Единственная смертная для вампира
Шрифт:
Я улыбнулась сквозь слёзы, чувствуя, как его дыхание становится ровнее.
Он притянул меня к себе, и я упала на его грудь. Я чувствовала, как его руки обнимают меня, как его дыхание согревает мою кожу.
Я подняла голову и посмотрела на него. Его глаза горели, и я видела в них тот же огонь, что и в моих.
Глава 20. Кровь и клятва
Я стояла перед зеркалом в своей комнате, и моё сердце билось где-то в горле. Я смотрела на своё отражение и не узнавала себя.
На мне было белое платье — длинное, с кружевными рукавами и глубоким вырезом на спине. Оно было из тонкого шёлка, который струился по моему телу, как вода. Мои волосы были распущены, и в них были вплетены маленькие белые цветы — символ чистоты и новой жизни. На шее висел крест — тот самый, который когда-то подарил мне дед.
Я уже собиралась выйти, когда в дверь постучали.
— Лилия, — раздался голос Августа. — Можно войти?
— Да, — ответила я, и я почувствовала, как моё сердце начинает биться быстрее. Что-то в его голосе было странным — напряжённым, почти виноватым.
Он вошёл, и я увидела, как он замер на пороге. В его глазах отразилось удивление — такое искреннее, что я почувствовала, как внутри меня разливается тепло.
— Ты выглядишь прекрасно, — сказал он, и его голос дрогнул. — Ты самая красивая невеста, которую я когда-либо видел.
Я улыбнулась, чувствуя, как слёзы снова подступают к моим глазам.
— Спасибо, Август, — сказала я, и я подошла к нему. — Ты всегда был со мной. Ты всегда защищал меня. Я никогда не забуду этого.
Он посмотрел на меня долгим взглядом, и я увидела, как его лицо меняется. Напряжение исчезло, уступив место чему-то другому — чему-то, что я не могла прочитать.
— Лилия, — сказал он, и его голос был тихим, почти шёпотом. — Мне нужно тебе кое-что сказать. Важное.
Я нахмурилась, чувствуя, как внутри меня поднимается тревога.
— Что случилось? — спросила я. — Ты меня пугаешь.
Он сделал шаг вперёд, и я увидела, как его пальцы сжимаются в кулаки. Он смотрел на меня так, будто собирался сказать что-то, что могло разрушить всё между нами.
— Это я приносил тебе те фотографии, это был не дед — сказал он, и его голос дрожал. — Все те снимки. Твоей матери. Твоей семьи. Я хотел, чтобы ты знала правду. Чтобы ты знала, что я не родной твой брат.
Я замерла, чувствуя, как внутри меня всё сжимается.
— Что? — прошептала я, и мой голос был почти беззвучным. — Ты... ты знал?
— Да, — ответил он, и он подошёл ко мне ещё ближе. — Знал.
Я почувствовала, как мир вокруг меня начинает рушиться. Я смотрела на него, и я не могла поверить в то, что он говорит.
— Но... как? — спросила я, и мой голос дрожал.
Он сделал глубокий вдох, и я увидела, как его лицо становится серьёзным.
— Я люблю тебя, Лилия, — сказал он. — И всегда любил.
Я почувствовала, как мои ноги подкашиваются, и я оперлась рукой о стену, чтобы не упасть.
— Что ты говоришь? — прошептала я. — Август, ты... ты любишь меня?
— Да, — сказал он, и в его голосе была такая искренность, что я почувствовала, как слёзы подступают к моим глазам. — Я люблю тебя, Лилия.
Я смотрела на него, и я чувствовала, как внутри меня борется целый мир эмоций. Я любила его. Как брата. Как друга. Как того, кто всегда был со мной. Но я не могла дать ему то, что он хотел. Не сейчас. Не после всего, что произошло между мной и Себастьяном.
— Август, — сказала я, и мой голос был мягким, почти нежным. — Ты для меня — самый дорогой человек. Ты — мой брат. Ты — моя семья. Но я люблю Себастьяна. Я люблю его так сильно, что не могу представить свою жизнь без него.
Он посмотрел на меня, и я увидела, как его глаза наполняются слезами.
— Я знаю, — сказал он, и его голос дрожал. — Я знаю, что ты любишь его. И я не хочу вставать между вами. Я просто хотел, чтобы ты знала правду. Чтобы ты знала, что я чувствую.
Я подошла к нему и обняла его. Я чувствовала, как его руки сжимают меня, словно не хотят отпускать.
— Ты всегда будешь моим братом, — сказала я, и я чувствовала, как слёзы текут по моим щекам. — Всегда. Никто не сможет изменить это.
Он отстранился и посмотрел на меня. В его глазах я увидела боль, но я увидела и принятие.
Я шла по аллее, и каждый шаг давался мне с лёгкостью. Вокруг меня стояли гости, родные: дед, Август, Мордак, Ковен, Серафима, которая держала Равена за руку, и многие другие. Все они улыбались, и я чувствовала, как их любовь обнимает меня.
В конце аллеи стоял Себастьян. Он был одет в чёрный костюм с серебряной вышивкой, и его лицо было серьёзным. Он смотрел на меня, и я чувствовала, как его взгляд проникает в самую мою душу.
Когда я подошла к нему, он протянул мне руку. Я взяла её, и его пальцы сжали мои.
— Ты прекрасна, — прошептал он, и его голос дрожал от эмоций. — Ты самая прекрасная женщина, которую я когда-либо видел.
— Ты тоже выглядишь неплохо, — ответила я, улыбаясь сквозь слёзы.
Он засмеялся, и его смех разнёсся по саду, как колокольный звон.
Церемония началась. Священник говорил слова, которые я слышала в своих мечтах тысячи раз, но сейчас они звучали иначе — они были настоящими, живыми, наполненными смыслом.
— Себастьян фон Рей, — сказал священник, — ты готов взять в жёны Лилию фон Кроу?
— Да, — ответил он, и его голос был твёрдым, как сталь. — Я готов.
— Лилия фон Кроу, — сказал священник, — ты готова взять в мужья Себастьяна фон Рей?
Я посмотрела на Себастьяна. Я видела его глаза — серые, с алым отливом, которые больше не пугали меня. Я видела в них любовь, нежность, преданность. Я видела в них свою судьбу.
— Да, — сказала я, и мой голос звучал громко и ясно. — Я готова.
Себастьян взял кольцо — и надел его на мой палец.
— Я обещал защищать твою жизнь, Лилия, — сказал он, и его голос был тихим, но твёрдым. — Но теперь я клянусь защищать твою душу. Ты не просто человек. Ты — моя сила. Ты — моя семья. Ты — моя любовь.
Я почувствовала, как слёзы текут по моим щекам. Я смотрела на него, и я знала, что это правда. Он любил меня. Он всегда любил меня.
— Я люблю тебя, Себастьян, — прошептала я, и в этом слове было столько чувств, что я не могла сдержать слёз.