Чтение онлайн

"Стена все узнаёт последней, говорил мой отец. Карлик сбежал. Пролез сквозь прутья своей клетки и разорвал на части собственного отца, голыми руками. Стражник видел как он бежал, красный с головы до ног, будто искупался в крови. Королева сделает лордом любого, кто принесет его голову. "

Давос сделал усилие, чтобы поверить услышанному.

– Вы говорите мне, что Тайвин Ланнистер мертв?

– Рукой его его сына, да.
– Лорд взял выпить пива.
– Когда были короли на Сестрах, мы не позволяли карликам жить. Мы бросали их всех в море, как подношение богам. Септоны вынудили нас остановить это. Кучка благочестивых дураков. Почему боги дают мужчине такую форму, кроме как чтобы отметить его как чудовище?

Лорд Тайвин умер. Это меняет все.

– Милорд, вы даруете мне разрешение отправить ворона на Стену? Его светлость захочет узнать о смерти лорда Тайвина.

– Он узнает. Но не от меня. И не от вас, пока вы под моей протекающей крышей. Я не дам повода говорить, что предоставил Станнису помощь или совет. Сандерленды втянули Сестер в два мятежа Блекфайров, и от этого все мы сильно пострадали.

Лорд Годрик показал ложкой на стул.

– Садитесь. Пока не упали, сир. В моем зале холодно, сыро и темно, но учтивость здесь не забыта. Мы найдем вам сухую одежду, но сначала поешьте.

Он крикнул, и в зал вошла женщина.

– Нам надо покормить гостя. Принеси пиво, хлеб и сестринское рагу.

Пиво было коричневым, хлеб черным, рагу сливочно-белого цвета. Она подала его в блюде, выдолбленном из черствого хлеба. Это было густое рагу с луком, морковью, ячменем, белой и желтой репой, а также с моллюсками и кусочками трески и крабового мяса, плавающих в массе густых сливок и сливочного масла. Это было такое рагу, которое согревало человека вплоть до костей, как раз для сырой, холодной ночи. Давос с благодарностью зачерпнул ложку рагу.

– Вы раньше пробовали сестринское рагу?

– Да, милорд.

Такое же рагу подавали во всех гостиницах и тавернах Трех Сестер.

"Это лучше чем то, что вы ели прежде. Гелла делает. Дочь моей дочери. Вы женаты, луковый рыцарь "?

Да, милорд.

– Жаль. А Гелла не замужем. Из некрасивых женщин получаются самые лучшие жены. Здесь крабы трех видов. Красные крабы, паучьи крабы и крабы-завоеватели. Паучьих крабов я ем только в сестринском рагу. Это почти как есть себе подобных.

Его лордство показал на знамя, висящее над незажженным камином. На нем был вышит паучий краб, белый на серо-зеленом поле.

– До нас дошли слухи, что Станнис сжег своего Десницу.

Моего предшественника. Мелисандра отдала Алистера Флорента своим богам на Драконьем Камне, чтобы вызвать ветер, который принес их на север. Лорд Флорент был тверд и молчал, когда

люди королевы привязали его к столбу; он держался с завидным для полуголого человека достоинством, но как только языки пламени коснулись его ног, он начал кричать, и эти крики наполняли их паруса на всем пути к Восточному Дозору у Моря - если верить красной женщине. Давосу не понравился этот ветер. В нем чудился запах горелого мяса, а его завывания в корабельных снастях навевали тоску. То же самое легко могло случиться и со мной.

– Меня не сожгли, - заверил он лорда Годрика, - а в Восточном Дозоре я чуть на замерз.

– На Стене такое бывает

Женщина принесла новую буханку хлеба, только что из печи. Давос посмотрел на её руку и не смог отвести взгляд. Лорд Годрик не упустил случая это отметить.

– Да, на ней клеймо. Как на всех Бореллах вот уже пятьсот лет. Дочь моей дочери. Не та, что готовит рагу.

Он разломил хлеб и предложил Давосу половину.

– Ешьте. Хороший.

Да, хороший, хотя сейчас любая черствая корка показалась бы Давосу вкусной; это значило, что он здесь гость - по крайней мере, на одну ночь. Репутация лордов Трех Сестер была черной, и чернее всех у Годрика Борелла - лорда Сестрички, Щита Сестринства, Господина Черноводного Замка и Хранителя Ночного Светила ... но даже повелители разбойников и пиратов связаны древними законами гостеприимства. "По крайней мере, я увижу рассвет" - сказал себе Давос. "Я преломил с ним хлеб".

А в сестринском рагу были приправы и поинтереснее соли.

– Неужели это шафран?

Шафран стоил дороже золота, и Давос пробовал его лишь однажды, когда на пиру на Драконьем Камне король Роберт послал ему половинц рыбы.

– Да, из Кварта. Там еще есть перец.- Лорд Годрик взял щепотку большим указательным пальцами и посыпал свой поднос.
– Молотый черный перец из Волантиса. Нет ничего более острого. Берите столько, сколько вам нужно, если вы любите острое. У меня его сорок ящиков, не считая гвоздики и мускатных орехов, а ещё есть фунт шафрана. Забрал это у черноглазой девицы.

Он засмеялся. У него все еще были все его зубы, видел Давос, хотя большинство их были желтыми, а один вверху уже почернел.

– Лодка везла это для Бравооса, но буря занесла её на Острый Утес и она разбилась на моих скалах. Так что, как вы видите, вы не единственный подарок, который штормы принесли мне. Море предательски жестоко.

Не столь жестоко как люди, подумал Давос. Предки Лорда Годрика были пиратскими королями, пока Старки не пришли к ним с огнем и мечом. Люди на Сестрах оставили открытое пиратство у Салладор Саана и в его окрестностях и переключились на спасение терпящих бедствие. Маяки, которые горели на побережье Трех Сестер, должны были отныне предупреждать о мелководьях, рифах и скалах, а также указывать безопасный путь, однако в штормовые ночи и в туманы, некоторые люди на сестрах использовали ложные огни, чтобы привести неосторожных капитанов к их гибели.

– Штормы сделали вам одолжение, принеся вас к моей двери, - сказал Лорд Годрик.
– Вы бы встретили холодный прием в Белой Гавани. Вы прибыли слишком поздно, сир. Лорд Виман намеревается приклонить его колено, и совсем не перед Станнисом.

Он отхлебнул своё пиво.

– Мэндерли не северяне, без глубоких корней. Не прошло и девятисот лет, как они прибыли на север вместе со всем их золотом и богами. Они были Великими Лордами на Мандере, пока они не переоценили свои силы и зеленые руки не свергли их. Волчий король забрал их золото, однако наделил землями и позволил поклоняться их богам.

Он промокнул хлеб с свое рагу.

– Если Станнис думает, что толстяк сможет ездить верхом на олене, он ошибается.

"Звезда Льва" заходила в Систертон двенадцать дней назад пополнить запасы пресной воды. Знаете этот корабль? Малиновые паруса, а на носу фигура золотого льва. Судно шло в Белую Гавань и было доверху набито Фреями.

– Фреями?
– Это было последнее, что Давос ожидал услышать.
– Говорят, Фреи убили сына лорда Вимана.

– Именно, - ответил Лорд Годрик.
– И толстяк был так разгневан, что поклялся жить на хлебе и вине пока не отомстит. Но прежде чем день закончился, он снова набил рот моллюсками и пирогами. Есть суда, которые курсируют между Сестрами и Белой Гаванью все время. Мы продаем им крабов, рыбу и козий сыр, они продают нам древесину,шерсть, и шкуры. От всех я слышу что его светлость толще, чем когда-либо. Как раз для клятв. Слова - ветер, и ветер изо рта Мандерли означает не больше, чем ветер из его задницы.

Лорд оторвал другой кусок хлеба, чтобы промокнуть свой поднос с жарким.

– Фреи принесли толстому дураку мешок костей. Некоторые назвали бы это учтивостью - принести человеку кости его мертвого сына. Если бы это был мой сын, я вернул бы любезность и поблагодарил Фреев прежде, чем повесить их, но толстяк слишком благороден для этого.

Он засовывал хлеб в рот, прожевывал и глотал.

– Я ужинал с Фреями. Один сидел там где вы сидите теперь. Рейегар он называл себя. Я почти смеялся прямо ему в лицо. Он потерял свою жену и сказал, что хотел бы завести новую в Белой Гавани. Вороны летают туда-сюда. Лорд Виман и Лорд Уолдер заключили договор и хотят закрепить его браком