Чтение онлайн

— Возможно. Но если сама королева делает все, чтобы уничтожить Королевство, к чему мешкать? Кто тебе милее, Лаврентий? Марьяна, убивающая всех, кто только посмеет пикнуть в ее адрес? Ганза? Или может, Изнанка?

— Тогда что ты предлагаешь? Взять власть самим?

Она подошла к нему вплотную. Долго молчала, но все же ответила:

— Нет… Нас никто не признает, и ты сам это понимаешь. Я — бывшая рабыня из Орды. А ты беспризорник из трущоб.

— А Дарья? О ней есть вести?

— Увы, но о не можно забыть. Ясно, что ее либо убила Марьяна с Обуховым, чтобы узурпировать власть. Либо Королева сбежала в Изнанку и встала на сторону Василия.

Она вздохнула.

— Мы обложены со всех сторон. Нас может спасти только одно… Вернее, один.

Вдруг Лаврентий понял, к чему она клонит.

— Дракон, — закончил за нее Лаврентий. Кирова вздрогнула, когда Его имя прозвучало в этих стенах. — Ты в самом хочешь сделать ставку на Дракона?

Магистр смерила его долгим взглядом.

— Да. Я сама не верю в то, что говорю. Но Он нынче на нашей стороне.

— На нашей? На чьей?

— На моей. На твоей… Но лишь на время. Мы можем использовать Его так же, как Он использовал нас, чтобы прибрать золотой дворец к рукам. Дадим ему то, что он хочет. Башню, золото и принцессу.

У Лаврентия пропал дар речи. То, что она предлагала было…

Это не просто измена Короне. Это куда большее.

— Ты в своем уме, Ника? — поинтересовался он. — Ты хочешь дать Ему возможность исполнить то, чего люди боялись весь век, чтобы…

— Чтобы выжить, — сказала она, сверкнув своим золотым глазом из-под повязки. — Уничтожить всех врагов, спасти Королевство и утихомирить народ. А потом… В нужный момент…

Кирова положила руки ему на плечи, склонилась к его уху и прошептала:

— Стать новым Олафом.

— Для этого нам нужно раскрыть секрет Башни, — сказал Инквизитор, отстранив ее. — Нужно понять, как вообще убить Дракона.

Он повернулся было к лестнице на верхние этажи, но Кирова схватила его за руку.

— Нет! Я пойду сама. Если я не вернусь, то…

Но Лаврентий не дал этой отчаявшейся дурочке договорить. Ударил ее тыльной стороной ладони. От неожиданности Магистр покачнулась и, схватившись за щеку, села в груду золота. Ее золотой глаз, вырвавшись из глазницы, улетел прочь.

— Ты что?.. — охнула она. — Спятил?!

Магистр попыталась встать, но Инквизитор вжал ее в груду золотых. Следом на него навалилась такая волна силы, что зубы заходили в деснах. Но Инквизитор стерпел — ему тоже было, что показать Магистру.

Где-то минуту они пытались перебороть друг друга. Кирова была несоизмеримо сильней, но Лавретний был упрямее раз в сто. Когда у него из носа хлынула кровь, она разжала «хватку» и заорала:

— Лаврентий! Ну ты и мерзавец! А если бы я убила тебя?

Инквизитор улыбнулся. Еще бы чуть-чуть, и он потерял бы сознание.

— Теперь слушай, Доминика, — сказал он, вытерев кровь. — В любой шахматной партии это верх неразумности бросать ферзя в саму гущу битвы, если на столе еще много пешек. И особенно если есть одна хорошая ладья.

— Да как ты смеешь?! — рыкнула она. — С каких пор, ты решил, что можешь перечить и трогать меня! Ты! Ты…

У нее из глаз брызнули слезы, и Магистр осеклась. Снова женщина в ней победила.

— Лаврентий, мерзавец! Видишь, что ты натворил?!

Инквизитор искал золотой глаз. Найдя его среди груд золотых, он вернулся к Кировой:

— С тех пор, как Он взял тебя на крючок. И, возможно, ведет до сих пор. А ты и рада, да? Глупая…

На это Кирова поджала губы. Уши у нее покраснели.

— Нет, Лаврентий, ты…

Но она не успела договорить, как раздался стук в двери. Мигом оказавшись на ногах, Магистр скрыла пустую глазницу под повязкой и, стрельнув в своего сотрудника уничтожающим взглядом, пошла открывать.

Лаврентий смотрел ей в спину и задумчиво катал на ладони золотой глаз. Всмотревшись в зрачок, прошипел:

— Если ты видишь меня, то читай по губам. За сотню лет в Королевстве очень многое изменилось, и я уж точно больше не собираюсь плясать под твою дудку.

Глаз ответил ему золотым блеском. Инквизитор улыбнулся.

— Мы ждем тебя здесь. Не задерживайся, Обухов.

Он сунул глаз в карман и направился к дверям, откуда показалась массивная туша графа Илларионова. Без своих аристократических одеяний он напоминал обычного заключенного, которому выпала сомнительная честь стать очередным «героем».

Проигнорировав приветствие Магистра, он мотнул головой в сторону лестницы наверх.

— Там находятся эти ваши запретные этажи?

— Именно, ваша милость, — кивнула Кирова. — Не хотите ли перед походом чем-нибудь перекусить?

Тот замотал головой, а затем направился прямо к лестнице. Уже у порога он бросил через плечо:

— Если я не вернусь, то передайте моему сыну, Игорю, что, возможно… я был несправедлив к нему.

И с этими словами граф скрылся на лестнице. Тишина стояла недолго, и вот под потолком зала послышались гулкие удаляющиеся шаги. Кирова принялась считать.

Как только Илларионов миновал одиннадцатую ступеньку, двери наружу заскрипели и в зал вошли трое.

— А этот что тут делает?! — насторожился Лаврентий, увидев Григория, идущего рука об руку с Артуром Зайцевым. Еще удивительнее было то, что в хвосте у них плелся ни кто иной как его брат — скромно улыбающийся Вергилий. За ними тянулась цепочка Инквизиторов.

— А ты?..

— Приказ Королевы, — оборвал его Зайцев, — проконтролировать, чтобы секреты Башни оказались раскрыты в течение суток. А Вергилий, как новый Верховный маг, имеет собственный интерес к этому месту…

— Новый Верховный маг должен был предупредить о своем визите, — буркнула Кирова, дав знак Лаврентию оставаться начеку. — Как вас вообще пропустили через КПП?

Ответом был Григорий. Стоя в стороне, он мрачно переводил взгляд то на Кирову, то на Лаврентия. Из-за маски младший сотрудник давно стал для Лаврентия закрытой книгой, но с момента возвращения из Орды…

Он словно стал чужим: нелюдимым, еще более молчаливым и каким-то неловким. Это произошло даже раньше — с момента той ночи в усадьбе Обухова. Будто его подменили.