Чтение онлайн

Затем Неферка-Птах вернулся на корабль, поплыл к северу и достиг того места, где упали в реку его жена и сын. Пока он плыл, советовался он со своим сердцем и думал, не вернуться ли в Коптос, чтобы поселиться там. Он знал, что по возвращении в Мемфис фараон спросит его об Ахуре и Мерибе и что у него не хватит смелости ответить, что он взял их живыми и здоровыми в Верхний Египет и дал им умереть, в то время как сам вернулся в Мемфис живым и здоровым. Придя к такому решению, он послал за полосой тонкого полотна и, когда ее принесли, сложил полосу, завернул в нее магическую книгу и привязал ее накрепко к своему телу.

Затем вышел он из кабины, приблизился к борту корабля и бросился в реку во исполнение воли Ра. И вся команда громко закричала, оплакивая смерть Неферка-Птаха, удивительного мудреца, не имевшего себе равных в искусстве писца. Так как никого не было рядом, кто произнес бы нужное заклинание, чтобы поднять его тело из воды, то корабль продолжал свой путь в Мемфис. И никто не знал, в каком месте упало на дно тело Неферка-Птаха.

Когда корабль причалил в Мемфисе, новости о несчастье сообщили фараону, который облачился в траурные одежды и со всеми домочадцами, верховным жрецом Птаха и остальными жрецами и придворными поспешил на берег. Придя, они заметили тело Неферка-Птаха, зацепившееся за рулевое весло благодаря его искусству великого писца. Когда же они подняли его, то нашли книгу магии, привязанную к этому телу. И фараон приказал, чтобы хранилась та книга в тайном месте (то есть была погребена вместе с Неферка-Птахом), и все жрецы и придворные, обращаясь к царю, просили для Неферка-Птаха жизни вечной, как у Ра, ибо был он очень сведущим человеком и искусным писцом. По приказу царя тело Неферка-Птаха забальзамировали за шестнадцать дней и бинтовали на протяжении тридцати пяти дней. Все погребальные церемонии были выполнены после семидесятого дня, по завершении чего мумию положили в саркофаг.

[Здесь завершается рассказ Ахуры о ее жизни и смерти.]

Таким образом Ахура, жена Неферка-Птаха, поведала Хемуасу обо всех бедах, которые обрушились на ее семью из-за магической книги, обладание которой повлекло за собой смерть ее мужа, ее сына и ее самой. Она отказалась отдать ее Хемуасу. Хемуас пригрозил отобрать книгу силой, и, услышав такое, Неферка-Птах поднялся со своего погребального ложа и спросил Хемуаса, желает ли он получить книгу с помощью искусства писца или сыграв с Неферка-Птахом партию в сенет [152] – в последнем случае книгу получит выигравший на доске в пятьдесят две клетки. Хемуас согласился. Фишки были распределены, и игра началась. Неферка-Птах выиграл первую партию, он произнес заклинание над Хемуасом и вогнал его в землю по щиколотки. Затем он выиграл вторую партию, произнес другое заклинание и погрузил Хемуаса в землю до детородного члена. Выиграл он и третью партию, произнес третье заклинание и погрузил Хемуаса в землю до ушей. Хемуас понял, что если проиграет в четвертый раз, то по слову Неферка-Птаха земля поглотит его целиком, поэтому он отказался продолжать игру.

Вспомнил Хемуас о своем брате Анх-Херру [153] , позвал его и попросил поспешить наверх [154] , сообщить о случившемся фараону и побыстрее доставить в гробницу, где он находился, амулеты отца его, Птаха, и его магические книги. Анх-Херру поспешил наверх, вошел к фараону и поведал ему обо всем, что произошло с Хемуасом. Фараон повелел ему взять амулеты Птаха и магические книги. Повинуясь приказу царя, взял он амулеты и магические свитки и поспешил к гробнице, где оставил Хемуаса. Как только Анх-Херру возложил амулеты на голову Хемуаса, тот поднялся из земли. Тогда Хемуас протянул руку, схватил магическую книгу Тота и вышел с ней наружу. Когда покинул он гробницу Неферка-Птаха, свет двигался впереди него, а тьма – позади, и Ахура, жена Неферка-Птаха, рыдая, славословила тьму как царя и причитала, прощаясь со светом, ибо чувствовала, что с ним покидает их гробницу сила. Неферка-

Птах утешал ее обещанием заставить Хемуаса вернуть на место книгу Тота и говорил, что когда он сделает это, то горшок с углями будет на его голове и палка – в руках [155] .

Хемуас пошел прочь от гробницы Неферка-Птаха, оставив ее запертой, как и когда он впервые в нее вступил. Вошел он к фараону и рассказал о своих приключениях. Фараон посоветовал ему вернуть книгу Тота в гробницу, иначе Неферка-Птах заставит его сделать это с помощью магии и накажет его углями и палкой. Однако Хемуас ответил отказом, оставил книгу у себя и проводил время за чтением и постижением ее сути, причем все во дворце знали об этом.

Однажды Хемуас прогуливался один близ храма Птаха и заметил очень красивую женщину, которая показалась ему самой прекрасной из когда-либо виденных прежде. Она была богато одета, носила много золотых украшений, за ней следовали служанки и свита из пятидесяти двух сопровождающих.

Когда Хемуас заметил ее, то был так поражен ее красотой, что утратил чувства и забыл, где находится. Собравшись с духом, он кликнул своего слугу и приказал следовать за красавицей по пятам, чтобы узнать, где она живет, и постараться больше выведать о ее положении и жизни. Слуга отправился выполнять поручение и, подойдя поближе к служанкам, окликнул ту, которая шла непосредственно за спиной своей хозяйки, и спросил ее о том, кто ее госпожа. Девушка ответила, что ее зовут Табубу, что она дочь жреца Бает, богини Анхтауи (Мемфиса), что она приходила в храм Птаха помолиться этому великому богу. Слуга вернулся к Хемуасу и сообщил ему обо всем, что узнал.

Услышав это, Хемуас снова отправил его к служанке, чтобы та передала своей госпоже, что он, Хемуас, сын Усер-маат-Ра (то есть Рамсеса II), даст ей десять кусков золота, если она проведет с ним часок. Если она примет его предложение, то он устроит эту встречу в тайном месте, где их никто не найдет. Слуга пошел к служанке красавицы и сообщил ей, что его господин, сын фараона Усермаат-Ра, даст ее госпоже десять кусков золота, если та согласится провести с ним часок. Служанка брезгливо выслушала эти слова и с презрением отвергла притязания Хемуаса как покушение на честь и достоинство своей госпожи. Она, должно быть, очень громко выражала свое негодование, ибо шум достиг ушей Табубу, и та приказала ей прекратить разговор и прислать мужчину к ней. Тогда слуга Хемуаса предстал перед Табубу и повторил предложение, которое перед тем передал ее служанке. В ответ Табубу велела пойти и сказать Хемуасу, что она высокородная дама и что, если он действительно желает провести с ней час, то должен явиться в ее дом в Пер-Басте [156] . Она добавила, что там имеется все необходимое для подобной встречи и она готова удовлетворить его просьбу без посторонних глаз, но никогда не станет вести себя как публичная женщина улицы. Слуга вернулся и передал Хемуасу слова Табубу, и он согласился сделать так, как она предложила. Между тем те, кто находился вокруг Хемуаса, узнали о его намерении и веселились.

Затем Хемуас послал за лодкой, взошел на нее и спешно поплыл к Пер-Басту. Когда достиг он западной стороны Кеми, то нашел там дом выше одного этажа с верандой. С северной стороны к нему примыкал сад, окруженный стеной. Он спросил у стоящих рядом людей, кому принадлежал тот дом, и они сказали, что дом принадлежал Табубу. Тогда вошел он в сад через калитку в стене, и красота дома поразила его. О его прибытии доложили Табубу, которая вышла из своих покоев, взяла его за руку и выразила радость по поводу его визита в дом пророка богини Бает, Владычицы Анхтауи (Мемфиса). Она пригласила его подняться к ней, и когда он достиг верхнего этажа, то увидел, что приемная представляла собой чистую, хорошо обставленную комнату, стены ее были выложены лазуритом и бирюзой. Там стояло несколько поднятых на возвышение лож, покрытых царским полотном, а на столике были расставлены золотые кубки и иные сосуды. Слуга принес ему вина в золотом кубке, и, пока он пил, Табубу потчевала его угощениями. Отказавшись от еды, Хемуас ответил, что у него нет аппетита. Внесли курильницу с раскаленными докрасна углями, подбросили на них благовония и ароматные смолы, принесли притирания разных видов, достойные фараона, чтобы он умастился ими, и усилилось его желание.

Хемуас раньше никогда не видел женщин, подобных Табубу. Он провел с ней радостный день, но она ни разу не показала ему своей наготы. Он наслаждался беседой с ней и напомнил о цели своего визита. Услышав его слова, она повторила, что она высокородная дама и что перед тем, как она позволит ему выполнить то, за чем он пришел, он должен подписать дарственную о передаче ей своего дома, его обстановки и всех богатств.

Не колеблясь ни минуты, Хемуас приказал привести писца, чтобы приготовить дарственную, которая делала Табубу владелицей всех его рабов и собственности, включая дом со всей обстановкой. Следует отметить, что он не подписывал этого документа, а приложил к нему свою личную печать. Пока Хемуас беседовал с Табубу, пришел его слуга и доложил, что внизу дожидаются его дети, и Хемуас приказал им подняться наверх, чтобы Табубу увидела их. Тогда Табубу поднялась и накинула покрывало из тонкого полотна (или виссона), столь прозрачного, что все ее тело было хорошо видно за складками ткани. Это зрелище разожгло желание Хемуаса, но, когда он попросил ее уступить ему, она вновь отказалась, требуя устранить всякую возможность, чтобы его дети могли поссориться с ее детьми по поводу имущества, и предложила их убить. Хемуас не возражал, если смерть его детей доставит ему удовлетворение сердца с этой женщиной, но сказал Табубу, что именно она должна убить их, раз такая мысль у нее возникла. Тогда она умертвила детей Хемуаса перед его глазами и приказала выбросить их тела через окно, на растерзание собакам и кошкам. И Хемуас сидел с Табубу и пил с ней вино, прислушиваясь к тому, как под окном в саду собаки и кошки пожирали тела его детей.

Затем Хемуас повернулся к Табубу и напомнил ей о цели своего визита, она же предложила ему проследовать в ее комнату. Когда они пришли туда, он бросился на ложе из эбенового дерева с инкрустациями из слоновой кости, и Табубу легла рядом с ним. Но, когда он приблизился к ней, она испустила громкий крик, и он потерял сознание. Очнувшись, обнаружил он, что лежит на земле совершенно голый.

[В тексте нет прямых указаний, но, возможно, речь идет о сновидении, а не о реальных событиях, которые произошли с Хемуасом. Когда вступил он в дом Табубу, ему предложили вино в золотом кубке, разожгли благовония в курильнице и принесли ароматические мази. Когда Табубу попросила передать ей все его имущество, он уступил без колебаний. То обстоятельство, что, когда акт передачи был готов, дети Хемуаса его подписали, отказавшись таким образом от отцовского наследства, может свидетельствовать, что Хемуас продолжал пить, а Табубу ему все подливала и подливала. Примечательно, что, когда собаки и кошки терзали трупы его детей под окнами, Хемуас все еще продолжал пить. Возможно, в вино был добавлен наркотик, и его поступки в отношении имущества и детей говорят о полной неадекватности поведения. Одуряюще могли подействовать на гостя и дымные курения, в которые также мог быть добавлен наркотик. Когда Хемуас вошел в комнату Табубу и бросился на ложе, то в этот миг он погрузился в сон, и ему только приснилось, что Табубу пришла к нему. Когда же он очнулся, то увидел себя на полу безо всякой одежды и уверился, что в вино было что-то подмешано, возможно вещество сродни гашишу (cannabis indica). Хорошо известно, что люди, употребляющие гашиш, видят подобные сны, а под влиянием большой дозы они сами снимают с себя всю одежду. Мне приходилось видеть курильщиков гашиша на улицах Багдада и Каира, даже у дверей мечети, в состоянии одури, и никто из прохожих не обращал на них (то есть на их наготу) внимания.]