Чтение онлайн

Впервые за последние несколько дней мне удалось поспать. Даже как-то странно пробуждаться не от ночного кошмара, а от того, что наконец-то отдохнула.

Холодное утро стучало по карнизам ошмётками снега, пробивалось сквозь зазоры в шторах. В рассеянном свете кружились частички пыли. Я поднялась с кровати и подошла к окну.

Из-за свинцовых туч выглянуло солнце, прогнав унылую серость. Наступил новый день, а мы так ничего и не выяснили. Топтались на месте, жалея себя и упиваясь горем. А враг не станет ждать, когда мы встряхнёмся и хоть что-то предпримем.

И я подумала, раз он так стремится попасть в Академию, подкрасться к Верховной Ведьме, то мы опередим его. Пока неизвестный прокладывал путь к Главному Фамильяру, подвинем Стэнли и посмотрим, что он прячет.

Собираясь в Академию, я надела узкие чёрные брюки в тонкую серую полоску и блузку мятного цвета, перевязала её тонким поясом. Немного гламора, и волосы заблестели и рассыпались мягкими завитками по плечам, на лице появился лёгкий макияж.

Я долго разглядывала в зеркале своё отражение. Волосы действительно потемнели, из каштанового оттенка до горького шоколада. Цвет достался мне от бабушки - благородный коричневый, но, похоже, мамины гены брали своё.

Вот только с чем связаны внезапные перемены, я не знала.

Бен стоял на кухне с чашкой кофе у окна. Я подошла сзади и обняла его за талию, прижалась щекой к спине. Он непроизвольно напрягся, повеяло жаром, сила заплясала на коже точечными разрядами тепла.

Прежде Бен не реагировал на меня подобным образом, его явно что-то тревожило. Я уткнулась носом во впадинку между лопаток и прикрыла веки. Знать бы, что у него в голове….

У всех, кто лгал мне и отводил глаза, чтобы случайно не попасться. Но правда всплывёт - это только вопрос времени. И я боялась, что она окажется невыносимой.

Он изъявил желание пойти со мной, сославшись на то, что в одиночку я беззащитна. Пусть так, раз ему угодно, но я способна постоять за себя.

Я заставила Бена надеть бледно-сиреневую рубашку в тонкую, едва различимую фиолетовую полоску. Ткань была скользкой и тонкой, приятной на ощупь. Чёрные брюки из эластичной ткани сидели, как влитые. Сдержанно-конторский стиль шёл ему, и даже чёрные кеды не могли испортить впечатление.

Пробежалась пальцами по пуговицам на его рубашке. Бен отпил из чашки и свободной рукой накрыл мою ладонь, стиснул её, не позволяя двигаться ниже. Его пульс частил и спотыкался, дыхание было глубоким и тяжёлым.

Напряжение передавалось мне, раздавалось жаром от его тела, будто я стояла около печи. Я выпрямилась, но руки не убрала.

— Что тебя беспокоит?

— Вороны. Их больше, — Бен не шевельнулся, глядя в окно.

Я поднялась на цыпочки и посмотрела поверх его плеча. На деревьях перед домом расселись фамильяры, ветви прогнулись под весом птиц. Кто-то чистил перья, кто-то таращился глазами-пуговками по сторонам и громко каркал. Некоторые жались друг к другу, пытаясь согреться.

И воронов прибавлялось - прилетали новые и занимали последние свободные места. Столько сразу я никогда не видела.

— Стэнли позаботился, — предположила я. — Мы же вроде как важные особы.

— Хорошо, если так, — едва слышно выдохнул Бен.

Он отодвинулся, разрывая объятия. Повернулся ко мне лицом, на котором промелькнуло выражение скорби и чего-то ещё - чего-то тёмного, потаённого.

— На что ты намекаешь? — я охватила себя руками, не отводя от него взгляда.

— Том залёг на дно, и меня это настораживает. Он к чему-то готовится, — Бен говорил тихим задумчивым голосом, но в нём прозвучала интонация, которую я не сумела понять.

То ли он лгал мне, то ли знал куда больше, чем хотел показать.

Он отвёл глаза первым и отошёл к столу, чтобы поставить пустую чашку. Не найдя слов, я направилась к вешалке и сняла с неё чёрное пальто. За окном закружились птицы - часть стаи поднялась в небо и унеслась прочь. Снова что-то случилось?

Я могла бы попробовать подключиться к волне фамильяров и выяснить, куда они сорвались. Но уже сконцентрировалась на другой проблеме. Истребление системщиков у меня стояло на втором месте по важности сегодня.

— Ты же не собираешься совершать глупости? — Бен приблизился и помог мне надеть пальто.

Я позволила, хотя для этого пришлось сосчитать про себя до пяти. Он не сильно был доволен моим планом, но проскальзывало в его поведении что-то ещё, никак не относящееся к посещению Академии.

В груди стеснилось от его дыхания, согревшего щёку, сердце пустилось вскачь. Но в висках пульсировал страх. Он вёл себя холодно, избегал прикосновений и прямых взглядов. И мрачнел день изо дня, отдаляясь от меня.

Я ничего не понимала, и от этого становилось лишь больнее. Но расспрашивать его всё равно, что биться головой о стену - мучительно и без толку.

— Стэнли гарантировал мне свободный вход в любое время суток, но не в каждую комнату. А я не уверена, что ограничусь кабинетом Линетт. Можешь считать моё упрямство глупостью, если хочешь.

— Он развязал тебе руки и смотрит на всё, что ты делаешь, сквозь пальцы, — сказал он, надевая свою кожанку. — Не думаю, что Стэнли попытается тебя остановить, учитывая серьёзность ситуации. Ему нужно твоё вмешательство, хоть открыто он об этом не заявляет.

Я развернулась на каблуках и внимательно посмотрела на Бена.

— Думаешь, ему запретили втягивать меня?

— Он же сказал тебе это почти прямо, — он выдал слегка удивлённую улыбку.

— И не забыл упомянуть, что прикасаться ко мне тоже не может, — кивнув, тихо произнесла я и направилась к двери.

Бен помедлил, словно переваривал мои слова.

— Ты не предупредишь Джоша?

— Я шепну ему, но позднее. Пусть остаётся с Мишель и не треплет Стэнли без надобности.

— На чьей он вообще стороне?

— Стэнли? — я посмотрела на Бена через плечо, взявшись за дверную ручку. Он застёгивал молнию на куртке. — Он в нашей упряжке. Пойдём на дно мы - утянем его за собой. И наоборот. Но я не хочу, чтобы сегодня он путался под ногами.

С порывом ветра мы приземлились перед центральным входом в здание Академии. Мимо проходили маги и фамильяры, тянулись к высоким деревянным дверям. Мы влились в поток и поднялись по лестнице.

Никто не обращал на нас внимания. Я вошла в вестибюль, переливающийся всеми цветами радуги. Подвески на люстрах перекликались с мерцающим фонтаном, огни ламп и факелов россыпью искр заполняли просторное помещение.