Чтение онлайн

Графиня протянула руки к внучке, но Марвин отшатнулся. Отчаяние захлестнуло его, и вдруг перед мысленным взором запылали слова заклинания Леопольда.

–  Я иду, - прошептал принц Аргора и исчез вместе с дочерью.

Несколько секунд император смотрел на пустую табуретку, а потом взревел:

–  Щенок! Я верну тебя и заставлю сделать всё, как надо!..

Кошки в Аксиме.

На следующий день после встречи с отцом, преподаватели не узнали Элларда. Вместо взбалмошного и всем не довольного молодого человека, перед ними предстал примерный студент, схватывающий знания на лету, доброжелательный с товарищами и вежливый с педагогами. Эллард с головой окунулся в учёбу. Он натаскал в свою комнату книг и штудировал их по ночам, благо в Цитадели котёнок привык спать по два-три часа в сутки. Через неделю Эллард, с благословения наставника, явился в ректорат и попросил устроить экзамен. Коллегия совершенных магов удовлетворила его просьбу, лишь потому, что надеялась сбить спесь с ученика, но Эллард успешно прошёл испытание и единогласно был переведён на первый высший курс. К похвалам аксимийцев котёнок остался равнодушен, а вот одобрительный хлопок наставника по плечу, отозвался в сердце чудеснейшей музыкой. Котёнок готов был учиться и вовсе без сна, лишь бы золотая кошка был им доволен.

Убедившись, что воспитанник идёт нужным курсом, Жерар немного успокоился и продолжил наблюдения за белыми магами, изучая их привычки и слабые места. Об учёбе эльф не беспокоился. В отличие от Элларда, ему не нужно было рваться вперёд. На последних пяти курсах высшей школы не приветствовался экстерн. Совершенные маги считали их определяющими для дальнейшей судьбы белого мага, и самостоятельное обучение, по их мнению, могло навредить студенту. Жерара бесило медленное продвижение к диплому. Он мог бы с лёгкостью изучить нужные дисциплины за год, сдать экзамены, освоить курс перемещения между Мирами, и уйти из скучной Аксимы, забрав Элларда и Ильмару, но приходилось мириться с политикой Центра. И всё же, скрупулезно выполняя задания преподавателей, эльф одновременно изучал то, что не входило в курс. Он лелеял надежду отыскать способ обойти запрет на экстерн. Жерар всем сердцем рвался в Аргор, чтобы узнать, что стало с Марвином.

Обещание, данное принцу, не позволяло Жерару и на секунду забыть о подопечных. Но если присматривать за котёнком после того, как его перевели на высший курс и поселили в одном корпусе с наставником, стало легче, то надзирать за Ильмарой было не просто. В первые дни пребывания в Центре преподаватели индивидуально занимались с новой ученицей, подтягивая её к уровню остальных студентов. А когда Ильмара освоила азы белой магии, её присоединили к основной группе учащихся. Девушка стала ходить на лекции вместе со сверстниками, и эльфу пришлось поднапрячься, чтобы не упустить из вида собственность принца Аргора. Изо дня в день Жерар как бы невзначай сталкивался с Ильмарой во время дневных и вечерних прогулок в парке, и на правах земляка и старшего товарища, подробно расспрашивал её о жизни в Центре. И наивная, лишённая воспоминаний девушка охотно делилась с джирмийцем восторженными впечатлениями и своими нехитрыми проблемами.

До поры до времени, Жерар был спокоен за неё, но спустя некоторое время красивая девочка из тёмного Мира, пережившая жуткую трагедию, стала привлекать повышенное внимание мужской половины Центра. Студенты средних и высших курсов дарили Ильмаре цветы, конфеты и прочие безделушки, которые та принимала с радостью: комната аргорки утопала в цветах, шоколаде и мягких игрушках. Жители Центра доброжелательно относились к Ильмаре, предлагали дружбу и помощь, проявляли участие и заботу, и девушке казалось, что она попала в царство всеобщей любви. Она верила всему, что ей говорили, и ни от кого не ожидала подвоха.

Жерар пытался спустить Ильмару с небес на землю, но она лишь улыбалась и хлопала наивными синими глазами, не придавая значения его словам. Джирмиец скрипел зубами, но сделать ничего не мог. Стань он слишком настойчивым, и Ильмара не преминет пожаловаться педагогам, а привлекать к себе излишнее внимание не входило в его планы. В общении с девушкой Жерар всё время держался настороже, опасаясь, потерять с ней дружеский контакт. Он тщательно выверял каждое слово, просчитывал различные варианты развития их диалога и старался появляться на глаза Ильмаре, лишь стоило ей подумать о нём. Благо помыслы эльфа в отношении собственности принца Аргора были чисты и оставшаяся незаблокированной магия, которую аксимийцы называли чистым даром, позволяла ему незаметно подслушивать мысли девушки.

Активность джирмийца окупилась даже раньше, чем он рассчитывал. Однажды утром, ещё до занятий, Ильмара робко постучала в его комнату. Жерар распахнул дверь, и зарёванная девушка бросилась к нему, доверчиво прижалась к груди и уткнулась лицом в белый балахон.

–  Что случилось, девочка?
– мгновенно насторожился эльф.

–  Он… он… - всхлипнула Ильмара.
– Он поцеловал меня.

Сердце эльфа ухнуло в пятки. Он встряхнул девушку и холодно посмотрел ей в лицо:

–  Кто посмел?

–  Алекс, - пролепетала Ильмара. Слёзы застилали глаза, и она не видела, как лицо земляка перекосилось от лютой ярости.
– Он учится на третьем высшем курсе. Он ходил за мной по пятам, а вчера вечером пришёл ко мне в комнату, сказал, что я ему нравлюсь и… - Девушка стиснула пальцами белую ткань и заревела белугой.

–  Что и?
– хищно оскалился эльф, едва сдерживаясь, чтобы не начать душить аксимийцев голыми руками. Всех подряд!

–  И поцеловал в губы!
– выпалила Ильмара и покраснела, как маков цвет.

–  И всё?

–  Да. Потом он ушёл.

Джирмиец с трудом подавил желание расхохотаться. 'Это же надо быть таким тюхой, Алекс. Одно слово - аксимиец!
– мысленно хихикнул он.
– Но за поцелуй ты ответишь!' Эльф состроил понимающее лицо, крепче прижал к себе девушку и, бережно гладя её по длинным тёмным волосам, наставительно произнёс:

–  А ведь я предупреждал тебя, Мара. Нельзя верить всем подряд.

–  Что же мне теперь делать, Жерар?

–  Забыть. Отправляйся на занятия и ни о чём не беспокойся. Больше до тебя никто не дотронется, детка.

Джирмиец проводил свою подопечную до дверей аудитории и решительным шагом направился в ректорат. Он отыскал кабинет Фридриха, постучался и вежливо испросил принять его.

Седовласый встретил аргорца благорасположенной улыбкой. До сего дня Жерар ни на что ни жаловался, но сейчас на его лице читалась обида. Это встревожило Фридриха и разожгло его любопытство. Усадив студента в широкое велюровое кресло, он участливо спросил:

–  Что беспокоит тебя в этот светлый и тёплый день, товарищ Жерар?

–  Ильмара. Девочка пережила колоссальную драму и боится пристального мужского внимания, - скорбно произнёс эльф, немного помолчал, словно раздумывая, стоит ли продолжать, и твёрдо проговорил: - Один из студентов позволил себе вольность по отношению к бедняжке. Мара прибежала ко мне в слезах, и я едва успокоил её. Душевное здоровье девочки внушает мне опасения, товарищ Фридрих. Если подобный инцидент повториться… - Жерар стиснул пальцами подлокотники и замолчал, с тревогой глядя на седовласого.

–  Как его имя?
– нахмурился совершенный маг.

–  Алекс, третий высший курс.

–  Алекс.
– Фридрих качнул головой и забарабанил пальцами по дубовой столешнице. Эльф говорил правдиво и искренне, но белый маг кожей чувствовал, что за его словами что-то кроется. Однако от прямого вопроса аксимиец удержался, у него не было повода задерживать студента, а тем более допрашивать его.
– Я поговорю с Алексом, товарищ Жерар. Спасибо большое, что ты сообщил мне о происшествии.

–  Всегда рад помочь, - почтительно произнёс эльф, поклонился и степенно отправился на занятия, надеясь, что за поцелуй несовершеннолетней студентки Алекс весь третий курс проведёт на клумбах.