Это безумие, детка
Шрифт:
– Сбежать мне, а не моему дублю, поможешь ты, куколка. Поможешь по-настоящему, – Леоне подмигнул. – Здесь тормозни.
Жук въехал в Эльмарай – ничем не примечательный спальный район на окраине Буковеня, который, однако, уже считался чертой города. Роэл обратила внимание, какой тяжелый взгляд Гаспар кинул на детскую площадку, как раз мимо которой они проезжали и ужаснулась. Господи боже, чудовище вырвалось на волю!
– Нет! – Роэл запаниковала. – Там люди, дети… а ты просто набросишься на них, чтобы сожрать!
– Скорее заманю в уютное теплое местечко, вроде какого-нибудь чердака – это будет разумнее, – задумчиво проговорил Леоне и кроваво-красная ухмылка скользнула по его губам. – Ведь у меня роскошное алиби. Ты-то никому ничего не скажешь, правда? Здесь, куколка. И не забудь пожелать мне веселого дня. Надолго не прощаюсь.
Он вышел из машины на оживленном перекрестке и, совершенно не таясь, направился по тротуару куда-то против движения. Роэл пришлось тронуться, так как зажегся красный, и машины за ней нетерпеливо засигналили. В боковом зеркале заднего вида отразились прохожие – две девочки-школьницы младшего возраста, пожилой мужчина и женщина средних лет. Гаспара Леоне среди них не было.
Выруливая за перекрёсток, Роэл смаргивала с ресниц слезы. Мерзавец превратил ее в послушную марионетку. Она, и правда, действовала, как его пособница и, если кто-то пострадает от его рук, то это будет и ее вина!
Она из-под земли достанет эти два миллиона лиардов, которые подарят ей независимость от Гаспара Леоне!
Достанет.
– Ну, Роэл! Ну, миленькая! Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста! Что, тебе сложно, что ли?
Ирена Сильвен умоляюще скрестила руки на груди. Она заглянула к Роэл на чердак в обеденный перерыв, притащив всякие домашние вкусности, которые готовила и заботливо собирала Ирене с собой ее рачительная мама.
Роэл поначалу хотела отказаться. Она медленно, но верно добралась до в беспорядке сваленных номеров «Вечернего Буковеня» пятнадцатилетней давности и прерываться не планировала. Монотонная работа позволяла отвлечься от навязчивых мыслей, которые терзали ее и днем и ночью.
Что сейчас творит в Буковене второй Гаспар Леоне, собственноручно выпущенный ею в город?
Где достать два миллиона лиардов, чтобы заплатить ювелиру и получить амулет, который лишит Гаспара возможности приказывать ей?
Но обижать подругу не хотелось, и Роэл откусила кусочек политого домашней сметаной голубца. Нежнейший фарш, завернутый в капустный лист, буквально таял во рту.
– Если честно, то да, сложно, – кивнула Роэл, потянувшись за добавкой. – Не хочу. Думаю, это будет лишним, особенно после истории с бейджем Дениз…
– Да об этом все уже забыли! – всплеснула руками Ирена. – Ты только подумай, ради того, чтобы отпраздновать двадцатилетие газеты, руководство на целые сутки забронировало Мэтра! Генеральный лично раскошелился! Это будет такой праздник! И ты не пойдешь! Мэтра, Роэл! Когда еще ты там побываешь?
Мэтра – старинный загородный особняк в стиле барокко, построенный аж триста лет назад. Теперешний хозяин отреставрировал его и использовал как отель, сдавая шикарные апартаменты желающим за весьма значительную сумму. Роэл была уже в курсе, что вечеринку, посвященную юбилею газеты, планируется провести там, но сразу решила – не пойдет. В свете последних событий настроение развлекаться отсутствовало напрочь. Да и с кем развлекаться-то? С Ником Леконтом, который при виде ее презрительно кривил губы? С Дениз Требье, которая в последнее время перестала ухмыляться и упорно делала вид, что Роэл не существует в природе? Наблюдать, как они воркуют, точно голубки?
– Нет, Ирена, и не уговаривай, – покачала девушка головой. – Мне сейчас не до этого, правда.
Она с аппетитом съела два голубца и была готова вернуться к своим пыльным газетам.
– Я знаю, что ты с работы каждый день ездишь в эту страшную лечебницу. Жду на остановке троллейбус и вижу, как ты сворачиваешь на трассу, – проговорила подруга. – Я тебя даже уже и не спрашиваю. Понимаю, что не расскажешь.
– И не спрашивай, Ирена, – Роэл отвела глаза. – Лучше не спрашивай.
– Если не хочешь ехать на корпоратив в Мэтра сама, то сделай это хотя бы ради меня, – сказала Ирена, помолчав. – Я очень хочу пойти, но одна… Стесняюсь. Я не говорила… Мне нравится Еуген. Не так, чтобы сильно… Нет, на самом деле сильно! И думаю, я тоже ему нравлюсь! Он иногда… смотрит. Праздник, вся эта красивая обстановка… Мне кажется, именно в Мэтре произойдет что-то, что нас сблизит! Но одна я боюсь. Не бросай меня, пожалуйста, Роэл!
– Еуген Жиррад? – Роэл улыбнулась. – С ума сойти, Ирена! И все это время ты молчала?
Ирена, с этими своими голубцами, которые притащила для Роэл, вся раскрасневшаяся от признания, была такой трогательной, что Роэл стало грустно и светло. Может, хотя бы у Ирены будет милая и нежная романтика, раз ей с этим не повезло…
– Так же, как и ты молчишь про лечебницу Трифона, – обиженно пробубнила Ирена. – Теперь-то что скажешь? Неужели не поддержишь?
– Поддержу, – Роэл крепко обняла подругу. – Ирена, конечно же, поддержу! И передай своей маме, что голубцы у нее вкуснющие!
В конце концов, может, и ей будет полезно отвлечься от своих черных мыслей! А на Леконта с Требье Роэл не станет обращать внимания!
Всю первую половину следующего дня Роэл и Ирена провели в Гратине. Это был огромный торговый центр, но не такой шикарный и дорогущий, как, например, галерея Виа Орелин в столице. Торговали тут, в основном, бруколаки – вампиры из южных пределов княжества, торговали подделками под известные бренды. Здесь отоваривались дампиры, десмонды и Знающие люди – те, кто попроще. Истые вампиры в Гратин не захаживали, презрительно называя его барахолкой.
Подыскивая для Ирены наряд, призванный поразить второго журналиста редакции Еугена Жиррада, они обошли центр снизу доверху, но невысокая полненькая Ирена все браковала, пока на самом последнем этаже, в самом последнем закутке не отыскалось платье, которое село на отчаявшуюся Ирену идеально. Оно было бирюзового цвета и здорово шло к каштановым волосам и голубым глазам Ирены, и, что приятно, стоило всего ничего.
Из Гратина подруга выходила осчастливленная и отягощенная покупками, среди которых, помимо волшебного платья, были серебристые туфли на высоком каблуке, нежная бижутерия и серебристые заколки для волос в виде лилий. Ирена чмокнула Роэл в щеку и, довольная, улетела домой наряжаться.
Сама Роэл тоже хотела отправиться восвояси, но потом вспомнила, что у нее для этой вечеринки ни одной подходящей одежки нет. По большому счету ей все равно, блистать в Мэтра, в отличие от Ирены, она не собиралась, но не в джинсах и клетчатой рубашке же идти! Возвращаться в многолюдный шумный Гратин не хотелось – ноги гудели от усталости. Махнув на все рукой, Роэл отправилась к сестре, благо, что ее дом находился в нескольких кварталах.
До беременности Рэйчел они носили один размер, но, родив первого ребенка, сестра превратилась в полную статную красавицу и к прежним формам не вернулась. К слову сказать, семейную идиллию это не нарушило. Ее мужу Полю полная Рэйчел нравилась даже больше худой. Насколько Роэл знала, у сестры где-то хранились кое-какая одежда, которую она носила до беременности.