Чтение онлайн

– Это было так давно, дядя. В конце концов я...

– Пожалуйста, никаких уверток, - жестко проговорил барон.

Фейд-Раус, глядя на своего дядю, подумал: "Он знает. Иначе бы он не стал спрашивать".

– Это был обман, дядя. Я пошел на него, чтобы устранить вашего начальника над рабами.

– Очень умно, - заметил барон.
– И смело. Этот раб-гладиатор едва не взял над тобой верх, так?

– Да.

– Если бы твоя хитрость могла сравниться с твоей храбростью, тебе не было бы цены.
– Барон покачал головой. И как это с ним случалось множество раз с того ужасного дня на Арраки, он поймал себя на том, что сожалеет о гибели Питера, своего ментата. Ловкость того человека была поистине дьявольской. Впрочем, она его не спасла. Барон снова покачал головой. Иногда пути судьбы поистине непостижимы.

Фейд-Раус оглядел спальню, изучая следы борьбы и удивляясь тому, как дяде удалось одолеть раба, столь тщательно им подготовленного.

– Удивляешься, как я одержал над ним верх?
– спросил барон.
– Позволь мне оставить в тайне мои стариковские секреты, Фейд. Сейчас нам лучше заняться сделкой.

Фейд-Раус внимательно посмотрел на него. "Сделкой! Значит, он намерен оставить меня в преемниках. Иначе почему сделка? Сделка заключается с равным или почти равным".

– Какой сделкой, дядя?
– Фейд-Раус не без гордости отметил, что его голос остался звучным и спокойным, не выдавая тех чувств, что переполняли его.

Барон тоже отметил это обстоятельство. Он кивнул.

– Ты - благодатный материал, Фейд. Я не намерен зря расходовать хороший материал. Тем не менее ты упорствуешь, отказываясь узнать свою истинную для меня ценность. Ты упрям. Ты не понимаешь, почему тебе следует относиться ко мне, как к высшей для тебя ценности. Это...
– Он указал на следы борьбы в комнате.
– Это было глупо с твоей стороны. Я не намерен награждать тебя за глупость.

"Переходи к сути дела, ты, старый дурак!" - подумал Фейд-Раус.

– Ты думаешь обо мне, как о старом дураке, - произнес барон.
– Я должен тебя в этом разубедить.

– Вы говорили о сделке.

– Нетерпение свойственно юности, - сказал барон.
– Что ж, суть сделки в следующем: ты прекратишь эти глупые покушения на мою жизнь; я, когда ты к этому будешь готов, уступлю тебе место. Я сделаю тебя властелином, а сам стану просто советником. Ты все еще считаешь меня дураком, и эти слова только укрепляют тебя в твоем мнении, не так ли? Ты думаешь, что я стою перед тобой на задних лапах! Осторожнее, Фейд! Старый дурак разглядел сквозь защитное поле иглу, которую ты всадил в бедро мальчика-раба. Как раз на то место, на которое я кладу руку. Малейшее давление - и отравленная игла в ладони старого дурака! А, Фейд?..

Барон покрутил головой, думая: "И все же план удался бы, не предупреди меня Хават. Пусть парень верит в то, что я сам все понял. В некотором смысле так оно и есть. Это я спас на Арраки Хавата от гибели, и он просто обязан отблагодарить меня за это".

Фейд-Раус молчал, размышляя: "Можно ли полагаться на его слова? Если действовать осторожнее, я рано или поздно уберу его. Но надо ли торопить события, ведь он не будет жить вечно".

– Вы говорили о сделке, - напомнил Фейд-Раус.
– Какие гарантии ее выполнения мы можем дать друг другу?

– А как мы можем доверять друг другу?
– спросил барон.
– Так и быть, Фейд, я открою тебе секрет: я приставил Зуфира Хавата наблюдать за тобой. В таком деле я полностью доверяю способностям Хавата. Ты меня понимаешь? Что же касается меня, то тебе придется поверить мне на слово. Но я не могу жить вечно, не так ли, Фейд? И возможно, тебе следует задуматься над тем, что на свете есть вещи, в которых я разбираюсь лучше, чем ты смог бы это делать.

– Я дам вам клятву, а что дадите мне вы?
– спросил Фейд-Раус.

Ответ барона был краток:

– Я дам тебе возможность жить.

И снова Фейд-Раус пристально посмотрел на своего дядю. "Он приставил ко мне Хавата. Что бы он сказал, если бы я поведал ему, что это Хават придумал трюк с гладиатором, стоивший дядюшке потери начальника над рабами? Возможно, он бы сказал, что я лгу, стараясь очернить Хавата в его глазах. Но добрейший Зуфир-ментат предвидел и эту возможность".

– Итак, что ты мне на это скажешь?
– спросил барон.

– Что я могу сказать? Разумеется, я согласен.

И Фейд-Раус подумал: "Хават! С обоих концов он играет против середины... Так ли это? Перешел ли он в лагерь моего дяди, после того как я посоветовался с ним насчет этого покушения с использованием мальчикараба?"

– Ты ничего не сказал насчет Хавата, - прохрипел барон.

Фейд-Раус раздул ноздри, подавляя гнев. В семье Харконненов имя Хавата служило сигналом опасности в течение многих лет... а теперь у него появилось новое значение: он все еще опасен.

– Хават - опасная игрушка, - сказал Фейд-Раус.

– Игрушка? Не будь глупцом. Я знаю, что приобрел в лице Хавата, и знаю, как его контролировать. Хават глубоко эмоционален, Фейд. Его эмоции... их можно обернуть нам на пользу.

– Я вас не понимаю, дядя.

– А между тем это достаточно просто.

Лишь быстрый взмах ресниц выдал возмущение Фейд-Рауса.

– И Хавата ты не понимаешь, - невозмутимо продолжал барон.

"Как и ты!" - подумал Фейд-Раус.

– Кого должен винить Хават в своем теперешнем положении?
– спросил барон.
– Меня? Конечно. Но он был инструментом Атридесов и брал надо мной верх до тех пор, пока не вмешалась империя. Вот как он смотрит на это дело. Его ненависть ко мне привычное для него чувство. Он верит в то, что в любое время может одержать надо мной победу. Веря в это, он подавляет ненависть ко мне. А я направляю его внимание туда, куда хочу: против империи:

Фейд-Раус наморщил лоб, силясь понять услышанное.

– Против императора?

"Пусть мой дорогой племянничек отведает и этого, - подумал барон. Пусть примерит на себя: император Фейд-Раус Харконнен. Пусть спросит себя, сколько это стоит. Конечно, такое стоит больше, чем жизнь старого дяди, чьими стараниями мечта может стать явью!"

Очень медленно Фейд-Раус провел по губам кончиком языка. "Может ли быть правдой то, что говорит старый дурак?"

– И при чем же тут Хават?
– спросил он.

– Он думает, что сможет использовать нас против императора в качестве оружия мщения.

– И когда же?

– Дальше мести его планы не идут. Хават из числа людей, которые должны служить другим, но сам он этого не знает.

– Я многому научился у Хавата, - сказал Фейд-Раус, сознавая, что говорит правду.
– Но чем больше я его узнавал, тем острее чувствовал, что нам нужно от него избавиться, и как можно скорее.

– Тебе не понравилась мысль о том, что он может за тобой следить?