Эрагон. Наследие
Шрифт:
Никакой двери или прохода не показалось. Никаких трещин не появились в камне. Никаких символов, выводимые себя на каменой поверхности. Во всех отношениях, возвышающийся шпиль, казалось, что он ничего более цельного куска гранита, лишеный каких-либо секретов.
Сапфира! Эрагон позвал её мыслено. Затем он выругался и ходил туда сюда не находя себе места, очищаяя ногами камни и ветви.
Он вернулся к основанию горы куда Сапфира приземлилась на отчищеную поляну. Когти на задних лапах вошли глубоко в мягкую землю, как она приземлилась, она ещё пару раз взмахнула крыльями, чтобы замедлить себя. Листья и трава кружили в воздухе от силы взмаха её крылей, как если бы они попали в бурю.
Только как она села на четвереньки и сложила крылья, Глаедр сказал, я так понимаю, всё было безуспешно?
Нет, сказал Эрагон, и уставился на шпиль.
Старый дракон, казалось, вздохнул. Я боялся, что это будет так. Существует только одно объяснение…
Ты дкмаеш Солембум лгал нам? Думаеш он послал нас в дикую погоню за илюзией, чтоб Гальбаторикс мог уничтожить Варденов в то время как нас нет рядом?
Нет, для того, чтобы открыть эту… эту…
Хранилище Душ, сказала Сапфира.
Да, это хранилище о котором он рассказал вам что если для того, чтобы открыть его, мы должны сказать наши истинные имена.
Слова падали между ними, как разваливавшейся скала. Какое-то время никто из них не говорил. Мысли пугали Эрагон, и он не хотел решения этой проблемы, а если это каким-то образом сделает ситуацию еще хуже.
Но если это ловушка, сказала Сапфира.
– Тогда это – самая дьявольская ловушка, сказал Глэедр.Вопрос на который вы должны ответить-это,доверяете ли вы Солембуму?Чтобы продолжить мы должны рискнуть,больше чем нашими жизнями,мы должны рискнуть свободой.Если Вы действительно доверяете ему, вы сможете быть достаточно честными с собо,чтобы обнаружить ваши истинные имена,к тому же очень быстро?И действительно ли Вы готовы жить с тем знанием,каким бы неприятным оно бы ни было?Поскольку в противном случае мы должны улетать немедленно.Я изменился начиная со смерти Оромиса, но я знаю, кто я. Но ты,Сапфира?Эрагон?Вы можете сказать мне,что делает вас драконом и Всадником?
Тревога обхатила Эрагона когда он посмотрел на Скалу Kuthian.
Кто я? с удивлением спросил он себя.
И ВЕСЬ МИР СОН
Насуада рассмеялась, когда звездное небо закружилось вокруг нее, и когда она почувствовала, что падает с высоты нескольких миль в трещину искрящегося белого света
Ветер рвал ее волосы, и концы веревок, которыми она была связана дико хлопали по ней, как кнуты.
Огромные летучие мыши большой, черной и мокрой массой собрались вокруг нее, терзая ее раны зубами, ей казалось, будто тело ее режут, жгут и морозят льдом одновременно.
И все же она смеялась.
Щель расширилась и ее охватил свет, ослепляя ее на минуту. Когда ее глаза привыкли к свету, она оказалась в зале прорицателей, привязанной к пепельного цвета плите. Рядом с ней стоял Гальбаторикс: высокий, широкоплечий, с тенью на лице, в короне, горящей малиновым огнем на голове.
Он повернулся туда, где она стояла и протянул к ней руку в перчатке. "Ну, Насуада, дочь Аджихада. Отбрось свою гордость и присягни мне на верность, и Я дам тебе все, что ты хочешь ".
Она усмехнулась и бросился к нему с протянутыми руками. Но прежде чем она успела схватить его за горло, король исчез в облаке черного тумана.
"Что я хочу так это убить тебя!" закричала она на стены.
Комната заполнилась звуком голоса Гальбаторикса, как если бы он исходил одновременно отовсюду: "Тогда ты останешься здесь до тех пор, пока не осознаешь своих ошибок".
Насуада открыла глаза. Она была все еще на плите, ее запястья и лодыжки были прикованы и в ранах пульсировала кровь, казалось, как будто это никогда не кончится.
Она нахмурилась. Она не помнила, была ли она была без сознания, или она только что говорила с королём? Это было так трудно сказать когда…
В одном углу камеры, она увидела как толстый росток зеленого винограда пробивает себе дорогу между окрашенными каменными плитками, растрескивая их. Другие лозы появились рядом с первым, они тыкались через стену с внешней стороны и распространились по всему полу, покрывая его морем корчащихся, змеиных придатков.
Глядя как они ползут к ней, Насуада начала посмеиваться. "Если это все, что он может придумать? У меня есть похожие сны почти каждую ночь."
Как будто в ответ на ее презрение, плита под ней растаяла в полу и усики винограда оплели ее, обтекая ее конечности и привязывая их более надежно, чем любые цепи. По мере того как виноградные лозы поверх нее разрастались, становилось темно, и единственное, что она слышала, был звук их скольжения
друг по другу: сухой перемещающийся звук, как шуршание песка.
Воздух вокруг нее стал густым и горячим, и она чувствовала, как будто у нее были проблемы с дыханием. Если бы она не знала, что виноградные лозы были только иллюзией, она, возможно, запаниковала тогда. Вместо этого, она плюнула во тьму и прокляла имя Гальбаторикса. Не в первый раз, и не в последний, она была в этом уверена. Но она не доставит ему удовольствие зная, что он был хотел бы увидеть ее покоренной.
Свет… Золотые лучи солнца лились потоком с холмов занятых полями и виноградниками. Она стояла на краю небольшого дворика, под густо оплетенной цветами решеткой. И только виноградные лозы казались неприятно знакомыми. Она была одета в красивое желтое платье, держала хрустальный бокал вина в правой руке и мускусный, вишневый вкус вина чувствовала на языке. Легкий ветерок дул с запада. В воздухе пахло теплом и уютом и недавно вспаханной землей.
"Ах, вот ты где", сказал голос позади нее, она обернулась и увидела Муртага шагающего к ней величавой походкой. Как и она, он держал бокал с вином. Он был одет в черные брюки и бордовый атласный отделанный золотом камзол. Инкрустированный жемчугом кинжал висел у него на поясе. Его волосы были длиннее, чем она помнила, и он казался расслабленным и вальяжным, чего она не видела в нем раньше. Это, и свет на его лице, делали его поразительно красивым и благородным.
Он присоединился к ней под решеткой и положил руку на ее голое запястье. Жест был случайным и интимным. "Ты – распутница, оставила меня наедине с господином Ферросом и его бесконечными рассказами. Мне потребовалось полчаса чтобы избавится от него." Затем он сделал паузу и посмотрел на нее поближе, выражение его лица стало беспокойным. "Тебе плохо? Твои щеки выглядят серыми ".
Она открыла рот, но не нашла слов. Она не могла придумать, как отреагировать на это.
Муртаг нахмурил брови: "У тебя был еще один из этих твоих приступов, не так ли?"
"Я… я не знаю… Я не помню как я попала сюда, или…" Она замолкла, увидев боль, которая появилась в глазах Муртага, и которую он быстро скрыл.
Он переместил руку немного назад, и стал смотреть на холмистый пейзаж. Быстрым движением он осушил свой бокал. Затем, понизив голос, он сказал: "Я знаю, что ты запуталась… Это не в первый раз произошло, но…" – он сделал глубокий вдох и чуть-чуть покачал головой – "Что ты помнишь последнее? Тирм? Аберон? Осада Ситхри?… Подарок, который я сделал тебе ночью в Эоаме? "