Чтение онлайн

Везде мерещились тени и шорохи, частичка меня чуяла его, но не могла понять - почему. Просто предчувствие.

Персик бежал рядом и ориентировался по звукам моих шагов. И мыслям. Я разговаривала с ним и комментировала каждое своё движение, каждый шаг. И когда случайно задумывалась, он останавливался в растерянности и водил красивой рыжей мордой, выискивая меня суровым взглядом.

Миновав дом Майло, я посмотрела через дорогу на дом убитой феи. Вой сквозняков, мороз по коже от ощущения тьмы, поселившейся в нём, и я почувствовала себя вновь тяжело больной.

Тьма меня затягивала, высасывая силы, и, если бы Персик не ткнулся мордочкой в ногу, я бы последовала за ней. Очнувшись, жадно вдохнула и быстрым шагом направилась вперёд по улице, но неожиданно возникло желание спрятаться или убежать. Трусиха, Эшли.

Неприятный холодок, пронизывающий до костей, натолкнул на неприятную мысль - предчувствия меня не обманывали. Поблизости притаился рагмарр.

Замерев посреди дороги, я обернулась, выискивая глазами Персика.

«Мы не одни», подумала, и кот подбежал ближе.

Ветви плакучей ивы, отделявшей нас от перекрёстка, шелохнулись, едва заметно, будто от чьего-то неосторожного дыхания. Я приросла ногами к земле, перестала моргать. Что-то двигалось в мою сторону.

Вал клубящейся энергии прошёл по моему телу, обжёг щеку. Я невольно коснулась её тыльной стороной ладони. На асфальте появилась вытянутая тень и, бесшумно приближаясь, исчезла за ивой.

Из-за дерева неторопливо вышел Том.

Он двигался с наглой уверенностью, и сила, покалывающая мою кожу, говорила, что он эту уверенность может подтвердить.

В тёмном плаще с воротником-стойкой, надетым нараспашку поверх чёрной рубашки, расстёгнутой до середины груди. Чёрные брюки, ботинки на мощной подошве - не мужик, а конфетка. Конфетка, от которой зубы сводило.

Он озадаченно ухмылялся, озираясь и легко касаясь пальцами кружева листвы. Принюхавшись к воздуху, рагмарр тихо усмехнулся, но не проронил ни слова.

Обогнул низко свесившиеся ветви ивы, медленно прошёлся по дороге, совсем близко, и, почувствовав тепло моего тела, остановился. Резко повернул голову, посмотрел на меня, но мимо.

Я не дрогнула, хотя чуть не скончалась на месте от разрыва сердца. Хотелось куда-нибудь деть руки, но я боялась, что шорохом одежды привлеку его внимание. Персик успел пролезть за забор соседского дома. Шелестя травой, он громко и протяжно замурлыкал, отвлекая от меня внимание Тома.

Но рагмарр даже не посмотрел в его сторону. Он поднял голову, всматриваясь в ночное небо, и ухмылка не сходила с его губ.

— Я запомнил твой запах, — сказал он и с шумом втянул воздух, раздувая ноздри. — Мне знакомо ощущение твоей силы. Я не вижу тебя, но чувствую. Настолько, что ладони чешутся.

Рагмарр поднял правую руку и взглянул на неё. Я тоже. Она пылала магией.

Я смотрела на пламя, не в силах отвести взгляд. Том цыкнул, словно от боли, и небрежно передёрнул плечами.

— Ни за одной целью я не гонялся так долго. Теперь меня разбирает любопытство, за что же тебя заказали? Может, поболтаем?

Я не ответила. Уловка не подействовала, но рагмарр не сдался.

— Ты перетянула на свою сторону моего брата, — процедил сквозь стиснутые зубы. Гнев внезапно смыл его показное радушие. — Понятия не имею, как это могло произойти, да и не важно, ведь теперь он обречён. Неужели хочешь, чтобы он из-за тебя погиб? Кровь Бена будет на твоих руках, а не на моих, Эшли!

Он произнёс моё имя с вызовом, и я невольно вздрогнула. Попытка взять интересом не сработала, тогда охотник решил надавить на больное место.

Да, не спорю, тревога за Бена разъедала червем сердце, но, если бы я сейчас выдала себя, Том убил бы меня сию же секунду, а потом и младшего брата. И эта мысль удержала от роковой ошибки.

Плавно и очень осторожно я шагнула влево и посмотрела на него. Том уставился вдаль, что-то обдумывая, и ничего не заметил. Двинувшись мягкими бесшумными шагами к перекрестку, я добрела до ивы и замерла.

Ветви коснулись рукава плаща, и тонкий слух рагмарра уловил звук. Резко обернувшись, Том ледяным взглядом посмотрел на то место, где миг назад стояла я - отступив назад, прижалась спиной к забору. Персик притих в траве, готовясь защищать меня от тёмного.

Бесконечно долгие секунды, застывший ночной воздух, и мучительное ощущение опасности. Всё, что произошло дальше, казалось сном: обратившись в дым перед носом у Тома, я взмыла в небо и понеслась прозрачным воздушным потоком прочь.

Персик вытянул голову, распушив от злости и напряжения усы, но не шевельнулся. Джош не пил зелье абсолютной невидимости.

Том почувствовал меня - завертел головой и посмотрел вверх. Поджав губы, сжал руки в кулаки и чёрным вихрем промчался над улицей. Я летела, скользила между зданиями и поднималась над ними, чтобы посмотреть, как близко он подобрался.

Охотник не отставал - нёсся разъяренной стихией, круша флюгеры и ломая верхушки деревьев. В последнее время рагмарры забыли про осторожность и открыто нападали при свидетелях. Странник был прав в том, что они окончательно слетели с катушек без правителя.

Пролетая над домами, я снизилась и сбавила скорость. Парила, затаив дыхание, в надежде, что Том пролетит мимо, не заметив меня. До Центральной Библиотеки оставалось совсем ничего, нужно было выиграть несколько минут форы для того, чтобы добраться до неё и успеть скрыться внутри.

Том пронёсся мимо вихрем, от которого волосы на теле встали дыбом, а кожу обожгло горячей магией. Испугавшись, что он учует мой запах, подхваченный дуновением ветра, я закусила губу и припала к земле, но Том полетел дальше.

Осторожно вздохнув, поспешила свернуть за дом и пересечь улицу молниеносным порывом воздуха. Я никак не могла привыкнуть к рагмаррам и научиться хладнокровию. Всё ещё захватывало дух от мысли - мне посчастливилось узнать правду, увидеть их своими глазами!

Передо мной чернело здание Библиотеки. Я миновала стоянку и приземлилась около лестницы, на ступенях уже ждали Джош и Стэнли. Первый нервно поджимал губы, переминаясь с ноги на ногу, а другой задумчивым взглядом смотрел на меня.

Спрятав руки в карманы синих брюк, Стэнли казался невозмутимым, непроницаемым. Камзол тёмно-синего цвета невероятно подчёркивал красоту голубых глаз даже в полумраке, в них хотелось смотреть и тонуть. Никогда не устану поражаться их глубине и выразительности.