Чтение онлайн

У дома Галины не росли астры. Даже палисадника не было.

Инга постучала в дверь, потом в окно (звонка здесь тоже не оказалось), и услышала голос, такой, какой и ожидала услышать. Хрипловатый, раздражительный. Именно такой называют «пропитый».

— Кто?

— Простите, Марина дома?

Дверь открыла женщина, которой в равной степени можно было дать как сорок, так и шестьдесят.

— Какая тебе Марина? Я знаю, где ее черти носят?

Как и предупреждала Антонина Петровна, Галина была изрядно пьяна.

— Ты ее подруга, что ли?

Инга ничего не ответила. Решив, по всей видимости, что молчание — знак согласия, Галина по-свойски прищурилась:

— Есть полтинник? В долг.

Догадаться, на что Галина потратит полтинник, можно было с одного взгляда… Видимо, она и сама это понимала.

— Вчера выпила с горя, — оправдывалась она. — Так я вообще редко пью. А сегодня башка раскалывается. Надо опохмелиться.

— Понятно… — вздохнула Инга. — Сейчас я схожу в магазин, а потом посидим, поговорим. Где здесь у вас поблизости магазин?

— Да вот же, виден отсюда! — обрадовалась Галина. — Пойдем, покажу, красавица!

В маленьком магазинчике «Продукты» Инга купила бутылку «Цезаря» и два лимона.

— Зачем нам лимоны? Лучше водки две бутылки! — пыталась протестовать Галина.

Водку заедали остывшей картошкой, каким-то чудом оказавшейся среди полного хаоса и запустения на кухне матери непутевой Марины.

— А зачем тебе моя Маринка? — залпом осушив первую стопку, подозрительно прищурилась Галина. — И что это ты меня водкой задабриваешь, а сама вон и не притронулась, — мамаша Марины недружелюбно покосилась на почти полную стопку Инги.

— Пью! Как же не пью? — запротестовала Инга, нарочно пропуская мимо ушей первый вопрос. В подтверждение своих слов она героически осушила стопку и, придвинув к себе блюдце с нарезанным лимоном, отправила два толстых, истекающих соком кружка, в рот.

Даже Новиков (где ему додуматься до лимонов?) и тот завидовал этой необъяснимой способности коллеги не пьянеть. Но больше, конечно, сочувствовал («Зачем тогда пить?»).

— Эта девушка — феномен! — восхищались они со Светкой на регулярных банкетах-фуршетах, как называет эти редакционные попойки Алиса. Инга тогда только-только пришла в хорошо спитый коллектив «Криминальной хроники».

Но Константин Балоцкий развеял флер:

— Да она провела нас, как зайцев! Лимон нейтрализует алкоголь.

Простой фокус, но выручал не раз!

Галина предпочитала закусывать солеными огурцами.

Волосы Галины, грязные от корней до самых кончиков, но не сальные, а как будто присыпаны пылью. С проседью или просто такие бесцветные.

Воспользовавшись благодушным настроением Галины, Инга спросила с наигранным безразличием:

— А вы не подскажите, где может быть Марина?

— А зачем тебе Маринка-то моя? — спросила еще более настороженно, даже с вызовом.

Инга пожала плечами с тем же безразличным видом:

— Хотела спросить ее кое о чем, вернее, кое о ком…

Галина потянулась за бутылкой.

— Ну-ка, девка, давай еще по одной… — плеснула водки в обе стопки. — Ну, давай за тебя. Ты девка молодая, вся жизнь впереди! — осушив первую рюмку машинально, теперь Галина вспомнила о тостах, чтобы все по правилам.

После второй стопки Галина стала подозрительной и агрессивной:

— Это о ком же ты хочешь узнать у моей Маринки-то?

— Вы, наверное, и сами уже догадались?

Хмель, даже вперемешку с цитрусом, мешал соображать. Интересно, поймет ли, о ком речь, сразу или…

Галина догадалась сразу.

Нахмурилась, покачала головой:

— Об этом, наверное, который траванулся…

— Да, об Аникшине…

— Ты из милиции что ли? — пьяно и с вызовом сверкнула глазами Галина, и сразу же успокоилась, рассуждая вслух. — Не-ет, из милиции меня б не стали угощать.

— Я из газеты…

— Значит, редактор тебя ко мне послал? — снова с вызовом предположила Галина, с хрустом откусывая огурец.

— Ну не именно к вам. Интересно, от чего все-таки умер этот экстрасенс.

— Да что тут думать? — Галина допила стопку. — Гюрза и убила его.

— Гюрза? — удивилась Инга. — Там была гремучая змея…

— Да какая гремучая змея! — махнула рукой Галина. — Жену свою он так называл. «Моя гюрза», а еще иногда «змея» и «кобра».

Змея… поймайте змею…

Но мало ли мужей называют своих женушек змеями?

— Но как она могла его отравить? Ее-то не было в гостинице…

— Может дома чего подсыпала в бутылку какую. Он-то, скотина, за молоденькими бегал, вот ей и надоело на это смотреть. А может и сам траванулся… Да только Маринка моя здесь не при чем… Молодо — зелено… Что там говорить. Сама такой была. Маринку родила — семнадцати не было. Засрал мозги, старый козел, сгубил девку, сгубил…

Галина вздохнула и налила себе третью стопку. Инге предложить забыла.

Инга испугалась, что Галина спохватится, и поднесла к губам почти полную стопку.

— А Марника моя ничего тебе об этом экстрасенсе не скажет. Даже и не ищи. Она и мне-то не говорит…

Фокус с лимоном на этот раз не прошел. Вернее, прошел, но не совсем. Инга снова подумала об Аникшине. Череда ассоциаций между «Цезарем», лимоном и смертью Аникшина выстроилась в правильную цепочку, которая тут же рассыпалась на отдельные звенья.

Полчаса в доме Галины… бутылка водки… девушка с афрокосичками… гремучая змея… кружочки лимона… Каждое звено теперь существовало само по себе, терялось в пучине сознания.

Как их собрать — непонятно. Но когда в голове алкоголь — кажется, что все прохожие смотрят почему-то именно на тебя. Может быть, и правда, смотрят. Но гораздо важнее, какая змея укусила Аникшина…

Инга почти не заметила, как оказалась в каком — то кафе, непретенциозном, но в приятной дневной полутьме случайные взгляды уже не досаждают, тем более, что в маленьком помещении только трое каких-то девушек, да и те заняты разговором.