Чтение онлайн

— Если ты не побежишь обратно к своему хозяину, я расскажу ей. А потом я убью её.

Я кручу головой. Меня больше не волнует пистолет. Я хочу увидеть Люцифера. Но он сильнее прижимает оружие к моему лицу, не позволяя мне увидеть его.

— О чем ты говоришь?

Слова звучат слишком тихо. Мне кажется, что мир вращается вокруг меня. Они оба знают что-то, чего не знаю я. О моем брате. Обо мне.

— Ты не знаешь, о чем говоришь, — огрызается Николас на Люцифера.

Но под этими словами что-то скрывается. Как будто он пытается убедить себя. И его глаза… они снова на мне. И в них почти сожаление. Люцифер вздыхает. Потом он свистит. Я хмурюсь, а Николас кружится, целясь куда попало. Мой пульс бьется, и я чувствую его повсюду. В моей груди. В запястьях. В голове. Затем я слышу его.

Из леса с тихим шелестом листьев выходят четыре человека. У них банданы скелетов, натянутые на нос и губы, видны только глаза. Но я знаю, кто они. Остальные Несвятые. Атлас. Кейн. Эзра. Мейхем. У всех у них оружие. Они ни в кого не целятся, но они медленно идут к нам, и я вижу краем глаза, как они смотрят на Николаса.

— Рад снова видеть тебя, Лилит, — говорит один с глубоким голосом. Эзра. По моей коже пробегают мурашки, и с губ срывается хныканье.

— Значит, ты не такая уж и глупая, да? — спрашивает другой. Я не уверена, кто это. Может, Мейхем. Может быть, Кейн. В темноте я не могу разглядеть их как следует. Рука Люцифера дергается у моего горла, из его глотки вырывается низкий рык. Несвятые молчат. Николас выглядит так, будто собирается закричать. Вместо этого он медленно опускает пистолет. Один из Несвятых усмехается. Николас вешает голову.

— Мне очень жаль, Сид.

— Сид? — Люцифер мурлычет. Я чувствую, как гнев застывает в моих венах, что теперь он знает это обо мне. Он знает мое имя. Не знаю, знаю ли я его.

— Мне так жаль, — снова говорит Николас, вздыхая. Он поднимает голову и встречает мой взгляд. — Я вернусь за тобой. Ты ведь знаешь это, правда? Я всегда буду возвращаться за тобой.

Люцифер застывает у меня за спиной.

— Иди, — жестко приказывает он.

Я опускаю свое оружие. Мое запястье болит от того, что я выкручиваю его, чтобы прицелиться в ногу Люцифера. Мои руки в перчатках вспотели.

— Иди, — повторяю я ему, кивая в сторону Николаса. — Я знаю, что ты вернешься. Я буду ждать тебя.

— Он будет ждать долго, очень долго, — рычит Люцифер. Еще одна усмешка от Несвятых рядом с нами. Николас смотрит на меня умоляющими глазами, но я снова киваю. И он уходит.

— Вот хороший мальчик, — шепчет один из Несвятых. Николас либо не слышит его, либо делает вид, что не слышит. Он продолжает идти, не оглядываясь.

И когда он достигает стороны дома, он переходит на бег. Мы видим со стороны дома, как он садится в «Порше», заводит его, на этот раз с включенными фарами. А потом он, блядь, летит по подъездной дорожке. Я надеюсь, что он не попадет в аварию до того, как сможет вернуться к моему брату. И я надеюсь, что мой брат не убьет его до того, как найдут меня. Но Люцифер шепчет мне на ухо, и я вспоминаю, что Богу на меня наплевать.

— С возвращением, Сид, — его слова горячи на моей коже. — Я ждал тебя долго

Настоящее

Мы не возвращаемся в дом. Вместо этого Люцифер толкает меня вперед, в сторону леса, после того как срывает с меня перчатки и бросает их куда-то, где я не могу видеть. Я не пытаюсь сопротивляться. Мальчики идут с нами, и я никак не могу отбиться от них всех. Один из них останавливает Люцифера, встав перед ним, массивная фигура в черной рубашке и джинсах, маска скелета все еще натянута на половину лица.

— Что, Кейн? — рычит на него Люцифер.

Кейн выхватывает пистолет из моей руки, затем кивает. Я позволяю ему сделать это. Я не хочу сопротивляться. Я понятия не имею, где я, блядь, нахожусь, куда мы, блядь, идем.

Никто не говорит, когда мы входим в лес, и я спотыкаюсь о ветки, когда Люцифер все еще держит меня за спину и толкает вперед. Интересно, Джули теперь его жена?

Интересно, как она может спать, когда все это дерьмо происходит в нескольких ярдах от ее собственного ребенка? Я знаю, что задаюсь неправильными, блядь, вопросами. Слышны только шаги парней, мое собственное дыхание и сердце, все еще бьющееся в груди. Я вижу впереди поляну и машины, черные и белые краски которых блестят под луной. Вот почему мы их не слышали. Интересно, сможет ли мой брат найти меня?

— Куда ты меня везешь? — наконец спрашиваю я.

Потому что мне нужно что-то спросить. Еще один мрачный смех от кого-то из Несвятых.

— Ты не можешь задавать вопросы, — бормочет Люцифер.

— Разве ты не собираешься убить меня в любом случае? — спрашиваю я.

Он резко останавливается, идя по краю поляны. Там стоит белый Range Rover и черная машина. Черный BMW M5, я вижу его сзади. Машины припаркованы под углом, задними частями друг к другу.

Несвятые кружат вокруг меня, их маски скелетов натянуты, и я вижу, что их оружие убрано. Возможно, в задней части их штанов. Я знаю Атласа, в шляпе задом наперед, прямо напротив меня. Я знаю и Эзру, потому что он ниже их ростом, а это не так уж и много. Они все как гиганты. Я узнаю и Мейхема, по его белой майке и черным штанам, татуировкам, покрывающим каждый дюйм его рук. Одна на лице.

Кейн одет в парадную рубашку, его голова выбрита с обеих сторон, а сверху длиннее.

Выражения их лиц невозможно прочесть, поскольку я не вижу большую часть их чертовых лиц.

Люцифер являлся мне в кошмарах. И в бодрствующем состоянии, и во сне. Но я не знаю его. Я не знаю и этих людей. В ту ночь на Хэллоуин я подумала, что, возможно, я влюбилась в него.

Я думала, что чудеса случаются. Я начала думать, прежде чем погрузиться в черноту, что он был своего рода темным ангелом, настоящим несвятым, посланным ко мне в ночи, чтобы удержать меня здесь.

Но потом я проснулась голый и одной, если не считать мучителя, которым является мой брат.

Люцифер не был ангелом. Даже не падшим. Он действительно, действительно был дьяволом.

Я смотрю вниз на лесную землю. Я не могу думать, пока смотрю на них, пока чувствую теплое тело Люцифера позади меня, прижимающее меня к нему.

— Я собираюсь убить их, — отвечает он мне. — Всех в Ордене гребаного Дождя. Но, вероятно, не по тем причинам, как ты думаешь.

Страх пробирает меня насквозь. Не за себя. За Николаса. Даже, хотя мне не хочется признавать это, за брата. Обычно я никогда не боялась за своего брата.

Никогда бы не подумала, что кто-то может добраться до него. Но у Люцифера есть я, и хотя Джеремайя может не любить меня в общепринятом смысле, он никогда не позволит никому другому заполучить меня. Особенно после того, что Люцифер сделал со мной. И не после того, как Джеремайя нашел меня. Мои глаза переместились на предплечье Люцифера, лежащее на моей талии, на изрезанные мышцы, на его длинные бледные пальцы, впивающиеся в мои бока.

— Объясни, — шепчу я.

Я стараюсь не чувствовать его тело вровень с моим. Стараюсь не чувствовать его запах. Я не хочу думать о том, как он встретил меня на том перекрестке, вложил свою руку в мою.

— Ты не хочешь знать правду, — он прижимается ко мне, и я понимаю, что он достал сигарету из заднего кармана, когда его рука поднимается с моей талии и он зажигает ее. Он делает затяжку и выдыхает дым через мое плечо. Я чувствую знакомый запах сигарет той марки, которую он курит. Мне это нравится, хотя я никогда и никому не признаюсь в этом вслух.

Я закрываю глаза. Я не хочу видеть, что все внимание Несвятых сосредоточено на мне. Они такие тихие, что это меня пугает. А Люцифер, похоже, не спешит садиться в одну из этих машин.