Это кто переродился? Трилогия
Шрифт:
– Мы тебя не боимся! – кричал он срывающимся голосом. – Пошла прочь!
– Зачем? У меня в домике так тепло и приятно! – хихикала тварь. – Там много конфет! Полезай, будь хорошим мальчиком!
Лаврентий пулей кинулся на эту тварь со словами:
– Закройте глаза, быстро!
Ослепительно сверкнуло и грянул грохот. Весь коридор заволокло пылью и кровавыми ошметками, в которые превратилось существо. Оно так и не успело ничего понять.
Инквизитор вышел в коридор, где было не так пыльно. На его руках тряслась девочка с закрытыми глазами. Мальчик семенил следом.
– Теперь можете открывать, – сказал Лаврентий и дети послушались. Они оба дрожали, и их удалось расспросить только отойдя подальше. – Вы откуда здесь? Где ваши родители?
Девочка была в шоке и только всхлипывала. Ответил за нее мальчуган:
– Нету у нас родителей… Мы тут одни живем…
– Вы двое?
Вдруг заговорила девочка:
– Мне нельзя рассказывать, а то… Федя поколотит меня…
Мальчик буркнул:
– И вовсе нет…
Кажется, он и был Федей. Инквизитор посмотрел девочке в глаза:
– Думаешь, твой Федя страшнее монстра?
– Нет.
– Тогда раз я справился с монстром. Значит, и с Федей твоим справимся, – сказал он и взлохматил парню волосы. – Показывай, где живешь.
Всхлипнув, девочка указала пальчиком на лестницу. Вернее, под нее, где располагалась дверь в подвал. Выломав дверь, Инквизитор заглянул внутрь.
– Все, кто тут сидит. На выход, живо!
– Монстр еще там?! – послышался испуганный детский крик.
– Убит.
– А как же Настя с Федей?
– Мы тут! – крикнула девочка, держащая Инквизитора за руку. – Выходите, а то дядя Инквизитор будет ругаться!
И через минуту из подвала показалась цепочка детей. Все пятнадцать малышей были все оборванные чумазые, зареванные, но живые.
– Ты правда убил чудище, дядя Инквизитор? – спросила какая-то малышка.
– Правда, – кивнул Лаврентий. – Все за мной. Без разговоров.
Выведя цепочку из этих развалин, он повел их к машине. Открыв дверь, кивнул в салон.
– Живо внутрь. А ты, Федя, со мной.
Никто не посмел ослушаться. Как только вся ватага расселась сзади, а Федя прыгнул на пассажирское сиденье, Лаврентий завел мотор.
– Куда вы нас, дядя Инквизитор? – отважился спросить мальчик, смотря на него блестящими голубыми глазами. – У нас ни у кого нет ни мамы, ни папы…
Дети на заднем сиденье, принялись тихонько плакать. С их уст слетало одно – к Леди Домне.
Лаврентий сказал:
– Пристегнись, Федя. Ты смелый мальчик, а за смелость тетя Ника тебя не съест.
Добравшись до лавки Тимофея, я еле на ногах держался. К концу нашего путешествия мне казалось, что этот мешок стал втрое тяжелее.
– Интересно, а если нагрузить на тебя все золото мира, ты тоже понесешь его к себе в берлогу? – поинтересовался Иван.
– Что за вопросы?.. – выдохнул я, подтаскивая мешок к крыльцу. – Конечно! Это же золото!
В лавке отчего-то было тихо и темно. Хотя оно и неудивительно – на дворе глубокая ночь. На улицах тоже не души.
Постучавшись, я приготовился входить, однако открывать мне отчего-то не спешили. Тогда я снова постучался – уже сильнее, но ответа все не было.
– Может, они уже спят? – хмыкнул Иван. – Надоело им тебя ждать, вот они и пошли на боковую. Тело в канализацию, книгу на свалку, и все – ничего не было!
– Сейчас ты поедешь в канализацию… – буркнул я, обойдя дом со двора. Задняя дверь, как ни странно, оказалась открыта.
Перешагнув порог, сразу почуял неладное. Внутри было холодно – аж пар изо рта шел. Пахло магией. Недоброй.
– Та-а-ак, – запел Иван. – Может…
Могло быть все, что угодно. От неожиданного посещения Инквизитора, до Книги Душ, которая решила «пообедать» нашими магами. Про внезапный портал тоже не стоило забывать. Очень вряд ли у Тимофея имелся порталоотвод.
Миновав коридор, я вошел в лавку. Кольца как были, так и лежали на месте, однако нынче они переливались как горсть звезд, начищенные до блеска. Зов от них шел такой, что глаз задергался.
Вдруг нечто жужжащее пролетело над ухом, и я поморщился. Шмель.
Раскрытая Книга Душ лежала на постаменте, рядом стопками накидали другие томики из библиотеки. На полу же не было свободного места от рун, в центре же был расчерчен магический круг, и в самой середине сидел некто в черной мантии. Дергаясь из стороны в сторону, он тихонько хихикал. Его рука выводила на полу все новые и новые письмена.
– Силантий? – спросил я, подойдя, и вдруг услышал за спиной легкие шаги.
Дверь за мной захлопнулась с громким стуком. Вторым звуком было щелчок от задвинутого засова. Я хотел уже вынести дверь, но и окна закрылись ставнями. Опустилась темнота, сквозь которую слышалось надоедливое шмелиное жужжание.
– Приплыли…
Вокруг слышались какие-то шепотки. Фигура в кругу замолкла, а затем медленно обернулась.
– Ага, ты?.. – встав на ноги, она стянула капюшон. Это был мертвец Никита, которого мы привезли накануне, и он широко улыбался. – Наконец-то!
Я нахмурился, вдруг почувствовав, как нечто внутри меня незаметно испарилось.
– Иван?..
Но тот не ответил.
Мертвец, тем временем, вскинул руки, и они ослепительно вспыхнули зеленоватым светом.
– Нет больше Никиты! – и он схватил себя за лицо. – Есть только Хазрад ар’Аль Рахид ибн Иван!
Кожа треснула, и он стянул ее как маску. Под ней было улыбающееся лицо Ивана.
– И ибн Иван может быть только один!
С хохотом он развел руки и хлопнул в ладоши. Изумрудный свет вспыхнул и озарил собой все вокруг. Зажмурившись, я выпустил мешок, и он громко рухнул на пол. Открыв глаза, я снова увидел комнату, но отчего-то с другого положения – теперь именно я стоял в магическом кругу, а напротив меня стоял…
Иван. В моей одежде. С моим мешком у ног. На его лице горела торжествующая улыбка.