Чтение онлайн

Создавая очаг, архантропы обретали способность выживать в более холодном климате, продвигаться на север за пределы субтропической зоны. В тёмное время суток костры использовались и для освещения. Вокруг них собирались члены сообщества, чтобы погреться, поделиться пищей, поужинать, обменяться информацией о событиях дня. Очаги способствовали общению, развитию всё ещё очень примитивной речи, сплочению сообщества, возникновению зачатков социальной организации. В общении вокруг очагов происходило закрепление авторитета того или иного индивида, его выдвижение в лидеры охотничьего отряда, подбор им своей команды для организации облавы на крупных животных, а в конечном счёте – обретению им статуса вожака сообщества, от которого исходила мобилизация членов сообщества на организованное исполнение всех видов деятельности. Создание очагов стимулировало создание или использование замкнутых пространств, на которых тепло очагов не разносилось ветрами.

Большинство находок ископаемых предков современного человека сделано в пещерах. Поэтому в популярной литературе укоренилось название «пещерные люди», а у её читателей возникла иллюзия, будто единственными жилищами древнейших людей были естественные образования – пещеры и гроты. А поскольку пещеры за редкими исключениями могли вмещать лишь незначительное количество членов первобытных сообществ, даже в науке распространилось убеждение, что эти сообщества могли состоять лишь из нескольких десятков членов, и не более того. Между тем пещерное обитание могло предоставить жилище лишь незначительной части древнейших людей, распространившихся на огромных пространствах трёх континентов.

Просто в пещерах сохранность их останков была значительно выше, чем в других местах вследствие каменистых поверхностей сводов и оснований пещер, значительно меньшим было и перемешивание геологических слоёв, которое раздавливало и разбрасывало хрупкие останки этих существ после перегнивания их мягких тканей. Динозавры в этом отношении имеют огромное преимущество перед людьми, поскольку их огромные кости обладают гораздо лучшей сохранностью. Вследствие этого эволюция динозавров вызывает значительно меньше дискуссионных проблем, чем эволюция наших собственных далёких предков.

Думается, что для адекватного воспроизведения в науке жизни архантропов необходимо отрешиться от узкого «пещерного» мышления и перейти от прямого следования фактам к их сопоставлению. Сообщества, ютившиеся в пещерах и составлявшие не более чем десятки членов, не могли успешно охотиться на таких крупных и могучих животных, обладавших самой мощной естественной вооружённостью, как мамонт, носорог, саблезубый тигр, пещерный медведь. Для такой охоты нужды были по крайней мере сотни людей, хорошо вооружённых, спаянных хотя бы некоторой социальной организацией и обладающих определённым разделением функций для обеспечения успеха охотничьего промысла.

Быт первобытных людей мы узнаём именно по раскопкам в пещерах. Площадь пещеры подразделялась на место вокруг очага и спальные места. Часто очагов было несколько. Пол в спальных местах устилался ветками, травой, шкурами животных. Очаги служили одновременно кухнями, столовыми и местами общения. Часто для сооружения очагов выкапывали ямы, их настилали каменными плитками, а по периметру вкапывали большие камни. Для лучшего освещения в очаг набрасывали ветви лиственных деревьев. Вход в пещеру закрывался занавесью из больших шкур, водружённой на специальные опоры.

Вокруг пещер для размещения большей части членов сообщества сооружались искусственные жилища. Такие же жилища сооружались на открытой местности, где не было пещер. В таких местах древнейшие люди воздвигали долговременные лагерные стоянки. Они были, очевидно, весьма разнообразны, но до нас буквально чудом дошли лишь немногие образцы. Это и понятно, если учесть непрочность этих построек и огромное время, прошедшее с тех пор. Так, в пещере Терра-Амата в окрестности курортного города Ниццы во Франции под песками пляжа была обнаружена охотничья стоянка, от которой сохранились остатки оснований 21 хижины и многочисленные следы хозяйственной деятельности людей, живших около 230 000 лет назад.

Хижины были достаточно вместительными, овальной формы, размером у оснований около 15х7,8х6 и 6х4 метра. Ямки, оставшиеся от вбитых в землю кольев, свидетельствуют о наличии высокого деревянного каркаса, на полу настланы ветки и шкуры животных. В центре каждой хижины-шалаша был оборудован очаг.

Грот Лё-Лазарет, также расположенный поблизости от Ниццы, вследствие его малой вместимости был дополнен архантропами более 130–150 тыс. лет назад постройкой у самого входа, имевшей в основании длину 11 м и ширину 3,5 м. Каркас строения состоял из 15 стоек, на них была укреплена крыша из шкур, у входа была сооружена также невысокая стенка из камней для защиты от ветра. Строение было разделено на два помещения, в более удалённом из них от входа пылали два очага. Пол был устлан волчьими, лисьими и рысьими шкурами, сухой травой и водорослями.

Древнейшие европейцы впервые в истории человечества стали охотиться на гигантских животных – мамонтов, двурогих шерстистых носорогов, большерогих оленей, туров, кабанов, пещерных медведей и пещерных львов. Длина тела пещерных медведей достигала 2,5 метров, а безгривые пещерные львы были крупнее и мощнее львов африканских саванн. Чтобы сразиться с такими хищниками, отвоёвывая у них пещеры, необходимо было обладать не только добротным вооружением, многочисленностью охотников, но и определённой социальной организацией, хорошо отработанными методами охоты, основанными на знании поведения животных.

С течением времени усиливаются контакты древнейших европейцев с обитателями других континентов, происходит диффузия человеческих сообществ и технологий. Постепенно формируется единый вид хомо эректус, охватывающий самые разнообразные местные разновидности поздних архантропов на огромных пространствах трёх континентов. Процесс образования единого вида протекал медленно и очень сложно. «На территории материковой Азии, – отмечает российский антрополог С. Дробышевский, – размеры черепов и объёма мозга в подавляющем большинстве случаев меньше, чем в Африке и Европе. При этом направление эволюционных изменений сохраняется одинаковым во всех населённых областях. Очевидно, это свидетельствует о процессах смешения. Так, если в период 0,8–1 млн. лет гоминиды разных территорий резко отличаются друг от друга, то в период около 580–780 тыс. лет назад население материковой Азии почти не отличалось от населения Европы и Африки. Это свидетельствует об увеличении частоты контактов» (Дробышевский С.В. Предшественники. Предки? Архантропы. Гоминиды, переходные от архантропов к палеонтропам – М.: Едиториал УРСС, 2004. – 344 с., с. 19–20).

Для них не существовало ни пространственной, ни биологической изоляции. Они вели бродячий образ жизни, покоряя всё новые неизведанные пространства в поисках пропитания и более благоприятных условий для оседания на определённой территории, а найдя такие, создавали долговременные стоянки, где оборудовали всё необходимое для устройства с максимальным комфортом и вели относительно оседлый образ жизни, занимаясь собирательством и охотой в окрестностях на значительных расстояниях. Затем при оскудевании ресурсов на данной территории двигались дальше, приходя в соприкосновение с другими сообществами и часто смешиваясь с ними.

Возможно, уже тогда первичный промискуитет, т. е. нерегулируемое половое сношение стала сменять исторически первая форма группового брака, экзогамия (от греч. «экзо» – вне, «гамос» – брак), которая заключалась в отказе от половых сношений внутри данного сообщества и в осуществлении таковых между соседними сообществами для сближения и установления длительных связей между ними. Сохранение целостности вида могло быть достигнуто только скрещиванием различных групп, кочевавших в самых различных регионах трёх континентов и перемещавшихся на поистине космические, если учесть ограниченность темпов пешего передвижения, расстояния.