Дым и перья в академии Эгморра. Запретный плод
Шрифт:
Звук затих вместе со мной, и я шагнула вперёд. Шелест возобновился и снова замолк, когда я остановилась. Теперь можно было бояться по-настоящему.
Вглядываясь в гнущиеся на ветру высокие жёлтые стебли степной ковыли, я искала глазами что-то, выбивающееся из общего пейзажа. Надеялась заметить хоть какое-то постороннее, неосторожное движение.
И чем дольше смотрела, тем больше мерещилось, и я бы сослалась на разыгравшуюся фантазию, если бы тёмное пятно среди монотонного серо-жёлтого шума не шевельнулось.
Чуть не вскрикнув, я прикрыла рот рукой - пятно шагнуло в мою сторону. А стоило развернуться и побежать в обратном направлении, как справа показалось ещё одно. Бен и Джош? Нет, навряд ли.
Слева что-то мелькнуло, и я обернулась. Ещё одна тень, которую невозможно поймать глазами. Она скрывалась в траве, но было отчётливо слышно, как передвигается. Попятившись, я тут же остановилась, дёрнулась кожа на спине от ощущения присутствия чего-то сзади.
Холод пробежал по телу, я медленно повернула голову и сглотнула трепещущий ком в горле, он тяжело и гулко упал в желудок. Кажется, это было моё перепуганное сердце…. Пятно шевельнулось, подалось вперёд, и одновременно с ним задвигались остальные тени.
А я крутилась на месте, боялась упустить из виду хотя бы одного из них и медленно поднимала ладони над землей. Внутри шевельнулась магия, словно пробудившийся зверь, и закололо кончики пальцев.
Сила заиграла на коже, воздух вокруг заискрился, стало немного теплее - магия проливалась сквозь меня, создавая защитный барьер. Он серебрился, отражаясь от капель дождя. На душе становилось спокойнее, в голове прояснялось, когда я обращалась к своей силе.
Время замедлило ход - всё вокруг застывало, замерзало. Чёрные пятна притихли, почуяв магию. Трава больше не колыхалась на ветру, капли повисли в воздухе - перед лицом, над головой, сбоку, - и можно было тщательнее рассмотреть тени, но я боялась совершить лишнее движение. Боялась спугнуть их.
Ни искорки магии, ни малейшего намёка на сущность окруживших меня неизвестных преследователей. Я не могла прощупать их, как ни старалась - пустота и внутренняя тишина, как если бы они были обычными людьми. Но они не являлись ими, такими глазами не мог обладать человек!
Подняв руку, я протянула её влево, чтобы коснуться кончиками пальцев травы, но не осмелилась. Раздвинула её магией, не касаясь, и в треугольнике сухих стеблей мелькнул глаз, подглядывающий за мной.
И он не был похож на человеческий: оранжевая радужка тонким кольцом обрамляла большой чёрный зрачок. Я засмотрелась, забыв, как дышать, и подалась вперёд, вытянув шею.
Внезапно глаз моргнул. Вздрогнув, я отпустила траву, и в то же мгновение тени взмыли в воздух и унеслись прочь, словно четыре молниеносных белых облака. Шелестя крыльями, как птицы, которых спугнули….
От шороха перьев защекотало в горле, я судорожно сглотнула и огляделась. Снова шёл дождь, колыхалась и прогибалась от тяжёлых капель ковыль, и снова мне было холодно и немножко страшно.
Целую минуту, утомительно долгую и напряжённую, я вертелась и искала глазами движение, малейший намёк на чёрную тень среди травы. Прислушивалась к каждой капле, падающей с неба, касающейся земли, но слышала лишь дождь и ветер, волнами пробегающий по жёлтым просторам.
Не заметив больше ничего, я направилась вперёд, хотя сложно было сказать, куда я шла. Всё перемешалось, поле вращалось, чёрные тени сбили меня с толку и запутали, дезориентировали.
Кто это был? И почему они не тронули меня? Белый дым говорил о том, что рагмаррами эти четверо быть не могли, да и характерного ощущения я не испытывала в их присутствии. Охотников я чуяла нутром, и здесь их не было. Даже Бена.
Я шла и шла, холод пронизывал до костей, и ноги уже не слушались. Мокрая одежда противно липла к телу, по коже струились ледяные ручьи, но нельзя было останавливаться.
Неожиданный порыв ветра, от которого перехватило дыхание, оповестил о близости Бена. Теперь я знала, что он был справа, а слева двигался Джош - он мысленно шепнул мне. Я звала его, беззвучно шевеля губами, и он откликнулся.
Среди сухоцвета и пожелтевшей грязной травы что-то белело. Разгребая её руками, я двигалась медленнее, глядя под ноги на сырую мягкую почву. И замерла, наткнувшись на то, что совсем не ожидала здесь обнаружить.
Каштановые волосы смешались с грязью, бело-синяя, мертвенная кожа ссохлась и казалась прозрачной, рваное белое платье облепило худощавое тело. Посреди поляны лежала молодая девушка, её остекленевшие серо-голубые глаза с испугом смотрели в небо.
Остановившись, я с ужасом смотрела на руки в тонких порезах, бледные босые ноги в ссадинах, и по моей спине струился холодок. При жизни она была хорошенькой - аристократические черты, изящная фигура, точно высеченная умелой рукой из белого мрамора.
Но что-то высосало из девушки жизнь, лишило природной красоты. На мокрой холодной земле осталась брошенной пустая оболочка, ни капли магии в ней не осталось. Сзади подошёл Бен, и я чуть не завизжала от неожиданности. Он посмотрел вниз слегка расширенными глазами.
— Это она?
— Точно не могу сказать, — облизав губы, пробормотала я. — Но предполагаю, что да.
— Она убегала. — Бен указал на порезы на руках и ногах: — Бежала по траве. Босиком.
— Убегала, — отметил запыхавшийся Джош. — И нам надо уносить ноги. Нас преследуют.
Со стороны дома доносились отчётливые шорохи и быстрые чавкающие шаги, словно кто-то бежал. Не успев договориться, в какую сторону «уносить ноги», мы рванули прочь, не разбирая дороги.
Перед глазами стояло лицо мёртвой девушки, в ушах - шелест травы и шум крови. От страха пульс стучал у самого горла, и я бежала, раздвигая руками траву. Бежала и бежала, и вдруг осознала, что никого поблизости нет, впереди показались тёмные верхушки деревьев. Я подошла к подлеску и осталась совершенно одна.
Замерла и осмотрелась, прислушалась к тишине, но шум дождя смазывал все остальные звуки. Глядя в густую высокую траву, я впадала в панику. Отсюда не было видно ни дома Адрианы Хиггинз, ни удаляющихся Бена и Джоша. Совсем близко пробегала река, где-то внизу - ощущался характерный запах воды, который дождь не мог перебить.
Промокшая до нитки, озябшая до костей, я стояла и дрожала, не в силах бежать дальше. Но и здесь оставаться было нельзя.
Разгребая руками сырую траву, от которой уже горела кожа, и появились порезы, я двинулась обратно в сторону дома, в надежде наткнуться на ребят. Мысленно взывая к ним, плелась, с трудом переставляя окоченевшие ноги.
В сапогах хлюпало, по спине бежали ручьи, и, кажется, сознание давно отключилось, все движения совершались мной на автомате. Как вдруг впереди послышался шорох.
Я заметила движение и замерла. Радости не было предела - я всё же нашла их! В душе проснулся червь сомнения, закопошился, но я шагнула навстречу и…. Из травы просунулось дуло револьвера, потом появилась рука, направляющая его мне в лицо.
Я проглотила свою радость - раздвинув свободной рукой траву, ко мне вышел Лукас.