Её звали Шайнара. Тень
Шрифт:
Шайнара слушала эту перепалку молча. Упрёк Задира нисколько не задел её. Она действительно считала, что, если ученики будут помогать друг другу, то добьются больших успехов. Гевор, Руден и Анок обычно разделяли её взгляды, но сейчас, глядя вслед убегающему Задиру, Руден сказал:
– Он, конечно, та ещё высокомерная задница, но, может быть, в этот раз он и прав. Магистр Хрут хочет назначить главного. А главный должен быть лучшим. А выявить лучшего можно лишь сталкивая нас лбами.
Но ему никто не ответил. Анок и Гевор уже бросились догонять Задира. Руден посмотрел на Шайнару и, подхватив свое тренировочное оружие, побежал за Аноком и Гевором. Девушка вздохнула и решила тоже не отставать.
***
На остров опустилась ночь. Но на побережье было ещё оживлённо. Предстоял пир, и трудни весь день готовились к нему. Постепенно они разошлись по своим домам. Узкий жёлтый месяц то и дело нырял в гонимые ветром тучи, и это было на руку притаившимся ученикам.
Шайнара наблюдала за деревней из-за большого валуна. Она знала, где находится дом Барламо Солеро. Задира, анока, Гевора и Рудена нигде не было видно. Может, они тоже заняли выжидательную позицию.
Когда в деревне стало совсем тихо, девушка подобралась к дому Борламо Солеро ближе. Она слышала, как старик несколько раз кашлянул, а потом увидела, как он вышел из дома и направился в двухэтажный сарай неподалёку.
Возле сарая были развешены гроздья сухих рубиновых ягод. Шайнара подползла ещё ближе, и её нос уловил характерный запах браги. И тут девушка заметила на крыше сарая силуэт. Он ловко пролез в окно второго этажа, послышался стук и приглушённый возглас, а потом снова стало тихо.
Шайнара подползла к окну и осторожно заглянула внутрь. Там горела масляная лампа. Она освещала стол, на котором стояла та самая бутылка рубинового аскориса, будто специально забытая на самом видном месте. Вокруг никого не было. Забрать со стола бутылку прямо сейчас казалось пустяковым делом – достаточно перепрыгнуть через подоконник.
Но тут послышался шорох и из печной трубы в помещение выкатился Анок. Девочка увидела его перемазанное в саже лицо в освещении лампы. Он протянул руку и схватил со стола бутылку. И в это момент сверху на него упала сеть. Анок попытался распороть её ножом и выбраться, но он не успел. В комнату ворвались четверо крепких трудней. Они выбили у Анока нож и, не разрезая сетки, уволокли несчастного куда-то за дверь.
– Не для твоих потных ручек, малыш, созревало моё вино, - услышала оттуда Шайнара скрипучий старческий голос.
Девушка замерла под окном, не дыша. Где-то сбоку раздался резкий свист. Это сработала ещё одна ловушка. Из сарая выскочили всё те же четверо трудней. Шайнара вжалась в стену. Они не заметили её и пробежали дальше. А потом девушка увидела, как по земле тащат ещё одно тело, завёрнутое в сеть.
Шайнара поняла, что задание не такое и простое, как показалось вначале, и она решила ещё раз всё обдумать, прежде, чем действовать. Девушка стала медленно отползать от окна, но во тьме не разглядела и задела натянутую и хорошо замаскированную кем-то верёвочку. Раздался знакомый свист и Шайнару накрыла сеть. Всё те же трудни отвели девушку в сарай на второй этаж и подвесили к потолку за ноги. В таком перевёрнутом положении здесь уже висели и все остальные ученики…
– Так-так-так, - сказал старик, поднимаясь со стула и опираясь на массивную чёрную трость, - вы решили, что раз я слепой, то меня можно и ограбить? И это ученики Теней! Мне стыдно за вас. Кто же дал вам столь низкое поручение? А?
Пленники молчали.
– Ладно. Я отпущу того, кто скажет мне имя заказчика. Ну?
Ученики не произносили ни слова и только угрюмо сопели.
Старик открыл дверь и крикнул в коридор:
– Мик! Давай скорей. Всё веселье пропустишь…
В сарай вошёл Мик. Он был всё такой же полный и нерасторопный. Увидев висящих под потолком учеников, его улыбка растянулась до ушей. В руках он держал свежесрезанные розги.
– Даю вам последний шанс, - вновь обратился Барламо Солеро к пленникам, - скажите мне, кто вас послал, и я отпущу всех.
Ученики молчали.
– Ну что ж, - продолжил старик, - ночка длинная, а развлечений у меня много… Начинай, Мик.
Молодой трудень не заставил себя долго ждать и принялся с энтузиазмом сечь подвешенных к потолку учеников, приговаривая:
– Вы смеялись надо мной, когда я учился с вами. Вы считали себя лучше и умнее. А сами попались в наши ловушки, как глупые курицы. Хотя нет… курицы и то не попались бы…
Было видно, что Мику доставляло огромное удовольствие словесно унижать учеников Теней. Он выдумывал оскорбления и сам же от них приходил в восторг. А руки его работали без устали.
– Вы все из себя такие самоуверенные. И конечно думали, что вам стоит отобрать вино у какого-то старика с побережья! И вам даже в голову не пришло узнать о нём больше! Вы просто жалкие недоумки, а не Тени! Барламо Солеро был Мастером Боя в Ордене, пока Железный герцог не ослепил его. Но даже в таком положении Барламо сильнее любого из вас. Быть может, если бы вы объединились, то у вас и был бы хоть какой-то шанс… Но вы же такие тупоголовые!
Мик сёк подвешенных учеников направо и налево. Те не издавали ни звука. Несколько обжигающих ударов досталось и Шайнаре. Потом Мик ушёл, а Барламо Солеро и его прислужники продолжили экзекуцию.
Учеников обливали ледяной водой, хлестали узловатыми верёвками и кололи иголками. С рассветом старик приказал опустить изнеможенные тела на пол.
– Проваливайте отсюда, сосунки, - сказал он, от души пнув напоследок каждое тело, - и передайте Велиару Хруту, что вы ни на что не годитесь…
Побитые и униженные, ученики выбрались из деревни. Все они были подавлены, и никто ни с кем не разговаривал. Еле передвигая ноги, они направились к Тайной Обители, и только Шайнара отстала. Девочка села на дорогу и развернулась в сторону побережья. Она сидела на земле и наблюдала, как просыпается деревня. У трудней было много ещё сегодня забот по подготовке к ночному пиру.
Дом Барламо Солеро тоже ожил. Те, кто всю ночь издевались над пленниками, теперь занялись своей работой. А самого старика нигде не было видно. Может, он где-нибудь отсыпался после бессонной ночи.
Шайнара встала и снова направилась к побережью. Девочка осторожно прокралась к сараю Барламо Солеро и заглянула внутрь. Бутылка рубинового аскориса всё ещё стояла на столе. Странно, что хитрый винодел до сих пор не убрал её. Шайнара перемахнула через подоконник и схватила заветное вино.
– Тебе мало досталось? – услышала она знакомый скрипучий голос за спиной и обернулась.
В дверях стоял Барламо Солеро.
– Запомни, деточка, - никто никогда и ничего не заберёт у Борламо Солеро без его разрешения.