Чтение онлайн

Служанку смущало негодование Исмены. Её госпожа всегда считала нужным скрывать, что школа принадлежит ей. С чего вдруг она бранит Пирру? Неужели тщеславие превысило осторожность?

— Для школы большая польза, если бы в городе узнали, что Пирра наша воспитанница, но с другой стороны…, неизвестно как поведут себя родственники моего покойного мужа, вдруг они наговорят чего-нибудь моему мальчику или того хуже, запретят ему приходить ко мне?

Исмена продолжала расхаживать по комнате, сетуя на то, что не может открыто гордиться своими успехами. Наконец, она умолкла и остановилась у раскрытой двери, ведущей на небольшую террасу. За ней начинался великолепный сад с цветниками, лужайками и плодоносными деревьями. Исмена тратила большие деньги на поддержание сада в таком же идеальном виде, что был при жизни её супруга.

Пока хозяйка дома любовалась садом, Семелу одолевали сомнения. Она вдруг поняла, что не хочет сообщать Исмене новость. Возможно, впервые в жизни женщина осознала, что несёт ответственность за судьбы своих воспитанниц. Догадывалась, почему Пирра не хочет видеть прежнюю хозяйку.

Юная дикарка, вырванная из привычной жизни, отчаянно сопротивлялась, попав в школу гетер. Отказывалась есть непривычную еду, спать на непривычной постели, носить чужую одежду, произносить непонятные слова.

Исмена запрещала бить своих воспитанниц. Не из-за жалости, а потому что боялась испортить их внешний вид. Для усмирения непокорных использовались иные методы. И если Исмена гордилась триумфом бывшей ученицы, то Пирра помнила, через какие унижения и страдания ей пришлось пройти.

Пока Семела размышляла, как ей распрощаться с хозяйкой дома, Исмена вырвалась из раздумий и спросила:

— Что за дело привело тебя ко мне, Семела?

— У меня для вас важная новость, госпожа, — нехотя вымолвила женщина.

— Говори.

— Была сегодня на агоре и встретила там Бута.

— Тот торговец, у которого мы купили Левкею?

— Да, госпожа, это он, — подтвердила служанка.

— Ну и что этот Бут? — спросила Исмена, усаживаясь в кресло. — Хочет предложить нам что-то из своего товара?

— Нет, госпожа, он расспрашивал меня о Роде.

— Рода? Зачем она ему?

— Спрашивал, какую цену вы за неё хотите, госпожа.

— Ты сказала ему, что её собирается выкупить брат?

— Сказала, госпожа. Он очень сожалел, что эта девушка не продаётся. У него есть покупатель, готовый заплатить хорошие деньги.

— Он может выбрать любую другую, — заметила Исмена.

— Я сказала ему об этом, госпожа, но ему нужна именно керкетская девушка.

— Не понимаю…

— У одного из его клиентов недавно случилось горе. В родах умерла его любимая наложница, керкетская красавица, которую он купил несколько лет назад на невольничьем рынке.

— А! Теперь понятно. Этот человек хочет новую наложницу, и она должна быть из керкетского племени.

— Вы всё правильно угадали, госпожа, — покивала Семела.

— Жаль! Я уже пообещала брату Роды, что верну ему сестру, как только он заплатит выкуп.

— Ну что ж, госпожа, если вы всё уже решили…

— Интересно, сколько Бут готов был заплатить за нашу Роду? — перебила её Исмена.

Сомнения терзали Семелу, но она все же решила, что Исмена рано или поздно узнала бы о предложении Бута. Оно было очень щедрым, и не нужно быть Мойрой, чтобы догадаться как поступит хозяйка школы.

Утешало, что в этой сделке есть внушительная доля для самой Семелы. Она открыла рот, но не смогла произнести ни слова, словно железная рука сдавила ей горло. Женщина закашлялась.

— Что с тобой Семела? Ты не здорова? — спросила Исмена. — Присядь, — она указала на кресло.

Сидя в кресле, Семела медленно приходила в себя. Краем накидки вытерла вспотевший лоб, перед глазами неожиданно возникла рука с чашей. Женщина подняла голову и увидела рядом с собой рабыню, которая и протягивала ей серебряный килик.

Старая служанка удивилась, что даже не заметила, как хозяйка дома подозвала девушку и приказала подать Семеле вино. Вино оказалось таким терпким, что она поперхнулась. Да что это с ней такое? Она бросила осторожный взгляд на Исмену, не рассердилась ли на неё госпожа за эту немощь. Но Исмена, прежде такая нетерпеливая, ждала, когда её служанке станет лучше.

— Как ты, Семела? — участливо спросила женщина.

— Благодарю, госпожа. Полегчало. Я, наверное, пойду, не буду вас задерживать.

— Ты так и не ответила на мой вопрос.

— Вопрос? Какой вопрос, госпожа?

— Сколько Бут предложил тебе за нашу красавицу?

— Две тысячи драхм, госпожа.

— Сколько?! — Исмена вскочила из кресла. — Ты ничего не путаешь, Семела? Может, не расслышала?

— Нет, госпожа, я хорошо запомнила.

— Что же ты сразу не сказала? — женщина снова забегала по комнате. — Даже за танцовщицу Ефросину мы выручили вдвое меньше!

Семела наблюдала за госпожой, а в разуме билась одна мысль: «Зачем она рассказала о предложении Бута Исмене?» Она чувствовала, что совершила чудовищную ошибку, и осознание непоправимости сделанного накрыло её всей тяжестью, словно каменной плитой.

— Что нам делать, Семела? — спросила Исмена.

— Госпожа, если вы дали слово…, - со вздохом напомнила служанка.

— Слово данное дикарю — совсем не то, что слово, данное эллину. Моя честь не пострадает, если я это слово не сдержу, — отчеканила Исмена.

Семела не стала спорить с госпожой. Исмена сумеет найти себе оправдание.

— Он обещал, что выкупит сестру до конца лета, — продолжила Исмена.

— Лето ещё не закончилось госпожа, — напомнила служанка.

— Откуда это знать дикарю? — ядовито усмехнулась женщина.

— Госпожа…

— За всё лето он так и не смог собрать жалкую тысячу драхм! И это царь керкетов!

— Они бедны, я говорила вам, госпожа.

— Какое мне до этого дело! Я купила её! Она моя рабыня! Моя вещь! И я могу продать её кому захочу!

— Вы в своём праве, госпожа.

— Мне кажется, ты недовольна моим решением, Семела?

— Ну что вы, госпожа!

— Подумай вот о чём: если эта жалкая Пирра смогла получить такой успех, представь, как может сложиться судьба Роды! Она не только красавица, но и умница! Я просто обязана позаботиться о ней, ведь она моя любимая ученица! Что её ждёт после возвращения на родину? Нищета!

Семела молчала. Тем временем, госпожа Исмена, решив, что убедила служанку, продолжила:

— Но я хочу быть справедливой, Семела. Я дам брату Роды ещё один шанс.

Семела возвращалась домой, с трудом переставляя ноги. Странное недомогание, поразившее её в доме госпожи Исмены, ещё не прошло. Женщина то и дело останавливалась в тени деревьев, чтобы перевести дух. Она казнила себя за то, что поведала Исмене о щедром предложении Бута и таким образом лишила брата Роды возможности выкупить сестру.