Чтение онлайн

На столике были шприцы.

Только увидев, как медсестра набирает что-то в шприц, Кирова покрылась мурашками. Еще не хватало уснуть и не проснуться… Вдруг кровать скрипнула — медсестра села рядом. Нагнулась.

Довольно долго медсестра просто сидела и вглядывалась в больную. Затем сказала:

— Не притворяйся, сучка. Я знаю, что ты проснулась.

Кирова открыла глаз. Медсестра еле слышно захихикала.

— Если тебя прислали убить меня, то не мешкай, — сказала бывший Магистр, стараясь сохранить достоинство. — Но передай королеве, что это ошибка. Я еще могу пригодиться государству.

— Принято, — сказала медсестра и сняла маску. Это оказалась Марьяна. — Будешь хорошей девочкой, останешься жить. Подальше отсюда. В Орде.

И слегка надавила на шприц. В воздух брызнула бесцветная жидкость.

Кирова же заерзала на простынях. Ее сердце стучало как бешеное.

— В Орде?! Нет! Лучше убейте!

— Это не тебе решать, сучка, — ответила королева. — Твоя задача подчиняться. Моя — приказывать. Завтра ты уедешь в Орду. Навсегда.

Кирова сжала зубы. Слезы просились на волю, и она как могла пыталась сдержать их. Она не плакала довольно давно — еще лет с пятнадцати. С тех пор, как провела свой последний день в Орде.

— Я хочу остаться в Королевстве, — выдавила она. — Я вам еще пригожусь, ваше величество. Я готова на все!

Марьяна покачала головой.

— Твои услуги на посту Магистра уже не нужны, Кирова. Инквизицию я упразднила еще вчера. Все твои сотрудники отозваны.

И с этими словами она начала переворачивать Магистра кверху задницей. Кирова ужасно хотела пнуть ее, но тело было как ватное. Повернув голову, она снова увидела шприц. Марьяна целилась.

— Что это?..

— Лекарство. Чтобы лучше спалось. Не дергайся.

— Послушайте. Что вы… Ай!

Она закричала. Ягодицу свело судорогой.

— Сказала же, не дергайся! — зашипела королева. — Тебе еще повезло, что это не клизма! Ну вот, иголку сломала!

— Кто вас учил так ставить уколы?!

— Никто. Я ставлю уколы впервые в жизни. Не королевское это дело, знаешь ли. Но ради тебя готова стараться. Все же обязана тебе, жопастенькой!

Она взяла новый шприц, и Кирова сжала зубы. Ей было ужасно больно. А еще унизительно.

— Скажите… Что с Изнанкой? Мы победили?..

— Да. Благодари за это Ивана.

— Обухова?!

— Его. А еще моего будущего мужа и твоего нового короля Артура. Присягнешь ему, как только сможешь встать на ноги. Вот и все!

И шлепнув Кирову по ягодице, она перевернула ее обратно и отправилась мыть руки.

Тяжело дыша, Магистр долго смотрела в потолок. В голове было шумно от мыслей. Они победили Изнанку? Спустя сто лет? Реально победили?!

А ее? В Орду?.. Нет, ни в какую Орду она не поедет. Лучше смерть, чем очередной плен.

Собрав свои стекляшки, королева потянулась за ее яблоком. Откусив кусочек, сказала:

— Знаешь, Лорд-Протектор, я не хочу, чтобы между нами были обиды. Твоя многолетняя служба будет оценена по достоинству.

Эти слова не понравились Кировой. Что еще за… Лорд-Протектор?

— Как?..

— Увидишь. Твой Лаврентий введет тебя в курс дела. Он назначен твоим первым помощником по делам оккупационной администрации в Орде. Как ни крути, — и королева развела руками, — вся их армия пропала в Изнанке, и теперь Орда беспомощна против нас. Ее земли хотим и мы, и Царство, к счастью у нас с ними мир да любовь. Посему кто-то же должен управлять Солнечным городом, а там и половиной страны от МОЕГО имени?

С этими словами улыбающаяся королева направилась на выход. Кирова так и вспыхнула от вопросов. Но смогла задать лишь один:

— Лаврентий?.. Он жив? Он вернулся из Башни?!

На пороге королева обернулась. Ее улыбку скрыла маска, которую она сразу же надела.

— Жив-здоров, твой Лаврентий. Лежит в соседней палате и вспоминает свой ордынский. Я только что от него. И да… Совсем забыла.

Сунув руку в карман, она вытащила из нее нечто золотое. Глаз!

— Кажется, это твое?

Оставив его на столике, Марьяна покинула палату. Скрип колесиков скоро затих.

Лаврентий. Жив. Это было хорошей новостью. Наверное, единственной.

Пока снотворное не сморило ее, Кирова смотрела на свой золотой глаз. Ей отчего-то казалось, что и он смотрит на нее. Очень и очень знакомым взглядом.

Взяв глаз, она вытерла его об подушку и вставила в глазницу. Опустила веки…

Во сне она увидела Его. Размахивая крыльями, Дракон летел по чужому красному небу, а под ним, по пескам черной пустыни шло гигантское войско людей и чудовищ. Его крайние отряды терялись за барханами. Она знала, что Он идет повергать силы Зла, и эта битва обещает быть самой страшной за всю историю множества миров.

Однако Доминике было очень спокойно. Она знала, что Он точно одержит победу.

На вокзале.

Лаврентий крутил в руках монету, то и дело посматривая на часы. Поезд в Орду уходил через пятнадцать минут, а Кировой все не было. Ее должны были привести под конвоем, а такие вещи всегда делались минуту в минуту. Уж кто-кто, а Лаврентий всегда за эти следил.

Но то-то было при нем…

Он волновался как тигр в клетке. Они с Кировой не виделись с тех пор, как он вырубил ее в Башне. Кто знает… Может, она обиделась на него? Может, ее и в живых уже нет, а королева только играется с ними? Марьяна обещала, что их пошлют в Орду на «вечное правление», даже дала «королевское» слово, пусть и неохотно. В вечность Лаврентий не верил, а вот королевскому слову доверял — или очень хотел доверять. Иного ему никто не оставил.

Без Изнанки Инквизиторы были не нужны. И даже больше — опасны. Как образцовый параноик он понимал королеву, а значит, боялся каждой тени. Опасение вызывал даже его брат, Вергилий, который провожал его в путь-дорогу.

— Эх, Лавр, — посмеивался он, перекатываясь с пятки на носок, — завидую я тебе, правда? Не просто едешь на заслуженный отдых в жаркую страну, так еще с такой женщиной!

Вот у кого, у кого, а вот у Вергилия было прекрасное настроение. Пусть его обгоревшее лицо скрывала серебряная маска, однако мага это не смущало. Все, что его интересовало в этой жизни, было знание и сила. А после того, как в Башне он заполучил первое и вернул себе второе, новый Верховный маг был на седьмом небе.

Все же помимо королевской четы он, как глава Арканума, становился первым лицом в Городе, а там и в Королевстве. Не будь Лаврентий слаб как котенок после битвы с Левиафаном, он бы с удовольствием съездил ему по роже. По-братски.