Чтение онлайн

– Что ты с ней сделал, чудовище?!

– А чего сразу я?

– А кто еще? Оставили на полчасика с нервной, запуганной интеллигентной дамочкой, и вот она уже танец с саблями отрабатывает!

– Нервной, запуганной… – Айрин хищно осклабилась. – Насчет интеллигентной – не думаю, что это было очень уж обидно, но вот дамочку в счет определенно включу. Знаешь, Микки, уж от тебя-то я ждала большего… если не уважения, то по крайней мере понимания. Вроде не вчера познакомились.

– Думаю, это макаронные эманации, – рассудил я примирительно. – Они с непривычки, бывает, шибают в голову. Если вы сейчас над ними подеретесь, подозрение усугубится. И придется их, подлых, прямо в озеро выплеснуть.

– Да пожалуйста, – фыркнула Айрин.

– Да ни за что! – встрепенулся Мик и дернулся обнять котел, так что даже бдительный наш Редфилд поспешил цапнуть его за плечо и удержать от лишней экспрессии. – Я лучше пять раз извинюсь, чем один раз не поем!

Во всякой ситуации возможен компромисс. Надо только уметь его нащупать. В случае с Миком это проще, чем отнять конфетку у безрукого ребенка. А Айрин… какие, собственно, такие разительные перемены он в ней углядел? Мне кажется, что именно тот прежний образ шокированной золушки сидел на ней кривовато и неуместно, как седло на истребителе. Ну, не может кисейная барышня нарастить такую мускулатуру, много лет практиковать боевые искусства и ездить на мотоцикле, вызывающем завистливое слюноотделение у свидетелей – это все требует характера, о который с разбегу можно убиться. Конечно, у каждого бывают тяжелые времена, когда хочется забиться под плинтус, и я охотно верю, что свалившееся на Айрин за эти минувшие дни как раз способно было выбить ее из колеи. А теперь, кажется, вновь Ричард стал самим собой; прочь, тени. Еще одна глава для моих будущих мемуаров: «Чудотворные отжимания». Может, если на фона надавить в том же духе, он тоже перестанет идиотничать?

Это вряд ли. Он и так на это дело тратит столько энергии, что впору от него запитывать новогоднюю иллюминацию. Наверное, перебор – всегда плохо.

Айрин свирепо зыркнула на обжор и нехотя вытащила из пакета упаковку пластиковых тарелочек для барбекю.

– Из котла же вкуснее! – пискнул вконец деморализованный Мик. – Да ладно, ладно, я молчу, только дайте уже покушать. Хотите, чтобы отработал? Спеть вам песенку?

– Только не это! – содрогнулась Айрин. – Не заставляй меня снова вспоминать детские кошмары. Бери и заткнись.

При помощи ножа она неуклюже нагромоздила на тарелку здоровенную груду макарон, перемазанных мясными волоконцами, всучила тарелку фону и озадаченно уставилась на трогательно мнущегося в ожидании очереди Редфилда.

– А этому хватит обычной тарелки?

– Давай мне, – подсказал я. – Возьми себе. А ему отдай, что останется.

– Так останется еще больше половины!

– Ну да. Будем надеяться, добавки он не запросит. Вторую порцию готовить нам не из чего, там только крупы какие-то оставались – на завтрак.

Айрин испытующе заглянула в физиономию рыжему. Он топтался, неуверенно скаля зубы и завистливо косясь в сторону Мик, который уже плюхнулся на стул и принялся наворачивать так, что чахлая вилочка изгибалась коромыслом.

– Он нас точно не понимает?

Хороший вопрос.

– Не уверен. А что?

– Да пугать не хочется, но возникает жуткое подозрение, что мы его такого просто не прокормим. Ты об этом задумывался?

Надо же, уже «мы» и общие проблемы. Как она энергично начала вписываться. Раньше-то у нее было все «вы», «с вами».

– Откровенно говоря, эта проблема видится мне наименьшей из всего перечня. Будет день, будет пища… даже и для него. Если думаешь, что Мик жрет сильно меньше… хотя он и правда на целый порядок экономичнее…

– Не надо грязи – раз в пять, не больше. Но при пересчете на отряд то же на то же и выходит, – с набитым ртом удостоверил Мик. – Жрет за пятерых и работает так же. Правда, не уверен, что он сможет стрелять за пятерых, но с этим при нужде Мейсон справляется.

– И у меня еще есть подозрение, что он даже на подножном корму не пропадет. Может, и нас прокормит, если как-то научиться его отправлять на охоту.

– Не уверена, что мне пойдет впрок то, на что он привык охотиться, – Айрин картинно закатила глаза. – Были мы, помнится, в их лесопарках, там такая пакость, что дешевле на диете посидеть. Ты держи… я держи… забирай котел, обжора!

Редфилд только того и ждал – проворно сцапал предложенный ему котел за дужку, сел прямо на землю по-турецки и запустил в месиво здоровенную красную граблю. Возможно, он раньше уже ел макароны, а возможно, просто был чужд опасений насчет незнакомой пищи, но лопал он как застоявшийся экскаватор – зачерпывал, пихал в рот и жевал с такой энергией, что моя шляпа, так на его голове и задержавшаяся, ходила ходуном. Когда все так или иначе утрясется, мы его пристроим на телевидение, на должность благодарного едока в какое-нибудь кулинарное шоу. Или, чтобы талант не пропадал, а носитель не загибался, во все такие шоу сразу – так и будет бегать из студии в студию, спеша тут и там отхватить вкуснятинки. Если подумать, та же участь, что у всех остальных, только без лишних условностей.

Таким вот образом состоялся наш первый после длительного перерыва официальный ужин на сильно обновленной исторической родине. В тишине, никакими посторонними музыками не сдобренной, довольно четко раздавалось чавкание, пока Айрин не оделила Мика раздраженным пинком. Не понять ей выражения «есть со вкусом». Я сразу отвернулся от костра, чтобы ко времени заступления на вахту в глазах не плясали огненные отсветы, что тоже было воспринято как нарушение застольного этикета и так же отмечено. Рыжему пинка не досталось. Может, он ничем его не заслужил, или же Айрин еще не вполне уверилась в собственных силах. А я вполне способен представить, как она его гоняет тряпкой по кухне.

Макароны оказались слегка недоварены, непосолены, а мясо еле успело подогреться, но походные условия всегда оказывали на восприятие блюда самое благотворное воздействие. Порции ушли легко и быстро. Причем, что характерно, Редфилд со своей тройной справился быстрее всех и определенно готов был добавить, но никто ему не предложил. Куда там в него это все девается? Комплекция у него, конечно, внушительная, но отнюдь не бегемотья, живот не впалый, но и не навыкате, как у налопавшегося от души Мика, представить там емкость на несколько галлонов как-то не хватает фантазии. Может, как у Альфа, у него семь желудков? Хотя сколько бы ни было, вписаны они в общие обводы.

– Десертов не видать, – Айрин безнадежно пошелестела пакетами. – Оно и к лучшему, потому что я бы не удержалась, а через пару дней вас всех прикончила бы за свою талию. Кому пустой кофе?

– Мне, – я поднял руку, как в школе. – Вы с Миком можете и со скотчем, а я свою дозу лучше приберегу до сдачи поста. Редфилд? Кофе?

Свершилось чудо – принюхавшись к наполненному стаканчику, Редфилд впервые на моей памяти изобразил на физиономии что-то типа отвращения и не позарился. А я-то уже начал надеяться, что у него нет вкусовых рецепторов и в следующий раз ему можно дать погрызть какую-нибудь деревяшку. Он ведь пил уже раньше, правда? Я же сам ему давал стаканчик, еще там, где мы информации набирались. То ли ему не понравилось в принципе, то ли он настолько тонкий ценитель, что отличает по запаху растворимый кофе из сухого пайка от баночного. Да еще и предпочитает первый. Кстати, не могу его винить, пайки при всей своей внешней непрезентабельности комплектуются зачастую более достойными продуктами, чем можно найти в подавляющем большинстве недорогих заведений общепита. А уж если ваш штатный повар фон Хендман, то вы ждете очередного перехода на рационы как манны небесной.

– Ну-с, – Айрин раздала стаканчики, подлила себе и Мику из бутылки, а вскинувшемуся было Редфилду выразительно показала кукиш и подтолкнула котелок с кипятком. – Не будут ли любезны уважаемые джентльмены поделиться своими видами на ситуацию?

– Я бы предпочел обойтись, – ответил я честно. – Среди моих выдающихся талантов есть сглаз, или как там это называется. Могу безбоязненно перечислить плохие варианты, чтобы от них подстраховаться, но они тебе запросто отобьют сон.

– Сглаз, да? Это многое объясняет. Микки?