Чтение онлайн

Следующим шагом были попытки согреть на огне холодную пищу, которые дали неожиданные результат: пища размягчалась, становилась более вкусной и питательной, т. е. давала больше энергии, легче жевалась, хотя и, по современным представлениям, уступала сырой пище по содержанию витаминов. Конечно, приготавливаемая на открытом огне пища быстро обугливалась и становилась невкусной, и долго держать её над огнём голыми руками было и тяжело, и опасно. Но доисторические кулинары методом проб и ошибок находили способы размягчать мясо и другую пищу на огне. Это сказывалось в конечном счёте на состоянии их зубного ряда. Длинные обтёсанные каменными рубилами палки, подожжённые от костра, превращались в мощное оружие, факелы, которые можно было с успехом использовать при охоте на крупных животных. Ими можно было не только пугать этих животных, обеспечивая себе относительную безопасность, но и наносить им ожоги, приковывать внимание, в то время как другая часть охотников наносила сзади удары дубинами и заострёнными камнями. Обтёсанные каменными орудиями и заострённые длинные жерди, концы которых были обожжены и укреплены воздействием огня, превращались в примитивные копья, которые благодаря своей длине были более эффективным охотничьим оружием, чем камни.

Холод оказал мобилизующее воздействие на всех обезьянолюдей, подчинил их самодисциплине, заставил их искать спасения в технических усовершенствованиях. Бежать босиком по снегу и нагишом за добычей было и больно, и опасно для жизни. Зима была самым тяжким и голодным временем года. Возможно, именно этим объясняются случаи каннибализма, которые обнаруживаются археологами в самых различных сообществах древнейших людей. Во время голода в Поволжье в 20-е годы и на Украине в 30-е годы XX века по вине советской диктатуры каннибализм также принял массовый характер, поскольку большие массы людей оказались на грани голодной смерти. В осаждённом нацистами Ленинграде такие случаи были более редки: люди предпочитали умирать.

У наших предков выбор был невелик: или вымереть, или победить холод и голод, создав между собой и природой искусственную среду, обеспечив переход от биоцивилизации к палеоцивилизации. Они стали закутываться в шкуры убитых животных, предварительно отскоблив мясо заострёнными камнями, и это стало примитивной формой одежды. Они стали закутывать или перебинтовывать и ступни ног (или прикрепляли к ним кожаные «подошвы»), чтобы в них не впивались кристаллы снега и они не замерзали от контакта со снежным покровом, и это стало примитивной формой обуви. Они использовали огонь для согревания и охоты. Нет сомнения, что они не только прятались в пещерах в холодное время года, но и зимовали на открытом пространстве, выкапывая норы, создавая настилы, строя ветровые заслоны или конструируя своеобразные шатры, что-то вроде юрт, навешивая шкуры зверей на вкопанные в землю колья или кости крупных животных.

И тем не менее к концу зимы и первые весенние месяцы часть сообщества вымирала, а остальные еле передвигали ноги. Пожирание себе подобных, которое отмечается учёными как у африканских прямоходящих обезьян, так и у обезьянолюдей, было не только следствием голода, но и результатом отсутствия культуры. Развитие культуры способствовало преодолению этого зверского обычая.

В тесной связи с использованием огня, созданием наиболее примитивных средств утепления организма в виде зачаточных форм одежды и обуви находится продвижение архантропов вслед за миграциями животных в более северные районы Азии и их проникновение в Европу.

Первые попытки покорения Европы относятся к очень давнему времени. Обычно считается, что проникновение архантропов в Европу началось из Азии окружным путём, по берегу Средиземного моря, через Малую Азию, пролив Босфор и Дарнеллы, который пересыхал при крупных оледенениях, и дальше, через Балканский полуостров по всей южной части Европы. Этот путь, несомненно, был главной артерией, которая на протяжении сотен тысяч лет соединяла атакуемую ледниками Европу с более тёплыми регионами Азиатского и Африканского континентов, способствуя перемешиванию человеческих сообществ и не допуская создания изоляционных барьеров между ними, ведущих к распаду человечества на отдельные виды.

Тем не менее вряд ли правы те исследователи, которые отрицают возможность более короткого пути проникновения в Европу непосредственно из Северной Африки через Гибралтар. Действительно, Гибралтарский пролив слишком глубок, чтобы образовывать сухую перемычку между континентами подобно Босфору в периоды, когда сковывание ледниками огромных масс воды приводило к обледенению Средиземного моря. Но эти же оледенения могли сковывать льдами поверхность воды между Геркулесовыми столпами, как называли этот пролив древние греки, и по этим льдам можно было перебираться в ту и другую сторону, не замочив ног. Думается, именно этим объясняется ранняя заселенность архантропами южной Испании и особенно юго-западной Франции, на территории которой впоследствии сложились самые мощные палеолитические культуры.

Древнейшие орудия, которыми пользовались архантропы ещё в доашельский период, найдены археологами именно в Южной Европе, главным образом во Франции. К ним относятся французские местонахождения Куэва дель Валлонет, Шийяк, Сан Валье и Ля Рош Ламбер с датировками от 950 тыс. до более миллиона лет. Древнейшие же останки европейских архантропов найдены в южной Испании в провинции Гранада. К сожалению, эти останки очень фрагментарны, но в тех же слоях обнаружены весьма примитивные каменные орудия, которые позволяют судить о древности обитания здесь архантропов. Более целые и доступные для исследования останки первых покорителей Европы найдены в Чепрано (Италия) и в пещере Гран Долина в Атапуэрке (Испания). Местонахождение Чепрано находится всего в 24 километрах от Рима. Найденный здесь череп содержал не очень большой объём мозга – около 1000 см3. Но он отличался от азиатских архантропов очень большой шириной лобной кости.

Первые архантропы, проникшие в Европу и обосновавшиеся в ней, были, таким образом, довольно примитивными существами, пользовавшимися весьма примитивными орудиями. Но выжить в Европе за миллион лет до нашей эры без ускоренного прогресса технической вооружённости и средств обогрева для достижения теплового комфорта было так же невозможно, как и в современной Европе. Первые переселенцы, освоившие для своего проживания различные части южноевропейской субтропической зоны, ещё находились в относительно комфортных условиях. Но затем первые европейцы, испытывая на себе тяготы ледниковых похолоданий, вынуждены были приспосабливаться не только физиологически, но и технически. В отличие от Азии и Африки, европейский континент не давал возможности архантропам при наступлении похолоданий отселяться южнее, в привычный для них тропический пояс. Средиземное море, охватывающее Европейский континент с юга, оставляло для тех сообществ, которым надоел холод, только одну возможность: выселиться с этого холодного материка после долгого пути по заснеженным равнинам к проливам, ведущим в Азию или Африку. Судя по всему, циркуляция населения между тремя континентами происходила постоянно, способствуя генетическому и культурному единству древнейшего человечества.

Но наряду с недостатками, Европа имела и очевидное преимущество перед другими континентами с точки зрения проживания охотничьих сообществ: в ней был чрезвычайно насыщенный и богатый видами животный мир. Выжить в Европе – значило освоить методы и приёмы эффективной охоты на крупных животных, использовать их шкуры для утепления тела, научиться создавать укрытия от холода, добывать и поддерживать огонь, оборудовать хотя бы простейшие жилища, создавать очаги и т. д. Всё это обусловило ускоренный переход от наиболее примитивной галечной культуры к ашельскому типу палеоиндустрии.

Ранний ашельский тип, который в своё время называли шелльским, был основан на создании бифасов – каменных орудий, обработанных с двух сторон и имеющих две обработанные плоскости, образующие при своём соединении острый режущий край. Любой бифас был универсальным орудием, которое можно было использовать и в качестве ножа, и топора, и лопатки для раскапывания кореньев, и даже наконечника копья, если удавалось достаточно прочно прикрепить его смолой или ремнями к вытесанному из дерева древку.

Ашельская цивилизация архантропов была связана с дальнейшим покорением огня, переходом от его использования и постоянного поддержания к добыванию и разжиганию. Получение огня явилось побочным продуктом обработки камней. Постоянно сыпавшиеся от камней искры легко поджигали сухую траву, стружки, оставшиеся от обтёсывания древесины. Особенно удобны для извлечения искр определённые сорта камня – пирит (название произошло от греч. «пир» – огонь) и лучистый колчедан. Научившись по своей воле вызывать огонь, архантропы стали обкладывать свои кострища аккуратно выложенными камнями, создавая первые очаги.