Чтение онлайн

6 іюля 185….

Я думаю, другъ мой, что мое время приходитъ. Хотя мое здоровье вообще очень хорошо, но я боюсь этого часа испытанія. Одно твое присутствіе можетъ облегчить для меня ожидаемыя страданія. Боже мой! зачмъ тебя нтъ со мной.

Прощай! Когда я теб буду писать въ другой разъ, мой ненаглядный, я буду уже матерью. Я дрожу отъ радости при этой мысли и рвусь къ теб всми силами моего существа.

6 іюля 185….

Ночная бабочка, влетвшая я не могу понять какимъ образомъ въ мою тюрьму, вотъ уже боле четверти часа бьется о стекло окна, чтобы вылетть. Свтъ, просторъ, жизнь зовутъ ее. Узкое окно затворено и воздушное созданіе не понимаетъ, что прозрачная преграда отдляетъ ее отъ всего, что ей нужно для жизни Она прильнула къ стеклу, отлетла, снова кинулась къ нему и прильнула.

Преграды, которыя существуютъ въ мір идей, похожи на это стекло. Человкъ не можетъ сразу отдать себ въ нихъ отчетъ. Бездлица, толщина стекла стала на ея пути: но этой бездлицы, зовите ее какъ хотите — предразсудкомъ, догматомъ, ложнымъ понятіемъ, софизмомъ, достаточно на то, чтобы остановить умъ на пути къ свобод. И нашъ бдный умъ напрасно упорно бьется о него и обрываетъ свои крылья.

Я открылъ окно. Лети бдное крылатое созданіе. Лети на свжій воздухъ, на вольный просторъ, на солнце. Довольно и одного заключеннаго въ этомъ каземат.

8-го Іюля 185…

Я часто наблюдалъ морской берегъ въ промежутокъ двухъ приливовъ. На мокромъ гладкомъ пространств видны тысячи слдовъ людскихъ шаговъ, колеи, которыя оставляютъ колеса удаляющихся телегъ и слды копытъ лошадей; разные причудливые узоры, выведенные пальцами дтей въ мягкомъ песк, имена, начертанныя концомъ палки, тысячи слдовъ, тысячи мелочей. Океанъ возвращается и изглаживаетъ все.

Правосудіе народа и время имютъ свои приливы.

Пишите, созидайте, составляйте законы, чертите ваши планы на песк — придетъ день, часъ, когда приливъ покроетъ все, унесетъ все. «Я вступаю въ мои владнія, говоритъ океанъ. Я вступаю въ свои права, скажетъ народъ»,

9-го Іюля 185…

Вылъ человкъ, который потрясъ цлый міръ своими побдами. Онъ умеръ и, не смотря на то что онъ былъ свергнутъ съ трона, его похоронили съ великими почестями и выставили на парадномъ катафалк. Муха сла къ нему на носъ и руки его, которыя въ былое время держали судьбы великой имперіи, были безсильны, чтобы согнать наскомое.

И для того, чтобы придти къ такому концу, попираютъ справедливость, свободу, права народовъ.

10-го Іюля 185…

Курица хотла прикрыть своими крыльями цыплятъ, которые уже оперились. «Намъ не нужны боле твои попеченія, кричали цыплята: ты душишь насъ». «Пустяки, отвчала курица: вы ничего не понимаете. Очень можетъ быть что я вамъ не нужна боле, но вы мн нужны. Во-первыхъ, мн нравится имть власть надъ кмъ нибудь, это придаетъ столько почета, а во вторыхъ, и мъ вашу долю зерна».

Вотъ образъ власти у народовъ, которые созрли на столько, что могутъ управлять собой сами.

12-го Іюля 185…

Я провелъ страшную ночь.

Бываютъ минуты, что мои мысли принимаютъ образы и встаютъ передо мной, какъ страшные призраки. Неужели я схожу съ ума?

То былъ не сонъ, то было на яву: но это состояніе было странне всякаго сна. И я видлъ… ее.

Елена лежала на постели; я прислушивался къ ея тяжкому дыханію; я щупалъ ея лихорадочной пульсъ. Боже мой! Мн показалось, что я слышалъ крикъ!

Она страдаетъ и меня нтъ съ нею!

О, въ эти минуты тревоги и неизвстности чувствуешь вполн весь ужасъ тюремнаго заключенія. Я хотлъ подать жен моей примръ мужества и въ первый разъ тюрьма побдила меня. Голова моя низко сгибается и сердце обливается кровью въ первый разъ отъ безчеловчнаго мщенія человческихъ законовъ.

26-го Іюля 185…

Увдомляю васъ, милостивый государь, что вы отецъ славнаго мальчика, который родился въ три часа утра. Роды были трудны и мучительны. Наканун, вечеромъ, я по нкоторымъ признакамъ боялся несчастнаго случая; но природа помогла намъ и сегодня здоровье матери такъ хорошо, какъ только можно желать, Что же касается ребенка, то онъ общаетъ жить долго и принести вамъ и радость и честь.

Пользуюсь этимъ случаемъ, чтобы выразить вамъ все мое уваженіе и сочувствіе. Если вамъ нужны мои услуги, располагайте ими, не щадя меня ни въ какомъ случа. Я буду вамъ благодаренъ, потому что это будетъ доказательствомъ, что вы помните стараго друга. Насъ англичанъ обвиняютъ въ холодности и сдержанности, но мы, быть можетъ, лучше нашей репутаціи. Во всякомъ случа, мы умемъ уважать несчастіе.

Преданный вамъ и пр.

Я должна разсказать теб подробно о своихъ родахъ, или какъ называютъ англичане, о своемъ заключеніи (confinement).

Я пригласила по здшнему обыкновенію сидлку, мы какъ ее здсь называютъ, nurse. Эта женщина очень опытна и свдуща въ своемъ дл и ты бы удивился, услышавъ, какъ она говоритъ о медицин, хирургіи, уход за дтьми и пр. и пр. Кажется въ Англіи есть цлое племя этихъ матронъ. Он даютъ совты молодымъ матерямъ, исполняютъ предписанія доктора и обладаютъ, если имъ врить, несмтнымъ числомъ разныхъ рецептовъ и всевозможные случаи. У нихъ неистощимый запасъ анекдотовъ и, если вс ихъ разсказы о числ дтей, которыхъ он спасли отъ неминуемой смерти, справедливы, то я не удивляюсь боле, какъ въ Англіи нашлось столько жителей, чтобы заселить Австралію, новую Зеландію и вс колоніи.

Сидлка, которая ходитъ за мной, славная женщина; въ ней кажется развитъ инстинктъ матери для всего человчества. Она маленькаго роста, изящно сложена, въ съ очень пріятной наружностью; по всему видно, что она знавала лучшіе дни. Оша вдова какого то смотрителя работъ, который былъ засыпанъ землей въ корнвалійскихъ рудникахъ, когда обрушились своды галлерей. У ней было нсколько человкъ дтей, которые разъхались давно по суш и морямъ; двое изъ ея сыновей моряки, которые иногда присылаютъ ей ящикъ чаю и нсколько золотыхъ. Ей предлагали быть сидлкой въ большомъ госпитал; она отказалась, не смотря на выгодныя условія, говоря что лучше желаетъ встрчать тхъ, кто появляется на свтъ, чмъ провожать тхъ, кто покидаетъ его навсегда.

Докторъ Уарингтонъ, которому она дала знать по его приказанію при первыхъ признакахъ родовъ, пріхалъ немедля изъ Лондона еще до первыхъ болей. Въ англичанахъ мн нравится ихъ деликатность, или гордость, назови какъ хочешь; но они никогда не хотятъ подать видъ, что длаютъ одолженіе. Когда я благодарила его за то, что онъ оставилъ свою лондонскую практику для меня, онъ перебилъ меня: «Да я не для васъ пріхалъ, я хотлъ видть жену и дтей». По нашимъ французскимъ понятіямъ слова эти были далеко не любезно; я уврена что не одна парижанка обидлась бы на моемъ мст;во я поняла смыслъ, который былъ какъ нельзя боле деликатенъ. Не смотря на то, что я была убждена въ противномъ, онъ хотлъ уврить меня, что пріхалъ случайно, и что я слдовательно ему не обязана ничмъ.