Чтение онлайн

— Похоже, здесь раньше была калитка. Лиана росла, а её стебли постепенно разрушали деревянные части дверцы, — в доказательство он выломал большой кусок доски и отбросил его в сторону. Растение, потеряв часть опоры, слегка осело.

Снежка с интересом слушала Пелея, её завораживала его быстрая певучая речь. Ещё никогда она не сталкивалась с человеком, знающим столько разных слов и умеющим их произносить с такой скоростью.

— Странно, я никогда не слышал, что мой сад был соединён с соседним…, - он задумчиво посмотрел на девочку. — Для человека, мечтающего стать разведчиком, это серьёзное упущение, — он огорчённо вздохнул.

«Мечающи… ведчика…пущение», — никогда ей не выучить столько слов, огорчилась Снежка, — «клумпе… клумпе — это слово надо обязательно запомнить!»

— Что находится там? За этим забором? — своим вопросом Пелей вывел девочку из задумчивости.

Пока она размышляла, как объяснить, чем было для неё то место, из которого она решила сегодня совершить побег, он забросал её вопросами:

— Там находится твой дом? Сколько человек в нём живёт? Чем они занимаются?

— Там, — она махнула в сторону стены, — есть дом… такой, — она попыталась сложить ладошки, чтобы изобразить крышу, — там есть девочка — я, ещё девочка и ещё. — Снежка загибала пальцы, но быстро запуталась, не зная, нужно ли считать уехавшую Ефросину и исчезнувшую прошлой ночью Роду. — Есть рабыня — два, — тут она не сбилась, — есть госпонджа — один и ещё один — два госпонджа. — Но здесь она снова не смогла объяснить, что одна госпожа живёт вместе с ними, а другая только иногда навещает.

— Есть ли в доме мужчины? — продолжил он допрос по всем правилам, представляя, что захватил пленного.

— Муш…чин?

— Или мальчиков?

— Нет! Нет! Только девочка и рабыня, и госпонджа.

— Значит, одни женщины — это хорошо, — сделал он вывод.

— Можешь ли ты незаметно провести меня, чтобы я мог всё сам осмотреть?

Пелей почувствовал, что это уже лишнее. В конце концов, он не воюет с соседями, тем более, с женщинами. Да и воспитание не позволяло ему вторгаться таким образом в чужие владения.

— Ты хотеть ходить в тот дом? — удивилась девочка. — Там могут кричать и бить тонкий палка, — предупредила она.

— А! Так это школа! — сообразил Пелей. — В нашей гимназии тоже наказывают розгами и ругают нерадивых учеников.

— Не хотеть меня бить! — заявила Снежка.

— Мне тоже не нравиться быть битым, — согласился Пелей.

Немного прищурившись, он посмотрел на солнце и, определив его положение, сказал:

— Скоро полуденная трапеза, меня будут ждать, а у вас во сколько обедают?

— Да, скоро кушать давать, — растерянно отозвалась Снежка.

Ей вдруг расхотелось бежать. Уйти в неизвестность сейчас, когда у неё наконец появился друг, такой красивый и интересный мальчик. Он знает столько слов! После долгого неестественного отшельничества, ей хотелось говорить, говорить и говорить, пусть даже на этом незнакомом языке, с трудом подыскивая слова. Словно угадав её мысли, Пелей спросил:

— Ты придёшь завтра в это же время?

— Гулять твой сад? Можна?

— Да, я приглашаю тебя, Левкея, — важно сказал Пелей. — Если захочешь, я расскажу тебе, чему меня научили в гимназии.

Она улыбнулась и кивнула. Волосы её высохли и распушились на ветру, голова на тонкой шее была похожа на белый одуванчик.

4.

Пока Снежка отсутствовала, против неё был составлен целый заговор. Слово, брошенное одной из воспитанниц, что Левкея виновата в смерти Роды, упало в благодатную почву. Несколько часов предоставленные сами себе девочки изощрялись в придумывании способы мести за свою погибшую подругу.

Но скоро стало понятно, что ни у кого из них не хватит духа привести приговор в исполнение. Размозжить Левкее голову камнем, задушить верёвкой или простынёй, облить кипящей водой, закопать заживо, утопить в чане с водой — желающих не было. Может быть, наброситься всем вместе?

— Ещё можно отравить, я знаю травы, — проговорила та, что обвинила Левкею в преступлении.

Это была девочка со светлыми вьющимися волосами, которая в день приезда Снежки в школу назвала её уродиной. Сейчас она явно метила на место Роды, стараясь занять лидирующие положение в маленькой девичьей компании.

— Где же мы возьмём эти травы?

— Здесь их нет, — согласилась девочка.

— Зачем тогда предлагаешь?

— Нет трав — есть грибы, — торжествующе взглянула на свою оппонентку юная красотка, — я видела их в саду.

Позабыв о прежних страхах, все девочки двинулись в сад на поиски грибов.

А у провидения были свои планы на маленькую Снежку. Девочка отказалась от побега ради дружбы с Пелеем, но силы, вызванные страстным желанием покинуть этот ненавистный дом, уже пришли в движение.

В эту ночь никто не спал в школе госпожи Исмены. Рабыни, заперев окна и двери, ушли. Снежка ворочалась на тюфяке, мечтая о завтрашней встрече с синеглазым Пелеем. Девочки съёжились в своих постелях и вздрагивали от каждого звука. То и дело слабо скрипели ставни, скрежетали и поворачивались ключи, где-то в других комнатах, доносился тяжёлый топот босых ног, вздохи и всхлипы, прерываемые низким шипящим гулом…

Стукнула тяжёлая калитка, щёлкнул замок. Возница тронул поводья, железный обод колеса чиркнул по булыжнику, выбив жёлтую искру. Сгущавшаяся чернильная темнота не стала препятствием для чьих-то внимательных, по-кошачьи зорких глаз. Лёгкая бесшумная тень отделилась от стены и двинулась за повозкой.

1.

Вторая декада апатуриона * в Прекрасной Гавани началась с похолодания. Студёный влажный борей * сменился сухим колючим эвром. * Северный ветер, не желая уступать первенство своему восточному собрату, нагнал в город тяжёлые дождевые тучи. Но стремительный эвр, вобрав в себя все воздушные потоки обширных восточных земель Таврики, разорвал тучи в клочья, так и не дав им пролиться на высушенную зноем землю. Трёхдневная борьба закончилась примирением братьев. Северо-восточный ветер каждое утро накрывал город плотным густым туманом, который рассеивался только к обеду. Позднее солнце не успевало прогреть сырой воздух, и кое-где в низинах трава за ночь покрывалась хрупкой белёсой изморозью.

Кутаясь в плотную шерстяную накидку, женщина торопливо шла по улице. Некоторые прохожие, встречавшиеся на пути, завернулись в свои плащи, как в коконы. Других прохожих, по всей видимости, резкое изменение погоды застало врасплох, и они, не успев достать из своих сундуков тёплые одежды, ещё щеголяли в лёгких летних накидках и сандалиях на босую ногу.

Женщина остановилась перед домом вход в который был украшен портиком с треугольной крышей и колоннами, она стукнула медным молоточком по диску, чтобы вызвать раба-привратника. Ей пришлось ждать довольно долго, прежде чем послышались неторопливые шаркающие шаги. Пожилой раб осоловелым взглядом осмотрел гостью. Сонливость отступила, когда он разглядел на женщине накидку из хорошего сукна и кожаные сапожки-скифики. Мужчина молчал, не смея первым заговорить.

— Твой господин дома? — быстро спросила женщина.

— Да, госпожа, — склонился раб-привратник.

— Веди меня к нему.

— Что ему сказать, госпожа?

— Ничего. Проведи к нему и всё.

Мужчина отступил, впуская гостью, но сам за ней не пошёл. Женщина уверенно проследовала во внутренний двор и огляделась.

— Семела! — раздался радостный возглас.

— Бут, приветствую тебя, — женщина обернулась на голос мужчины.

Хозяин дома в тёплом стёганном халате с меховой оторочкой стоял в дверях одной из комнат первого этажа.