Чтение онлайн

Меня там уже ждут. Вернее, ждет он.

— Ты пришел!

Голос Джерома, обычно такой игривый и бархатный, звучит из-за решетки сдержанно, но с явным облегчением.

— Ну, конечно, я пришел, — бросаю я, оглядывая пустой коридор. Охрана, пара стражников Эйгара, легко пропустили меня. Они получили указание не мешать «мстительному брату». Им и в голову не придет сунуться в мои дела. Идеально. На утро все узнают, что принц Джером, обвиненный в покушении на фаворитку наследника Лоска, совершил дерзкий побег. А о том, что ключ ему подкинул я, не узнает никто. Пока.

Дело в том, что Джером не злодей. Он не предавал меня. Его выходки, козни, даже его «ненависть», всё это было маской. Отличной маской, под которой мы с ним, после первой встречи с Эйгаром, составили этот отчаянный план.

А вот король Эйгар… Вот кто искусно пытается нами манипулировать, втирая нам сказки о заговорах солярийцев и коварных невестах-убийцах. Ложь. Вся его история — искусная ткань, сотканная из полуправды. Никакие солярийцы на нас не нападали в лесу. И Элеонор… Бедная, запуганная девушка. Она погибла совершенно напрасно. Она бы никогда не посмела поднять на меня руку. Да, её отец — выходец из Солярии. Но он не идиот. Послать свою дочь убивать наследного принца прямо в его спальне? И откуда ему было знать, что я выберу именно её? Нет. Эйгар, а точнее его люди убили её как раз для того, чтобы разыграть эту нелепую историю. На самом деле Эйгар хочет склонить меня на свою сторону, казаться спасителем, в беде, которую сам же для меня и создал. Искусственно. Чтобы, когда я сел на трон, я был его марионеткой.

Джером прознал об этом через свои, весьма изощренные, каналы и всё мне рассказал. Именно тогда в наших головах и родился этот дерзкий, рискованный план. Нам нужно было окончательно убедить Эйгара, что Джером — моя главная проблема. Что он ненавидит меня настолько, что готов на всё, даже на убийство моей фаворитки, чтобы подставить меня или вывести из равновесия. Конечно Эйгар не знал что фаворитка липовая… всё это было частью спектакля. Но кульминацией должна была стать попытка убийства Эллис.

Я был категорически против. Рисковать ею… это было за гранью даже моих расчетов. Но Джером настаивал: «Эйгар никогда не купится на простое предательство. Ему нужен наш настоящий, кровавый конфликт. И он должен увидеть, что ты не контролируешь ситуацию в своем ближайшем окружении. Что твой брат — настоящая угроза». И я, скрепя сердце, согласился. Это было до того, как я начал признавать свои чувства к слуге.

Я знал, когда это произойдет. Мы договорились о времени, я отслеживал его передвижения. И когда он вынес её на балкон, моё сердце колотилось с такой силой, будто хотело вырваться. Я уже готовил магию, чувствуя каждую каплю влаги в воздухе, каждую снежинку. И поймал её. Услышал бешеный стук её сердца, прижал к себе и… понял. Понял, что никогда, ни при каких обстоятельствах, не хочу снова подвергать эту хрупкую, невероятно смелую девушку такой смертельной опасности. Никогда. Это был не просто расчет. Это был обет, данный самому себе в ледяном воздухе над пропастью.

А теперь… теперь нужно заканчивать игру. Джером должен сбежать и немедленно отправиться домой, в Лоск. К отцу. С посланием и настоящими доказательствами козней Эйгара. С показаниями о том, как король Зимы пытался стравить нас, братьев, и уничтожить наследника соседнего королевства, чтобы потом вмешаться в наши дела под видом миротворца или, что более вероятно, посадить на трон своего марионетку.

Мы стоим на пороге войны. И я сделаю всё, чтобы её предотвратить. Но не капитуляцией. Я должен призвать Эйгара к ответу. Публично, на совете, предъявить ему обвинения в убийстве подданной Лоска (Элеонор), в организации покушения на наследного принца (нападение в лесу), в пособничестве убийству главы моей стражи (Грегори). И в попытке стравить королевскую семью Лоска. Для этого Джером должен быть уже дома, в безопасности, с уликами, когда я нанесу удар.

Я протягиваю брату через решетку небольшой, холодный предмет — украденный ключ от потайного хода, ведущего за пределы дворца

— Ночью, — говорю я тихо. — Когда сменится караул. Дорогу помнишь?

Он кивает, его лицо в полумраке серьезно, без тени обычного легкомыслия.

— Помню. Будь осторожен, Каэл. Он хитер.

— Знаю, — отрезаю я. — А ты — быстро. Отец должен получить это как только ты доберешься домой. На это тебе понадобится три дня.

Мы больше ничего не говорим. Лишние слова здесь опасны. Я разворачиваюсь и ухожу, оставляя его в камере с ключом в руке и нашим безумным планом в голове.

А я возвращаюсь в свою роль. Роль принца, которого предал брат, который полон ярости и жажды мести, но вынужден играть по правилам чужого двора. Роль человека, чью фаворитку чуть не убили. Роль наследника, который пока не понимает, что его настоящий враг сидит на троне прямо напротив.

Я иду по тёмным коридорам, и мои мысли возвращаются к ней. К её смеху во время танца, к её испуганным, но полным доверия глазам, когда она сказала, что любит меня. Глупая, храбрая мышь. Она не подозревает, в какую игру мы играем. И, может быть, это к лучшему. Пока что.

Но когда всё это закончится… когда прах осядет и интриги развеются, мне придется с ней разговаривать. По-настоящему. Объяснить. И надеяться, что она поймет. Или, хотя бы, простит.

А пока партия продолжается. И следующий ход за мной.

* Прах *

На утро я проснулась совершенно счастливым человеком.

Сначала мне показалось, что все, что со мной произошло — это все голишь яркий сон. Пусть и со смертью, пусть и с ужасом. Но столько невероятного со мной случилось за эти считаные дни, что мой разум отказывался это вместить. И я решила — хватит. Хватит думать о плохом. Я запрещаю себе вспоминать пропасть под ногами и кинжал в пещере. Вместо этого я буду думать о нем. О принце Каэле.

Стоя у окна, глядя на бескрайние ледяные поля, розовеющие от рассвета, я все еще не могла поверить, что он целовал меня. По-настоящему. Не как часть спектакля, а… так. Я прикоснулась пальцами к своим губам, словно ища след. Это было правдой. Он держал меня на руках, он называл своей. И пусть это было страшно, пусть это было опасно — это было моё. Мое приключение. Моя тайна. Моя… невероятная, невозможная удача.

Я даже не хотела думать о том, что будет, когда мы вернемся домой. Там, в Лоске, всё было просто и жестоко. Здесь же, в этом ледяном дворце, правила писались на ходу. И одно из них теперь гласило: я его. И пока это длилось, я была счастлива.

Я встала и начала собираться. Служанка, вошедшая почти сразу, помогла мне с утренним туалетом. Но девушка сегодня была какая-то… тревожная. Ее движения были резче, взгляд скользил по комнате, будто выискивая что-то. Она почти не разговаривала.

— Что-то случилось? — Не удержалась я.

Она вздрогнула, как пойманная, и быстро покачала головой.

— Не мне судить, госпожа. Но во дворце… переполох.

Сердце екнуло. Принц? С ним что-то?

— Какой переполох? Из-за чего?

— Не знаю, госпожа, честно. Просто суета, стражники бегают, шепчутся. Никто толком не говорит.

Она умолкла, старательно заплетая мне волосы, и я поняла, что больше ничего не выведаю. Любопытство грызло меня изнутри, но я не смела выйти и посмотреть сама. Мое место было здесь. Я должна была ждать.

Сегодня служанка принесла платье нежного, лазурного цвета, напоминавшего зимнее небо в редкие ясные дни. Оно было великолепно. Я позволила ей надеть его на меня, думая лишь об одном: когда придет он, он должен увидеть меня красивой. Я должна нравиться ему так же сильно, как он нравился мне.