Джирмийское клеймо
Шрифт:
– Одного желания мало, сынок. Вам не изменить тысячелетние устои Аргора, тем более, что всех они устраивает, кроме вас троих.
– Ерунда! Нам просто не хватило времени!
– со слезами на глазах воскликнул Эллард.
– Мы с Марви можем всё!
– провозгласил он и вдруг почувствовал, что за его спиной кто-то стоит.
Марвин вскочил, а вор обернулся и встретился глазами со статным темноволосым мужчиной, лет сорока пяти. Его прямые волосы были зачёсаны назад, открывая высокий лоб. На властном лице горели пронзительные дегтярно-чёрные глаза, а резко очерченные губы кривились в снисходительной улыбке.
– Смелое заявление, сын Леопольда!
– ехидно усмехнулся Бернар, и его тёмные глаза хищно блеснули.
– Зато правдивое, предводитель!
– Вор нагло ухмыльнулся, сверкнув изумрудно-зелёными глазами.
– Прошу к столу, - вмешался Лоран.
– Сядь, Марвин!
– приказал предводитель и принял из рук главы Хамелеонов бокал. Серебряная кошка опустился на стул, а Бернар пригубил вино и, оценивающе взглянув на Элларда, сказал: - У тебя достойный наследник, Лоран.
– Под стать твоему.
– Да. Мальчики легко сдружились.
– Что лишний раз доказывает, насколько наши кланы похожи.
– Меня порадовало их путешествие. Оно пошло на пользу им обоим.
– Очень на это надеюсь. Элларду давно пора стать серьёзней.
– Конечно, иначе какой из него глава клана.
– Ты уверен, что он доживёт до этого дня?
Бернар сделал глоток вина, промокнул губы салфеткой, аккуратно положил её рядом с тарелкой и только после этого произнёс:
– Твоему сыну не долго сидеть в катакомбах.
– И, посчитав, что сказал более чем достаточно, предводитель взглянул на охотницу: - Подойди ко мне, Ильмара!
Девушка умоляюще посмотрела на мужа.
– Делай, как он говорит, - с непроницаемым лицом, произнёс Марвин.
Охотница сползла со стула и робко приблизилась к предводителю. Бернар взял девушку за плечи и стал внимательно разглядывать её.
– Миленькая девочка. Сколько тебе лет, Ильмара?
– Четырнадцать… - дрожащим голосом ответила охотница.
– Мне доложили, что ты во всеуслышанье заявила, будто любишь джирмийца. Это правда, или Марвин заставил тебя так говорить?
– Да… то есть нет… я… - Ильмара всхлипнула и тихо выдохнула: - Я люблю его.
– Невероятно!
– Бернар отпустил девушку и весело рассмеялся.
– Ты сошла с ума, девочка!
Слёзы хлынули из глаз охотницы. Она осела на пол и прорыдала:
– Не разлучайте нас, сударь! Возьмите меня в Джирму. Я хочу умереть рядом с ним.
– Нет!!!
– Марвин вскочил и бросился к Ильмаре.
– Немедленно встань!
– заорал он и рывком поставил девушку на ноги.
– Ты никуда не поедешь! Ты останешься в Шеве, или я убью тебя!
– Он в ярости посмотрел на наставника: - Она останется в Шеве, слышите, сударь?!
– Да, пожалуйста, - пожал плечами Бернар.
– Ильмара - твоя собственность, и ты можешь делать с ней всё, что хочешь.
– Он отвернулся от Марвина и обратился к Лорану: - Хамелеоны и Кошки сотрудничали веками, и, надеюсь, дружба Элларда и Марвина послужит на благо обоих наших кланов, если, конечно, мальчики не будут ставить её выше дела. Но в этом мы им поможем!
– О чём вы говорите?
– насторожился Эллард.
– Марви, что ты молчишь? Они собираются что-то сделать с нами!
Серебряная кошка не ответил, он гладил жену по спине и что-то шептал ей на ухо. Предводитель смерил Принца Попрошаек насмешливым взглядом и язвительно произнёс:
– Главное качество джирмийца - выдержка. У тебя она отсутствует напрочь, Эл, поэтому я не забрал тебя в Цитадель. И больше не мозоль мне глаза!
– Так Вы знали?!
– изумился вор.
Лоран испуганно посмотрел на сына, но промолчал.
– Да у тебя всё на лбу написано, - ухмыльнулся Бернар и взглянул на серебряную кошку: - Ты знал, что твой дружок мечтает стать джирмийцем?
– Да, сударь, но у него нет шансов, - ровным тоном ответил Марвин, не переставая обнимать Ильмару.
– Ты не хочешь замолвить за него словечко?
– Нет, сударь.
– Почему ты не хочешь помочь мне, Марви?!
– взорвался Эллард.
– Одно твоё слово, и мы не расстанемся!
Бернар улыбнулся и вопросительно посмотрел на наследника. Серебряная кошка нахмурился и твёрдо сказал:
– Твоё место в Шеве, Эл!
– А наше в Джирме!
– бодро произнёс Бернар и встал.
Принц Попрошаек обижено надулся, а Лоран и Рамина облегчённо вздохнули. Марвин поцеловал Ильмару в губы и разомкнул объятья. Охотница вцепилась в его руку, почти повиснув на ней:
– Не бросай меня, Марви!
– Оставайся с Эллардом, Мара.
– Серебряная кошка резко выдернул руку и подошёл к предводителю, а Ильмара вновь осела на пол и зарыдала, уткнувшись лицом в колени. Однако её слёзы больше не трогали Марвина. Он навытяжку стоял перед Бернаром, ожидая его распоряжений.
Бернар одобрительно хлопнул воспитанника по плечу:
– Наконец- то ты вернулся к нам, Марвин.
– Да, сударь, - поклонился серебряная кошка.
– Я возвращаюсь домой!
– Проводи нас, Лоран, - скомандовал Бернар и направился к двери.
Эллард вскочил:
– Я тоже хочу проводить тебя, Марви!
Лоран недовольно скривился, но возражать не стал.
– Успокой девочку и отведи её в дом, Рамина, - мягко попросил он жену и вышел в тёмный коридор. Ящерка на его запястье вспыхнула, из её радужных глаз посыпались искры, зажигая светильники на стенах. Лоран толкнул одну из многочисленных дверей и повёл гостей по длинному широкому тоннелю.
Эллард шёл рядом с другом, бросая на него косые взгляды. Он не узнавал друга, с которым, плечом к плечу, проехал полмира. Лицо Марвина было холодным и чужим, а глаза жёсткими и колючими. Несколько раз вор собирался заговорить с другом, но так и не решился.
Через час тоннель плавно пошёл вверх, и вскоре путники упёрлись в гранитную стену. Лоран коснулся её браслетом, и над головами разверзлось ночное небо, усыпанное мириадами жемчужных звёзд. В лицо дохнуло свежестью и прохладой, и Марвин невольно улыбнулся: за двое суток, проведённых в катакомбах, ему стало казаться, что он никогда не выберется из их каменных объятий. Джирмиец с сочувствием взглянул на вора, потрепал его по волосам и шагнул навстречу джирмийцам.
Золотые кошки поклонились наследнику, а Жерар набросил на его плечи алый плащ.