Чтение онлайн

3.

И снова знойный полдень, одиночество и скука. Трава под деревьями совсем иссохла и неприятно колола тело. Снежка хотела бы перебраться в дом, на свою лежанку, но в жару там отдыхали девочки. Даже сюда, в глубину сада доносилось их щебетание.

Как девочка не старалась, ей так и не удалось завоевать приязнь воспитанниц школы. Снежка вздохнула. Она была уверенна в том, что именно они нашли и украли узелок с хлебом. Вот только почему не выдали? Ждут подходящего момента или не поняли зачем собирают хлебные корки? Нет! Рода точно догадалась! Она ведь такая умная!

Снежка грезила о побеге, но все её планы были очень далеки от реальности, она была слишком маленькой, чтобы самостоятельно их осуществить. Молчание девочек и Роды заставило Снежку теряться в догадках. Возможно они хотят застать её в момент побега и выдать? А может сами мечтают покинуть этот дом?

Снежка понимала, что остальным воспитанницам тоже не сладко, только Рода благоденствовала под покровительством хозяйки школы. Вот если бы они вместе убежали! Наивно мечтала она.

Девочка бросила взгляд на ствол дерева, под которым лежала, и вздохнула. Нижние ветви находились на недосягаемой для неё высоте. Снежка поднялась и медленно пошагала вдоль забора, пальцы скользили по шершавому камню, словно пытались нащупать невидимую глазу брешь.

Нужно совсем немного отклониться от маршрута, чтобы обойти густые заросли лианы, плети которой зелёным водопадом струились по стене. Снежка смотрела и не верила своим глазам! Как же так? Сколько раз она видела эту лиану и ей даже в голову не пришло, что можно попытаться по ней перелезть через стену. Девочка осторожно потянула один из стеблей, проверяя на прочность.

Крик невидимой птицы заставил её вздрогнуть, она выпустила стебель из рук и с беспокойством огляделась. В окне спальни появился девичий силуэт, Рода смотрела поверх забора, даже из сада было видно, как блестели её чёрные глаза.

1.

Семела успокоилась. Минула декада с тех пор, как рабыня нашла узелок с хлебными корками в опочивальне воспитанниц. За Левкеей приглядывали, её поведение не вызывало подозрений.

Конец лета — время сбора урожая и заготовок на зиму. Каждый день Семела в сопровождении одной из рабынь отправлялась на рынок за покупками. Госпожа Исмена присылала большие корзины с различными плодами из своего сада. Сразу после утренних уроков обитательницы дома брались за работу: резали, солили, сушили, вялили. К этой ночи от усталости все валились с ног, поэтому вечерние занятия пришлось отменить.

Рабыни вычистили погреб. Каждый день они окуривали его травами, чтобы подготовить для долговременной закладки припасов. Однажды раб принёс огромную корзину со свежей рыбой, которую нужно было разделать для засолки. Вся грязная работа досталась рабыням, а воспитанницы в основном мыли и раскладывали тушки.

Снежку подташнивало от запаха рыбы. За то время, что жила здесь, так и не смогла привыкнуть к морепродуктам. Эта еда казалась отвратительной, в основном, из-за резкого запаха. И только задержав дыхание, она могла заставить себя проглотить хотя бы кусочек.

Снежка гадала, как скоро жизнь в доме вернётся в прежнее русло. Она не столько скучала по занятиям, сколько хотела поближе рассмотреть то, за что взгляд зацепился под листвой лианы. Тогда зловещий крик неизвестной птицы испугал её, и она убежала из сада. С тех пор крики не повторялись, но уединится в саду не получалось, а работа, что кипела все дни в доме, требовала постоянного участия.

Роду, как обычно, заботы дома не касались. Пока все трудились, она сидела со свитком или прогуливалась в тени деревьев. Семела решила не тратить время на споры с дерзкой девчонкой, тем более по слухам, её брат, вождь керкетов, вот-вот должен был прибыть в Прекрасную Гавань, чтобы выкупить сестру. «Когда она нас покинет, я в благодарность принесу Артемиде* жертву», — поклялась служанка.

2.

В тот день Семела как обычно возвращалась с агоры в сопровождении одной из рабынь. Девушка с трудом несла тяжёлую корзину с продуктами. Занятая своими мыслями женщина не обращала внимания на пыхтевшую от усилий помощницу. Не дойдя немного до поворота на свою улицу, Семела остановилась, а рабыня со вздохом облегчения поставила корзину на землю.

— Дальше пойдёшь сама, — сказала ей Семела. — Дорогу помнишь?

— Да, госпожа.

— Дойдёшь до калитки и будешь ждать меня там.

— Слушаюсь, госпожа.

Постояв немного и убедившись, что рабыня свернула в нужный проулок, Семела направилась к дому госпожи Исмены. Старая служанка знала, что хозяйка не любит, когда к ней приходит кто-нибудь из школы, обычно она сама выбирала время, чтобы проведать воспитанниц. Но дело не терпело отлагательств, и Семела надеялась, что госпожа не рассердится на неё.

Быстрым шагом хозяйка дома вошла в комнату. Она была в свободном домашнем платье. Волосы, заплетённые в косы и уложенные вокруг головы, придавали женщине царственный вид. Опасения Семелы оказались напрасными — Исмена не только не рассердилась на свою служанку за внезапный визит, но, казалось, ждала её. Исмена дома принимала Семелу в те же покоях, что и в первый раз. Не предложив своей гостье присесть, Исмена выпалила:

— Ты уже знаешь о ней?

— О ком, госпожа? — не поняла Семела.

— О Пирре!

— О Пирре?

— Да! О нашей Пирре! Ну же, Семела! Та рыжая девчонка, что была нашей самой первой воспитанницей. Помнишь, как мы с ней намучились?

— Конечно, госпожа, припоминаю. Дикарка из племени скифов, рыжеволосая и кожа вся в веснушках, её увезли куда-то на Крит.

— Нет, на Эвбею.

— Что же с ней случилось? Почему вы о ней вспомнили?

— Она вернулась, сейчас она здесь, в Прекрасной Гавани.

— Надеюсь… она не сбежала от своего господина? — осторожно спросила Семела.

— О нет! Она теперь свободна и богата. Все мужи города бьют поклоны у её ног. Говорят, молодой отпрыск одного очень богатого семейства просто сходит от неё с ума. Осыпал золотом с головы до ног и утверждает, что она на самом деле ожившая золотая статуя.

Семела вгляделась в лицо Исмены. Уж не жалеет ли бывшая гетера о привольной и весёлой жизни? Но хозяйка дома тут же развеяла подозрения Семелы, заговорив о другом:

— Пирра в городе давно, но так и не соизволила прийти ко мне, — обиженно проговорила Исмена, — а ведь благодаря мне… — Женщина посмотрела на Семелу и исправилась: — Благодаря нам, она живёт, как царица. Где бы оказалась эта скифянка, если бы я не купила её, не воспитала? Кочевала бы по степи в своей провонявшей дымом кибитке да терпела бы грубости от своего дикого муженька. Неблагодарная!

— Да, госпожа, — поддакнула Семела, думая о своём.

Она хорошо помнила Пирру, как, впрочем, и остальных воспитанниц, покинувших школу гетер и отправившихся в чужие земли к своим новым хозяевам. Исмена старалась не оставлять своих выпускниц в Прекрасной Гавани и даже в Таврике. О судьбах уехавших девушек Семеле ничего не было известно, и вот одна из них вернулась…