Чтение онлайн

У Адониса есть тень.

Так вот, что хотел узнать Адонис. Был ли его двойник в «Дилижансе»?

— Во что ты превратила мою кофту?

На апельсиновой кофте, прямо на груди, вино, как запекшаяся капля крови.

— Не будь занудой… — поморщилась Инга.

— Лучше быть занудой, чем неряхой, — возразила Ксюша. — Зануда — это, между прочим, собранный, аккуратный и пунктуальный человек, который и от других требует этих же качеств. А вот неряхи, те, наоборот, мало того, что сами сидят в куче хлама, так и другим из-за них приходится смотреть на этот бардак.

Брезгливо отвернув носик от кучи хлама, младшая сестра вышла из комнаты.

Хаос. Полный хаос. Кто бы мог подумать, что к таким катастрофическим последствиям могут привести несколько бокалов вина.

10. 10. Можно загадать желание. К черту суеверия! Ненормированный рабочий день он на то и ненормированный, что, проработав до позднего вечера имеешь полное право наутро чуть- чуть задержаться. Особенно, если в один миг разрушена жизнь из-за проклятой статьи.

Во всем виноват Адонис. И Балоцкий. И…

Поддавшись мстительному чувству, Инга завернула по дороге в редакцию в большой книжный магазин, в котором дней десять назад покупала Анну Перл.

Направилась к знакомой полке.

Ни «Тени Элизабет», ни других книг Анны Перл на ней не было.

— Вы, наверное, что-то конкретное ищете? — с любезной улыбкой обратилась к Инге женщина с аккуратно собранными сзади темными волосами и бейджиком на груди.

— У вас есть что-нибудь Анны Перл, кроме «Тени Элизабет»?

Женщина наморщила высокий лоб.

Улыбнулась:

— Сейчас посмотрим по компьютеру. Оль, не помнишь… Анна Перл. У нас было что-нибудь?

— Вроде бы, нет. А что она написала? Тень… — женщина повернулась к Инге.

— «Тень Элизабет».

— Нет. И никогда не было, — категорично помотала белокурой головой девушка за компьютером.

— Но как же… Я точно помню, что покупала в вашем магазине…

— Нет, девушка, у нас точно ничего не было этого автора, — уверенно возразила блондинка.

Теперь Инга уже не сомневалась — весь мир ополчился против нее. Кажется, это называется синдром неудачницы, и даже, как утверждают психологи, с этим можно как-то бороться. Но как и, главное, зачем?

След гремучей змеи, ужалившей Аникшина, теперь, наверное, никому не удастся отыскать. И с чего это ей, мега-звезде «Криминальной хроники» вдруг пришло в голову, что именно она раскопает всю правду о загадочной смерти Аникшина. Да и кому теперь это нужно? Тем более, если истина эта скрыта где-то в Долине Скал.

Его убил Одинокий Лот.

Его убила змея.

Его убил Меркулов.

Гюрза его и убила его.

Это Чарков убил Аникшина.

Недовольно покосившись на таблички «Лифт не работает», Инга поднялась на третий этаж. Скорее всего, лифты не работали и вчера, но вчера это не имело значения, тем более, что Инга никогда ими и не пользовалась. На третий этаж проще подняться пешком. Но именно сегодня хотелось на лифте.

В редакции пахло кофе и сигаретами, и даже этот привычный редакционный запах тоже почему-то раздражал.

«Зачем бросать курить, если все равно вдыхаешь никотин?»

Нагло восставшая мысль заставила ощупать карманы, в которых не оказалось сигарет.

Буркнув «привет» Тане и Новикову, Инга поплелась к компьютеру.

Таня не курит, а с Новиковым разговаривать не хотелось.

Будешь потом в неоплатном долгу из-за одной паршивой сигареты.

И книги, как назло, не оказалось в магазине.

Просто мистика какая-то! Хотя никакой мистики. Просто весь мир сговорился против нее. Вот и все.

— Тут тебе кое-что принесли… — с ехидной ухмылочкой, низводившей на нет таинственный вид, Новиков вручил Инге большой конверт. — Заказное.

На письме, адресованном «И. Иволгиной» не было обратного адреса. Только три таинственных буквы: «С. Л. Е.».

Напевая что-то под нос, Новиков нырнул в Интернет.

С. Л. Е. Наверняка, чья-то глупая шутка? Инга подозрительно покосилась на Новикова и решила, что, пожалуй, он вполне может быть к ней причастен — уж очень подозрительный у него вид.

Ингу как будто обожгло изнутри, когда она пробежала глазами по первым строчкам, напечатанным крупным курсивом:

«Эрнист бродил по Долине Скал и боялся встретиться с кем-нибудь лицом к лицу…»

— Ну и что там? — оторвалась от компьютерной игры Таня и, заглянув Инге через плечо, пожала плечами:

— Записки какого-то сумасшедшего…

Эрнист бродил по Долине Скал и боялся встретиться с кем-нибудь лицом к лицу. Он очень устал, как будто весь груз тысячелетий неожиданно обрушился на его плечи.

Как мог Одинокий Лот так поступать с ним, негодовал Эрнист и не заметил, как — уже в который раз с восхода солнца — оказался у Скалы Пророчеств.

Эрнист в изнеможении опустился на песок. Нет, Одинокий Лот желал ему блага… И обрек на вечную пытку. Противоречия, доселе незнакомые Вечно Юному, раздирали его голову изнутри.

Где бы он ни появился, всюду его преследуют голоса, молящие об Избавлении. А он, счастливейший из бессмертных, которому чудом удалось миновать сиреневый лес, ничем не мог помочь им.

Вечно Юный с ненавистью посмотрел на Скалу Пророчеств. Это жгучее чувство, проникающее в недра души раскаленной лавой, ранее было незнакомо Эрнисту.

— Эрнист, Эрнист!… Избавление так близко, а ты не хочешь спасти нас!.. — снова услышал Вечно Юный голоса Многоликого Януса.

Они ищут его повсюду, чтобы найти и снова молить о спасении. О, нестерпимая пытка!

Нужно поскорее скрыться от всевидящего ока Многоликого Януса. Но куда?

Эрнист в отчаянии оглядывался вокруг. Они отыщут его за любой из скал!

Если только!..

— Эрнист!! Эрнист!! — все ближе раздавались голоса Многоликого Януса. Они окружали Вечно Юного со всех сторон.

Цепляясь за выступы скалы, Эрнист быстро поднимался к ее вершине.

— Эрнист!!! Эрнист!!!

Многоликий Янус уже в Долине Скал, и Эхо подхватило его голоса.