Чтение онлайн

«Кофе с молоком, картофель фри с жареной рыбой»… Голос как будто чужой, откуда-то извне, но кофе должен помочь… Пара глотков, и голос вернется в свою законную оболочку. Третья чашка за день. Макс говорит, кофе очень вреден. Да и водка не самый полезный напиток. А от жареной картошки, говорят, вообще рак… Кого Аникшин излечил от рака?

Эта мысль стала первым звеном новой цепи. Инга отхлебнула кофе. А если это одна из этих девочек, его учениц? А вторую он вылечил от СПИДа. Значит, Аникшин и вправду обладал каким-то особым даром. А почему бы и нет? Но переоценил свои возможности. Думал, что может все.

Звенья цепи встали на свои места. С лихорадочными искрами в глазах, как у Коперника, только что доказавшего, что Земля вращается вокруг своей оси, Инга доела картофель- фри и вылетела на улицу.

Надо было спешить… Но куда? Конечно же, надо, надо найти эту Марину. Но как? Где?

Судя по всему, Марина — неформалка. И другая, Аня тоже…

Можно, конечно, вычислять в толпе по внешнему виду неформалов и спрашивать, где они собираются сегодня вечером, но как-то подозрительно это будет выглядеть. А хуже всего, конечно, если кто-то, покосившись на девушку, явно вышедшую из подросткового возраста, удивленно спросит: «А вам-то зачем?»

В школе Инга и сама носила футболки с обожаемым Куртом Кобейном и, шатаясь за руку с лучшей подружкой Катей по городу, распевала «Come as you are». Катя недавно родила, ее муж обивает диваны и никогда не играл в рок-группе. Ребята, писавшие масляной краской на стенах слова своего идола «Живи быстро, умри молодым», обзавелись женами, а некоторые даже пивными животиками. А Крейзи Дэн, сумасшедший Крейзи Дэн открыл спорт-кафе, где не продается ничего крепче пива, и где некогда злостные нарушители общественного порядка мирно попивают минералку и смотрят футбольные матчи, иногда, правда, под живую музыку новых рокеров. Хотя, поговаривают, что владелец спорт- кафе продает не только минералку. Вот только наркоконтроль почему-то упорно не замечает этого не прописанного на бумаге меню. Сэм, сумрачный Сэм, записывает во Франции альбом с «Depesh Mode». А ведь когда-то, в доску пьяный, уткнувшись в колени Пленнице Небес, плакал настоящими слезами: «Я никогда не выберусь из этой дыры!» Пленница Небес теперь прима ТЮЗа и любовница директора крупной фирмы.

Тех, кто жил слишком быстро, уже нет… Смэш умер от передозировки прошлым летом. Его старший брат, который и подсадил весельчака Смэша на иглу, тоже «передознулся» и уже полтора года не выходит из комы. Кажется, его зовут Алекс. Алексей или Александр… Почему нео- хиппи так любят иностранные словечки? А Эрика на самом деле звали Эриком… Полгода назад его зарезали в пьяной драке. Но еще ужаснее то, что случилось с Крисом, потому что никто не ожидал. Кто бы мог подумать, что спокойный и рассудительный Крис засунет голову в петлю. Говорят, у него обнаружили ВИЧ, а Слоник ушла от него к Кэшу.

У Кэша все хорошо. Он уехал в Москву, работает в каком-то журнале. Многие из «детей цветов» девяностых стали так называемой богемой, музыкантами, художниками, фотографами…

Мысли и ноги привели Ингу с той самой двери с желтыми табличками «Фото графия» и «Ксерокс».

Молодой человек с ушами, как у оборотня, сразу же узнал Ингу.

— Еще что-нибудь пересканировать?

Улыбнулся очень хитро, понял сразу, что вернулась девушка за чем-то другим.

— Кроме вас я никого не знаю в этом городе, кто мог бы мне помочь…

Инга еще не вполне протрезвела. И фраза вышла бестолковой, а голос заискивающим. А этот, с волчьими ушами, подумал, видимо, что сейчас начнется что-то вроде «я одна в незнаком городе и совсем без денег», и перестал улыбаться.

Мысленно обругав себя, Инга постаралась улыбнуться как можно приветливее, но фотографа это насторожило еще больше.

В кого превращаются анархисты — романтики!

— Вы случайно не знаете, где у вас собираются неформалы? — перешла Инга прямо к делу и, прежде, чем молодой человек успел ляпнуть «а зачем это вам?» или еще какую-нибудь бестактность, добавила. — Мне это нужно для работы.

Инга как будто увидела себя нынешнюю глазами той, тринадцатилетней Инги, когда она обожала грандж и придурка Ларса, который по сей день хиппует без работы, и осталась крайне недовольна собой. А ведь тогда она была на все сто уверена, что останется forever young.

Зато фотограф снова повеселел. Ему приятно было оказать маленькую услугу симпатичной экс — неформалке, тем более что, по всей видимости, он и сам из «последних рокеров». Сколько их уже было, поколений «последних рокеров»?

— Там же, где и раньше, — снова улыбнулся фотограф. На безымянном пальце кольцо, но строит глазки. Но, скорее всего, этим пока и ограничивается. — Сейчас позвоню сестре.

А сестра, конечно же, младшая. Иногда очень полезно иметь младших сестер и братьев.

— Ало, Катюх, не знаешь, сегодня в «Дилижансе» есть что-нибудь?

По-видимому младшая сестренка задала тот самый вопрос, которого опасалась Инга.

— Зачем-зачем, — рассердился фотограф. — Значит надо зачем, раз спрашиваю… Да, да… А что за группа такая?.. — кивал он головой.

Инга машинально посмотрела в зеркало на стене. Перед зеркалом — расческа, чтобы клиенты, прежде, чем запечатлеть свои рожицы на официальные документы или для каких-то других целей, могли пригладить перышки. Или вспушить — кому как нравится.

Вымытые утром и толком не высушенные сразу волосы цвета спелой вишни теперь слегка торчали в разные стороны. Если обозначить отдельные пряди гелем, смотрелось бы стильно, но так как геля не было, Инга просто пригладила волосы руками. Зато с новым оттенком глаза кажутся особенно яркими. Обрадовавшись этому открытию, Инга улыбнулась своему отражению, и сделала еще одно не менее приятное открытие — с улыбкой она выглядит лет на двадцать — не больше.

— Значит так, — деловито сообщил фотограф. — Сегодня вечером — открытие сезона в неформальном клубе «Дилижанс». Это в районе железнодорожного вокзала. Где-то в девять народ начнет собираться.

В «Третий глаз» Инга пришла на полчаса раньше. Долго искать не пришлось, хотя Светлана назвала место встречи эзотериков не совсем точно.

Дом культуры оказался бывшим домой культуры. Теперь в нем размещались какие-то мелкие фирмы. Дверь «Юридическая консультация» на первом этаже соседствовала с мрачным «Ритуальные услуги „Реквием“».

Даже вахтер (по всей видимости, работает здесь недавно) и та долго не могла понять, какой такой глаз нужен Инге. И сделала вывод: «Вам, наверное, парикмахерская нужна, так Ирина уже ушла».

Эзотерический клуб соседствовал с дверью, отличавшейся табличкой, украшенной женским силуэтом, под которым летящими буквами было написано «Ваш стиль». Волосы у силуэта, естественно, уложены аккуратно и стильно, а дверь, действительно, была уже закрыта. Зато открытой оказалась другая дверь, безо всяких табличек. Видимо, посвященные и сами знали, куда им идти.

Под потолком от легкого сквозняка покачивались на длинных нитях белые и серебристые шары и лебеди из бумаги. Центр комнаты оставался свободным, а вдоль стен не то кругом, не то квадратом были расставлены стулья, новые и с расшатанными ножками, и два дивана — один с обтрепанной зеленой обивкой, другой, вишневый, чуть-чуть поновее. Диваны разделял стол, заставленный чашками. На стуле у двери стоял видавший виды магнитофон «Весна».