Чтение онлайн

Эмиль напомнилъ собою мн вчера миологическую личность. Дти въ первые мсяцы жизни не даютъ себ отчета въ разстояніяхъ; зрніе еще обманываетъ ихъ. Я была въ саду, а Жоржіа стояла у окна нашего дома и держала на рукахъ Эмиля. Увидавъ меня, онъ очень обрадовался и замахалъ своими рученками точно крыльями. Окошко находилось въ первомъ этаж и ребенокъ замтно удивлялся, что не могъ схватить меня рученками; кончилось тмъ, что онъ разсердился и весь покраснлъ. Онъ хотлъ чтобы я его приласкала, а можетъ быть хотлъ и молока, потому что онъ давно ужъ не сосалъ. Мученія бдняжки походили на мученія Тантала.

Эмиль знаетъ тебя по портрету, который я ему показала. Иллюзія ли это или нтъ, но смотря на его уставленные большіе глаза, улыбку, и протянутыя къ портрету руки, мн казалось, что онъ узнаетъ своего отца.

15-го іюня 185…

Я ждалъ случая, чтобы отправить теб это письмо. Все, что ты говоришь объ Эмил, такъ близко и дорого мн. Проводя всю жизнь въ занятіяхъ и въ вчной борьб, я и не подозрвалъ въ себ этой способности; но я рожденъ быть отцемъ-воспитателемъ. Я бы многое отдалъ за то чтобы взглянуть на моего сына, и на тебя. Не разъ я даже готовъ былъ просить тебя переселиться вмст съ нимъ на этотъ островъ, не смотря на море и страшное разстояніе, раздляющее насъ. Я знаю, что ты не остановилась бы ни передъ какимъ препятствіемъ. Но меня остановила мысль что съ моей стороны было бы непростительнымъ эгоизмомъ заключить въ мрачную темницу дорогія мн существа? По какому праву отниму я у ребенка беззаботность его возраста, его первыя радости? Нтъ. Пусть онъ ростетъ свободно и счастливо да рукахъ своей матери.

Ты хорошо длаешь стараясь узнать вкусы Эмиля, родители, при образованіи характера ребенка, вообще руководствуются своими собственными взглядами. Но этого должно избгать боле всего. Обыкновенно ребенокъ — кукла въ рукахъ взрослыхъ, страдательное существо. Навязываемыя ему чувства и мысли пріучаютъ его быть тмъ, чмъ хотятъ его видть взрослые. Почему у насъ теперь такъ мало людей съ самобытнымъ характеромъ? Почему такъ рдко встрчаются теперь люди съ опредленнымъ призваніемъ, съ твердымъ и непоколебимымъ образомъ дйствій? Если мы дадимъ себ трудъ вникнуть въ причину этого печальнаго явленія она откроется въ нашемъ первоначальномъ воспитаніи.

Но прежде всего, что такое характеръ? Такъ принято называть результатъ сочетанія въ человк силъ, корень которыхъ лежитъ въ природ, но которыя безпрестанно измняются и преобразовываются подъ вліяніемъ внутреннихъ и вншнихъ причинъ. Воля, до извстной степени, управляетъ нашими склонностями, желаніями и чувствами. Есть ли эта воля элементъ первобытный или пріобртенный? По моему и то и другое. Въ ребенк воля проявляется вмст съ его рожденіемъ на свтъ; но съ лтами благодаря упражненію именно этой способности, она усиливается въ человк и сосредоточивается на опредленной цли; что касается до вншнихъ причинъ, вліяющихъ на характеръ, то достаточно указать на воспитаніе и общество. Человкъ родившійся въ Кита отъ одного изъ послдователей Конфуція, не былъ бы способенъ смотрть на вещи и поступать такъ, какъ смотрятъ и поступаютъ люди, родившіеся во Франціи отъ христіанскихъ родителей.

Въ первое время посл рожденія ребенка силы характера еще скрыты подъ ощущеніями. Я существуетъ уже и очень рзко опредленное, но оно проявляется только произвольными движеніями. Я называю такъ прыжки, восторги и даже крики маленькаго существа. Все, что вызываетъ въ немъ боль, раздраженіе, проявляется этими вншними знаками. Многія изъ этихъ движеній, кажутся намъ очень часто безпорядочными и безсмысленными только потому, что мы недостаточно размышляли о закон, управляющемъ ими. Въ этихъ движеніяхъ ребенокъ ищетъ помимо нашей помощи удовольствіе или облегченіе, въ нихъ высказывается самостоятельная жизнь. Двухъ или трехлтній мальчикъ, катающійся по полу и вырывающій у себя волосы, поступаетъ съ своей точки зрнія вполн разумно. Гнвъ его находитъ исходъ себ въ крикахъ и раздраженный организмъ инстинктомъ ищетъ лекарства въ движеніи. Тоже самое относится къ плачу и ко всмъ другимъ проявленіямъ, посредствомъ которыхъ органы наши освобождаются отъ болзненнаго напряженія.

И въ зрломъ возраст мы сохраняемъ нкоторыя изъ этихъ инстинктивныхъ движеній? Многіе ударяютъ себя по лбу рукой при какомъ нибудь дурномъ извстіи, другіе чешутъ носъ, третьи бросаются ничкомъ на постель въ припадк сильнаго гнва. Самый разумный человкъ, при сильномъ волненіи, длаетъ жесты сумасшедшаго. Пусть говорятъ, что онъ не уметъ сдерживать себя; но въ этихъ необдуманныхъ дйствіяхъ есть своего рода мудрость, даже и тогда, когда они крайне странны. Извстныя положенія тла отвчаютъ извстному состоянію духа. Нкоторыя нравственныя страданія побуждаютъ насъ искать покоя, другія — движенія. Какъ объяснить эти внезапныя побужденія, заставляющія насъ двигать тмъ или другимъ членомъ подъ вліяніемъ извстныхъ движеній мозга? «Это невольно» вотъ единственная причина, которую мы приводимъ въ этихъ случаяхъ, и причина эта стоитъ другой.

Первую свободу, которую мы должны предоставить ребенку, есть свобода движеній и инстинктовъ. Подобно другимъ, я не люблю смотрть на краснаго отъ гнва, дошедшаго до бшенства ребенка, но я считаю за лучшее сносить эти взрывы нежели подавить ихъ насиліемъ. Скрытая злоба — самая опасная; самый вредный, самый испорченный характеръ тотъ, который постоянно затаиваетъ все въ себ. Впослдствіи ребенокъ узнаетъ, что онъ долженъ сдерживать себя, что плачь, нетерпливыя движенія, взрывы неумренной радости неприличны для людей взрослыхъ: онъ научится, что разумне — какъ локомотивы употреблять и дымъ какъ двигатель, вмсто того чтобы безплодно пускать его въ воздухи но для этого надо подождать чтобы его умъ и воля развились.

Но это не значитъ чтобы мы должны были сложить руки. Доктора изобрли для леченія сумасшествія систему нравственнаго разсянія; эту систему нужно примнить, къ воспитанію ребенка. Она ужъ съ давнихъ поръ извстна кормилицамъ. Изъ нихъ не найдется ни одной, которая не умла бы успокоить дитя, обративъ вниманіе его на предметъ, способный заинтересовать его. Этотъ методъ можно бы значительно расширить. Многіе даже изъ маленькихъ дтей любятъ музыку, другіе боле чувствительны къ пріятнымъ очертаніямъ, одни дти любятъ животныхъ, другіе привязываются къ извстнымъ личностямъ. Нужно изучить склонности дтей потому что он могутъ служить средствомъ для образованія его характера.

Я не врю, чтобы въ человк существовали вредные инстинкты; только дурно направленные и уродливо развитые, они могутъ привести къ печальнымъ результатамъ. Но не должно заглушать ихъ, потому что если бы даже это и удалось, то это было бы куплено насиліемъ природы человка. Что же длать? Противопоставить этимъ уродливо развитымъ инстинктамъ и склонностямъ другія — вотъ задача воспитанія.

Нтъ настолько порочнаго характера, для котораго въ свое время не было бы возможности нравственнаго возрожденія. Если бы съумли во время воспользоваться этой возможностью, отыскать средство противодйствовать вреднымъ наклонностямъ, то сохранили бы для общества полезныхъ членовъ которые погибаютъ въ тюрьмахъ и на каторг. Приведу теб только одинъ примръ, взятый изъ коихъ личныхъ воспоминаній. Одинъ воръ пробрался однажды въ оперу, не для того, чтобъ слушать пніе, но чтобы воспользоваться случаемъ обшарить карманы сосдей. Это было для него, какъ онъ самъ мн сказалъ «работой его ремесла». Это же остался въ наклад? Онъ самъ. Онъ былъ дилетантомъ самъ того не подозрвая и при первомъ звук смычка почувствовалъ себя какъ будто унесеннымъ въ невдомый ему міръ. «Когда запла Дюкре — сказалъ онъ мн — я не помнилъ себя. О! эта арія изъ Роберта въ пятомъ дйствіи! Я какъ будто ее теперь еще слышу. Однимъ словомъ я позабылъ работать въ эту ночь». На слдующій вечеръ онъ вновь пошелъ въ театръ, принявъ твердое ршеніе не позволить себ увлекаться голосомъ сирены; но онъ ошибся, онъ забылъ о своемъ врожденномъ музыкальномъ инстинкт. Онъ вышелъ съ головой, полной слышанныхъ мотивовъ, и съ пустыми руками. На этотъ разъ онъ поклялся не ходить боле слушать пніе, потому что иначе, объявилъ онъ съ нкоторымъ цинизмомъ, «онъ потерялъ бы любовь къ своему ремеслу».

Порочныя склонности человка тже эгоистичныя стремленія его природы, которыя, развившись своимъ естественнымъ путемъ, и бывши искажены условіями его жизни, управляютъ его мыслями и поступками. Нравственное воспитаніе очевидно должно быть направлено; съ самыхъ малыхъ лтъ, противъ исключительнаго развитія этихъ эгоистичныхъ стремленій. На то есть два способа. Первый, какъ я уже говорилъ теб, состоитъ въ устраненіи вншнихъ стимуловъ того или другаго инстинкта, который мы считаемъ вреднымъ. Діаволъ-соблазнитель можетъ скрываться тамъ, гд его не подозрваютъ. Я поясню свою мысль, разсказавъ теб истинный случай, бывшій въ Шотландіи. Одна женщина очень порядочная на видъ, сдлала нсколько покупокъ въ модномъ магазин и для расплаты вынула изъ кармана банковый билетъ въ 5 ф. ст. Прикащикъ, разсмотрвъ билетъ, увидлъ что онъ фальшивый. Женщина удивилась и дала другой, оказавшійся также фальшивымъ. Это обстоятельство возбудило подозрніе, ее задержали. Открылось, что она служила въ одномъ богатомъ дом, гд ее уважали за хорошее поведеніе и честность. Къ ея несчастью, шотландецъ, у котораго она находилась въ услуженіи, получилъ два фальшивыхъ билета, которые онъ забылъ уничтожить. Служанка каждый день убирала кабинетъ хозяина, и видла между старыми бумагами эти два билета. Сначала она не обратила на нихъ вниманія, но когда по прошествіи нсколькихъ дней, недль, мсяцевъ, одни и т-же предметы постоянно являлись ея глазамъ, она невольно стала разсматривать ихъ. Эти два клочка бумаги, которые она принимала за настоящіе билеты, какъ будто смотрли на нее, искушали ее и шептали ей на ухо странные совты. Сначала она оттолкнула мысль взять эти билеты, но лишь только ей случалось быть одной въ этой комнат, она не могла отвести глазъ отъ билетовъ, Наконецъ она ршилась взять ихъ, развернуть, но повертвъ ихъ во вс стороны, опять положила въ пачку старыхъ бумагъ; они жгли ей руки. Но мало по малу соблазнъ овладлъ ею и она не устояла.

Если такъ сильно вліяніе вншнихъ впечатлній на взрослыхъ, то какъ несравненно сильне оно въ отношеніи дтей. Слава богу, не вс воры и видъ банковыхъ билетовъ соблазнителенъ не для всхъ, но есть много другихъ инстинктовъ, которые не слдуетъ разжигать видомъ предметовъ, ихъ возбуждающихъ.

Наши пороки, равно какъ наши добродтели, вполн реальны и т и другіе развиваются подъ вліяніемъ тхъ предметовъ, которыя непосредственно дйствуютъ на нихъ. Напримръ, жадность до извстной степени раздражается видомъ и запахомъ вкусныхъ кушаньевъ; ревность пробуждается звукомъ сладкихъ рчей и видомъ ласкъ расточаемыхъ другимъ. Прежде всего слдуетъ изучить ребенка, а потомъ изгнать духа-соблазнителя, т. е. матеріальныхъ агентовъ, которые, вліяя на его чувства, вызываютъ дурныя желанія. «Не вводите насъ во искушеніе» — сколько людей имютъ право сказать это своимъ воспитателямъ.