Чтение онлайн

Охрану зоны безопасности несли, как правило, две бригады ЦАХАЛа — около 3,5 тысяч солдат и офицеров. Вместе с ними эту функцию выполняла так называемая Армия Юга Ливана (ЦАДАЛ), сформированная из ливанских христиан-маронитов и насчитывавшая до 4 тысяч бойцов. Ею командовал ливанский генерал-майор Антуан Лахад. Финансирование и оснащение ЦАДАЛа осуществлялось израильтянами.

Личный состав израильских бригад покинул зону без потерь. Никто, впрочем, и не собирался их атаковать. Тем не менее не вся тяжелая техника была выведена, в том числе неисправные танки и тягачи, бронетранспортеры и спецмашины. Но более чувствительна, пожалуй, потеря нескольких десятков компьютеров, содержавших важную оперативную информацию. Перед уходом израильтяне взорвали свой опорный пункт в районе древней крепости Бофор, остальные оборонительные сооружения были оставлены в сохранности.

Что касается ЦАДАЛа, то его командование было предупреждено о выводе войск лишь за 6 часов до начала. Между тем за 22 года существования этого формирования его бойцы обжились в зоне безопасности, многие завели семьи, приобрели или купили дома. Естественно, неожиданный уход союзников застал их врасплох. Около 7 тысяч христиан-маронитов, входивших в семьи бойцов ЦАДАЛа, захватив самое необходимое, устремились в Израиль, благо им не препятствовали в этом. Сам Антуан Лахад вылетел во Францию.

Вместе с тем более тысячи солдат и офицеров остались в зоне. Что их толкнуло на такой шаг? Ведь весь личный состав ЦАДАЛа уже давно приговорен к смерти ливанскими трибуналами за сотрудничество с Израилем.

В настоящее время вся буферная зона оказалась во власти боевиков шиитской террористической организации Хезболла (Партия Аллаха). Они заняли почти все опорные пункты, брошенные израильтянами, подобрали оставленную технику и информационные средства. Попытки дислоцированных в зоне миротворческих сил ООН организовать патрулирование были немедленно пресечены угрозой применения силы. А что могли противопоставить ооновские подразделения, укомплектованные в основном жителями Соломоновых островов и государства Фиджи, мусульманским фанатикам-террористам?

Так что же дал Израилю молниеносный вывод войск? Нет сомнений, что обеспечить его безопасность для личного состава двух армейских бригад можно было бы и через шесть недель, в срок, объявленный Бараком. Думается, главным результатом этой скоротечной операции стало предательство по отношению к своим же союзникам христиан-маронитов. Ничем не оправданное вероломство израильтян, видимо, заставит задуматься и друзов, чьи села находятся на плато Голанских высот и чьи сыновья служат в ЦАХАЛе.

Суждения об этой молниеносной операции в израильском обществе были неоднозначны. Ликовали арабы, в том числе и арабские депутаты Кнессета. Радовались родители солдат, считая, что они избежали опасности погибнуть или стать калеками. Наряду с этим значительная часть евреев и друзов считает уход из Ливана национальным позором, называет его бегством и предательством. К примеру, депутат Кнессета Меир Штрит заявил: «В эти дни мне стыдно, что я израильтянин». По последнему опросу, 47 процентов евреев негативно оценили «блиц-вывод». Среди репатриантов из бывшего Союза и друзов эта цифра составила 77 процентов.

Перейдем, однако, к основному вопросу: надо ли было вообще покидать зону безопасности в Южном Ливане? Ведь сделано это было, чтобы предотвратить потери среди личного состава ЦАХАЛа и налеты установок залпового огня террористов Хезболла. Считалось, что такого не будет больше, если зону возьмут под свой контроль миротворческие подразделения ООН или подразделения армии Ливана.

Все дело, однако, в том, что Хезболла не подчиняется ни ООН, ни ливанскому правительству. Главный лозунг этой террористической организации — уничтожение еврейского государства вообще, а освобождение зоны безопасности — только этап на пути к выполнению этой программы-максимум. Но что же представляет собой организация, стремящаяся к такой масштабной цели?

Она была создана в 1982 году в Ливане из арабов-шиитов. Руководит ею Высший консультативный совет. Но в случае разногласий в нем право окончательного решения передается в Тегеран — духовному лидеру Ирана. Это проясняет главную, пожалуй, особенность Хезболла — кому она подчинена. А подчинена Хезболла Ирану, потому что полностью состоит, так сказать, на балансе этой страны. Она финансирует его деятельность (более 100 миллионов долларов ежегодно), оснащает оружием и боеприпасами, пополняет бойцами и, естественно, диктует линию поведения. Но и кроме того, Хезболла зависит от Сирии, которая использует ее для давления на Израиль, регулируя интенсивность операций.

С 1992 года лидером Хезболлы является шейх Хасан На-срулла. Численность организации — около 3,5 тысяч боевиков в 14 отрядах разного назначения. Необходимо подчеркнуть, что руководство Хезболла объявило Израилю джихад, а это сегодня наиболее фанатичная и бескомпромиссная форма вооруженной борьбы. Мусульманин, ставший на путь джихада, свято верует, что его смерть в этой священной войне гарантирует не только полное искупление собственных грехов, но и всех прегрешений членов его семьи.

За 18 лет террористической деятельности Хезболла провела множество акций, в том числе — международных. Одна из первых — подрыв смертником казармы американских морских пехотинцев в Бейруте — привела к гибели 240 солдат и офицеров. Но больше всего террористических атак и диверсий пришлось на долю подразделений, дислоцированных в зоне безопасности. От нападений Хезболлы за 18 лет погибло около 800 солдат и офицеров ЦАХАЛа.

Эхуд Барак не раз подчеркивал, что именно эти потери являются причиной срочной необходимости вывода войск из Южного Ливана. Таким образом, заявления лидеров Хезболла о победе над Израилем в борьбе за освобождение Южного Ливана вполне обоснованы. Нет сомнений — Хезболла сохранит свое присутствие в нем, получив возможность наносить удары непосредственно по территории еврейского государства. Если до июня 2000 года это были ракетные удары, то теперь к ним прибавились еще и диверсионно-террористические.

О реальности этого свидетельствуют хотя бы заявления шейха Насруллы: «Борьба будет продолжаться до полного уничтожения еврейского государства». Может ли ООН заставить Хезболлу прекратить эту деятельность? Вряд ли. Весь опыт такого рода миротворческих акций свидетельствует о почти полном бессилии военных контингентов ООН, если речь идет о сколько-нибудь масштабной террористической организации.

Израильский премьер официально заявил, что в случае продолжения атак Хезболлы, будут наноситься ответные удары по военным и промышленным объектам не только Ливана, но и Сирии.

Постановка вопроса, в принципе, верная, ибо только Ливан и Сирия могут это сделать. Вернее, приказать Ливану вмешаться может только Сирия. А Хезболлой командует, как известно, главным образом Иран. Но конечно же, эта организация зависит и от Сирии. Все дело, однако, в том, насколько реальны возможности Израиля с помощью авиаракетных ударов принудить своих соседей к давлению на Хезболлу.

Ведь как нельзя приравнивать боевой потенциал Израиля к НАТО, как неверно будет ставить Ливан и Сирию в один ряд с Югославией. Совершенно разные это страны, разный уровень промышленного развития и цивилизации, различный менталитет населения. Вспомним, к чему привели неоднократные авиа-ракетные удары США по Ираку. Ведь не заставили же они Саддама Хусейна согласиться на американские требования. Тель-Авив рассчитывает бомбежками принудить к такому Бейрут и Дамаск. Но тогда следует планировать и удары по Тегерану, ведь именно там находятся настоящие хозяева Хезболлы. Не слишком ли много арабских столиц придется бомбить израильским пилотам?

А главное, не чересчур ли самонадеянно рассчитывать, что лидеры Ливана, Сирии и Ирана уподобятся Милошевичу и будут безропотно сносить израильские бомбежки? Эти государства исповедуют глобальную ненависть к Израилю и считают его ликвидацию своей основной стратегической задачей. Они десятилетиями готовятся к ее выполнению и уже сегодня обладают вполне реальными силами для успешного военного столкновения с Израилем.

Для оценки военных потенциалов его северных соседей используем последний ежегодный доклад Лондонского института стратегических исследований. Согласно этому документу, численность вооруженных сил Сирии на 1 января 2001 года составила 420 тысяч человек, не считая полумиллионного резерва. Если учесть, что население ее насчитывает всего лишь 16 миллионов, то такая армия просто чудовищна для мирного времени. К примеру, на 59 миллионов англичан приходится 212 тысяч военных, на 82 миллиона немцев — 332 тысячи солдат, на 52 миллиона французов — 259 тысяч. Сирийские пропорции возможны разве что для страны, готовящей к войне или уже ведущей боевые действия.