и я.

Чикаго. Итак, Джо знала, что позвонить миссис Карстер и выяснить насчет Ренуара невозможно. Миссис Карстер пробудет в Чикаго до конца недели.

А к тому времени, когда она вернется, Джо уже исчезнет. Она отлично все продумала.

Но скоро она умрет.

Отлично.

После ужина Артур отвел Пола в сторонку. Две женщины сидели в другом конце огромной гостиной и мило болтали. Дворецкий подал напитки, сменил пепельницы и удалился. Артур подождал, пока Пол поставит пустой стакан на столик и произнес:

– Ты выглядел необычайно молчаливым за ужином, Пол.

– Ты прав, Артур.

Артур раскурил сигару и опустился в глубокое кресло, его карие глаза изучающе смотрели на Пола.

– У вас какие-то нелады?

Пол проводил пальцем по ободку хрустального стакана. Круг за кругом. Он посмотрел в дальний конец комнаты на оживленное лицо Джо и лишь потом ответил:

– Скоро все будет в порядке, Артур.

Он посмотрел на него и улыбнулся.

Они немного помолчали. Мэдисоны жили в фешенебельном доме на Семидесятой улице, на южной стороне парка. Их апартаменты были намного больше, чем у Пола, и состояли из двенадцати комнат. Гостиная, в которой они сейчас находились, была просторной, с высокими потолками. И все же Грейс Мэдисон смогла так искусно все обставить и расположить, что комната не казалась слишком громадной и выглядела вполне уютной. Стены были увешаны современными абстрактными картинами. Картинами, которые Артур терпеть не мог, тогда как Грейс они нравились.