Чтение онлайн

Был переведен в оперативный резерв, служил начальником штаба артиллерийского учебного центра, а с 1974 года — командиром бригады в чине бригадного генерала. В отставку уволен в 1977 году.

Пятнадцатым по счету американским евреем, который стал кавалером бронзовой медали Почета конгресса США, является полковник Джек Джейкобс. Впрочем, когда он совершил подвиги, за которые был удостоен самой высокой боевой награды Соединенных Штатов, Джек был всего лишь первым лейтенантом, что соответствует старшему лейтенанту в России.

В марте 1968 года около небольшого вьетнамского поселка Кьенг-Фонг батальон американской 16-й пехотной дивизии был окружен и атакован превосходящими силами Вьетконга. Вскоре все командование батальона вышло из строя: снайперы противника били на выбор из ближних укрытий. Казалось, поражение неминуемо. И тогда командование взял на себя авиационный наводчик Джек Джейкобс. Он сумел наладить круговую оборону, разумно расставил уцелевшие огневые средства, срочно вызвал ударные вертолеты огневой поддержки, дал им точное целеуказание и руководил налетами.

Несмотря на то что и сам Джек был ранен, он организовал вынос из-под огня раненых и сам принял в нем участие, эвакуировав 13 человек, в том числе — трех офицеров. Когда подоспело подкрепление, батальон под командой Джейкобса стойко удерживал свои позиции.

Став национальным героем Америки, Джек Джейкобс продолжал служить в армии еще 19 лет. В чине полковника был уволен в 1987 году, вернулся в свой родной штат Нью-Джерси. Сейчас ему 55 лет, и он все еще служит в резерве, являясь командиром бригады Национальной гвардии.

Во Вьетнаме отличился и летчик-истребитель Джеффри С. Файнштейн. Летая на перехватчике Ф-4 «фантом», он сбил 10 советских самолетов МиГ-21, пилотами которых по большей части были советские же офицеры. Джеффри С. Файнштейн является одним из последних асов американской авиации.

«Я горжусь тем, что хотя бы недолго командовал вами, наши славные моряки… Прощайте, я люблю вас и наш флот и не могу позволить обесчестить себя как вашего командира…»

Это слова из предсмертного письма адмирала Джереми Бурды, начальника штаба (главнокомандующего) Военно-морского флота Соединенных Штатов. Он застрелился 15 мая 1995 года, за несколько часов до встречи с репортерами, которые обвинили его в том, что он носит ленточки двух наград за участие во Вьетнамской войне якобы незаконно.

Будь на месте адмирала Бурды кто-либо другой, трагедии наверняка не произошло бы. Но мишенью прессы оказался человек, для которого честь военного флота США и свое офицерское достоинство были превыше всего.

Джереми Майкл Бурда — внук евреев, которые в 1904 году вынуждены были бежать, спасаясь от погромов на Украине. Он родился в городе Саут-Бенд (штат Индиана) в 1938 году. Джереми бросил школу, когда ему еще не исполнилось 18 лет, и поступил на службу в военно-морской флот.

Таким образом, Джереми Майкл Бурда начал службу рядовым и стал первым в истории ВМС Америки человеком, прошедшим путь от матроса до четырехзвездного адмирала. И первым главнокомандующим военным флотом США, который не получил регулярного военно-морского образования. Он всего лишь окончил курсы кандидатов в офицеры и в 1971 году защитил диплом Род-Айлендского университета.

Тем не менее его служебный путь был насыщен большими успехами в командовании боевыми кораблями и эскадрами. Поэтому и сочло возможным руководство страны назначить его на самый высокий пост в военно-морских силах. Многие офицеры, знавшие адмирала лично, заявляли, что причиной трагедии стали его кристальная честность и высочайший уровень требовательности лично к себе.

Министр военного флота Джон Далтон сказал журналистам: «Адмирал Бурда мог простить многое своим подчиненным, но только не самому себе. Вероятно, он не смог пережить мысли, что в газетах появится нечто, ставящее под сомнение его честь офицера». И наконец, на следующий день после его самоубийства адмирал Элмо Зумволт, командовавший флотом во время Вьетнамской войны, заявил, что Джереми Бурда был его подчиненным и имел полное право носить знаки участия в той войне.

Пять поколений раввинов, живших в Белоруссии, были предками американского четырехзвездного генерала Уэсли Кларка. Его дедушка Яков Немировский эмигрировал в Америку в конце XIX века, а отец Беньямин Яков Кан умер, когда мальчику было пять лет. Мать Венета вышла замуж за протестанта, Виктора Кларка, который усыновил Уэсли и дал ему свою фамилию.

О своем еврейском происхождении Уэсли узнал в 23-лет-нем возрасте, когда был студентом Оксфорда и учился на курсах вневойсковой подготовки офицеров. Начав армейскую службу, он решил изучить русский язык и дал себе слово побывать на родине предков. Он сдержал слово, овладел русским и посетил маленькое местечко под Минском, где жили поколения Немировских и где сегодня практически уже не осталось евреев. Только старое кладбище хранит еще их прах, и Уэсли поклонился заброшенным могилам.

Он прослужил в вооруженных силах США 32 года, воевал во Вьетнаме, в Ираке, везде, где требовалось его умение и мужество. Уэсли Кларк безукоризненно прошел все ступени военной карьеры строевого офицера и завершил ее в чине полного генерала на посту главнокомандующего вооруженными силами НАТО в Европе.

Как видим, и после Второй мировой войны в числе американских военачальников было немало евреев, занимавших высокие посты на всех уровнях оперативного руководства. Повторю, что этих должностей они сумели достичь благодаря действительному, а не фальшиво-показному, как в СССР, равноправию всех этнических групп, всех религиозных конфессий в Соединенных Штатах Америки.

Большинство ракетных полигонов Советского Союза находились на окраинах огромного казахского плато Бекпакдала. На востоке у оз. Балхаш раскинулись площадки полигонов Сары-Шаган и Сары-Озек. На западе — площадки полигона Тюра-Там (кодовое название Ленинск, сейчас зовется Байконуром).

Казахстан в те поры входил в состав Туркестанского военного округа, в штабе которого довелось мне служить. Ракетные полигоны обслуживались нашими войсками, и по долгу службы мне приходилось бывать там неоднократно. В Тюра-Таме, естественно, стремился повидать космонавтов. Пообщаться с ними не пришлось, но всех космонавтов первого и второго отрядов видел не раз.

Выделялся среди них ростом и статью Борис Волынов. Остальные, почти все были невысокими. Волынова же иногда в шутку звали Гераклом — за буквально скульптурное телосложение. Красив, гордо посаженная голова с шапкой черных волнистых волос. Невольно вспоминались стихи Иосифа Уткина: «… Ходит парень высоким крыльцом и еврейская роскошь волос над красивым его лицом…» Да и лицо-то вполне еврейские черты несло.

В те времена я и понятия такого не знал — «галахический еврей». Таким по определению является сын Евгении Израилевны космонавт Борис Волынов, хотя в его документах «пятая» графа еврейством не испорчена. Впрочем, может и из-за матери, он более трех лет был лишь дублером всех первых космонавтов, а на орбите оказался только 15 января 1969 года. Но и тогда командир корабля «Союз-5» стал первым евреем в космических пространствах.

У Бориса Волынова много общего с последним по времени астронавтом — евреем-израильтянином Иланом Рамоном. Оба — пилоты, боевые летчики-истребители, полковники по воинскому званию. Да и внешне — оба высокие, красивые мужчины. Вот только судьбы у них разные. 1 февраля 2003 года в катастрофе шаттла «Коламбия» погиб первый израильский астронавт Илан Рамон. Фатальным образом ему выпал тот же жребий, что и первой американской еврейке — астронавту Юдит Резник.

Она родилась в 1949 году в Кливленде, в семье, чьи предки были выходцами из Киева. Окончила Карнеги-Меллон университет, защитила докторскую диссертацию в Мерилендском университете. Летом 1977 года Юдит узнала, что в группу астронавтов требуются и женщины. Наплыв кандидатов был колоссален: на 29 мест, мужских и женских, претендовало 8 тысяч человек.