Чтение онлайн

— Думаю, тебе нужно сменить облик, — я поморщилась. — Необычный, безусловно, красивый, но нереально крупный лев бросается в глаза. Да, впрочем, и обычные львы не часто по улицам Мортелля разгуливают.

Мы шли долго и медленно по сонным улицам города. Дабы не травмировать психику редких прохожих и мирных жителей, решивших ненароком выглянуть перед сном в окошко, Джош принял облик Персика. Таким образом, мы без происшествий добрались до его дома. Ему нужна была одежда, покой и горячий душ, а мне — чашечка бодрящего кофе.

Одноэтажный белый домишко встретил нас сонной тишиной и темнотой в окнах.

Во дворе поблёскивало небольшое озеро, старая плакучая ива свесила тонкие ветви к воде. Джош привык к одиночеству — видимо, ему по горло хватало пребывания в нашей семье, и свою он не спешил заводить.

А из-за разрыва с Мишель замечательное событие и вовсе отложится на неопределённый срок. Хотя, в душе я уже надеялась на то, что после случая с Томом сестра взглянет на Джоша с иной стороны и изменит своё мнение на его счёт.

Джош, вернее Персик, бодро поскакал по дорожке, вымощенной серым камнем. Он пружинил через пучки травы, растущие вдоль резных бордюров. Взбежав по ступенькам, запрыгнул на карниз окна.

Юркнув в открытую форточку, исчез во мраке пустого дома, с минуту чем-то шуршал и гремел, вскоре в холле загорелся свет. Поднявшись к входной двери, я остановилась. Он отворил мне, ослепив ярким светом, и пригласил войти.

Прикрываясь тёмно-синим махровым полотенцем, Джош вжался в стену. Я не заставила себя ждать. Он успел скинуть грязную и рваную одежду, которая неаккуратной кучкой валялась на полу в холле.

Захлопнув дверь, Джош прошлёпал вперёд и свернул направо, подразумевая, что и я должна последовать в том же направлении. Мы шли в кухню.

Стильно меблированное помещение радовало яркими цветами. В такую кухню приятно заходить утром, когда солнечные лучи проникали сквозь белые ажурные шторы и оживляли интерьер.

На жёлто-зелёном столике на двоих в белоснежной вазе распускались розовые флуции, мерно гудел на стене охладитель воздуха, которому вторил высокий встроенный серебристый холодильный шкаф.

Джош прошёл к печи, придерживая одной рукой полотенце. Он выдвигал ящик за ящиком, открывал полку за полкой, пока не нашёл то, что искал — небольшую кофейную турку и пакет с молотым кофе. Совершив необходимые манипуляции одной свободной рукой, поставил её на печь, включил конфорку и снова полез в полку.

Пока он хозяйничал, я достала из кармана плаща зеркальце, чтобы взглянуть на шрам на шее. Сморщенный обгорелый отпечаток ладони — меня передёрнуло. Запустив руку в карман, достала последний пузырек исцеляющего зелья и, пролив на бумажную салфетку, что стянула со стола, приложила к ране.

Минуту кожу щипало и жгло, но, когда я отняла её от шеи, оказалось, что зелье вновь почти не действует. Чёрт…. Джошу оно помогло куда лучше.

Скомкав салфетку в ладони, я огорчённо вздохнула. Наблюдая за хозяином дома, опустилась на стул и сложила руки на столе. Розовый кривой шрам от ожога на спине изуродовал красивую крепкую спину, а на щеке краснела глубокая царапина.

Джош выглядел потрёпанным, но бодрым. Держа прямо спину, он шустро орудовал с чашками, колдовал над печью в буквальном смысле: один щелчок пальцев, и забурлило кофе в турке, ещё щелчок — я ощутила аромат ванили, наполнившей помещение нежной сладостью.

С третьим щелчком выключилась конфорка. Разлив напиток по чашкам, он добавил волшебную сливочную пенку с цветочным узором, причём проделал это совершенно привычным взмахом руки, словно данный рецепт кофе являлся для него повседневным и ничем не примечательным.

Поставив передо мной белую фарфоровую чашку, Джош опустился на стул. Хмуро пододвинув к себе свою чашку, отпил, не отрывая её от стола. Я посчитала, что минута наслаждения вкусом должна остаться безмолвной, и, сделав глоток, слизала с губ пенку.

— Зачем ты вышла из дома?

Вопрос Джоша застал меня врасплох, я чуть не выронила из рук чашку. Поспешив поставить её, посмотрела на него вытаращенными глазами. Он усмехнулся, не поднимая головы и не глядя на меня.

— И не надо делать такое лицо.

— Ну…. Ничего умнее не придумала, — призналась я.

— Я так и понял. — Джош вздохнул и, подняв голову, внимательно посмотрел прямо в глаза: — А вышла-то зачем?

Я моргнула и вопросительно изогнула брови, ничего не ответив. Он раздражённо поджал губы.

— Над домом нависли два рагмарра. Разве это не веская причина поджать хвост и дождаться более удобного момента для вечерней прогулки? Какого чёрта, Эшли, ты вышла из дома? — последние слова он проорал мне в лицо, я даже немного сжалась. — Вся округа теперь в курсе, что на тебя охотятся! Все соседи видели бойню посреди улицы! Что это было, Эшли?

Невинно похлопав ресницами, я робко пожала плечами.

— Меня пытались убить рагмарры.

— Да! — Джош выставил вперед указательный палец: — Именно! Можешь объяснить, почему им не удалось это сделать?

— Ты спас меня? — предположила я.

— Нет! Вообще-то, это ты меня спасла, — нехотя признался он и чуть заметно смутился. — Я видел, как они дрались между собой…. Устроили целое светопреставление в небе.

Вдруг он вспомнил о моём существовании и поднял взгляд, тяжёлый и обжигающий:

— Тебе теперь нельзя показываться дома. А твои сестры остались одни, перепуганные и уязвимые! Ты бросила их.

— У тебя к кофе ничего не найдётся? — осторожно поинтересовалась я и изобразила милейшую из улыбок.

Джош с недовольным видом встал из-за стола, прошёл к холодильнольному шкафу и, миг спустя, грохнул передо мной тарелку с тремя кусками белого хлеба.

— А сладенького? — протянула я.

Снова поджав губы, он сходил к холодильнику и принёс сахарницу.

— Ты так гостеприимен, просто чудо! А что ещё ты хранишь в холодильном шкафе?

— Ешь! — рявкнул Джош и отпил из своей чашки.

Решив больше не испытывать судьбу, я послушно схватила один кусок хлеба и жадно откусив, запила его кофе. Неплохо было бы поджарить его, но и так сойдёт.