Чтение онлайн

Хорошо же мужика шторкой приложило!

В дверь постучали. Опять появился Никифор.

– Нигде не могу найти хозяина, - сразу же выпалил он, - так вы говорите, что его у вас нет?

– Я пока ничего не говорю, говорите постоянно вы. Вашего хозяина случайно не Василь Михалычем кличут.

– Им самым Василием Михалычем родители нарекли.

– Если это он, то идите и забирайте.

В это самое время я услышала тихий стук в окно Дворецкий, занятый своим хозяином, ничего не заметил. Отдёрнув штору, увидела нетерпеливо переминавшегося с ноги на ногу Артура. Приоткрыв форточку, услышала его взволнованный голос:

– Светлана, у вас всё в порядке? Я проследил за вами, и мне удалось добраться до места вашего заточения. Наш спутник пропал, бросил, гад, на произвол судьбы. Вы можете открыть окно?

Попытка не увенчалась успехом, о чём я и сообщила.

– Попробуй войти через дверь парадного. Дворецкий лечит хозяина и скорее всего, проход никем не охраняется.

– А в этом вы ошиблись, Съюзен, - послышался голос за спиной.

Оглянувшись, заметила мужскую фигуру в проёме.

– Пригласите же вашего друга. Его пропустят. Я отдал приказ.

Я увидела, что к Артуру подошли два человека и, взяв того под руки, повели в дом.

– Присаживайтесь, Съюзен. Нам предстоит долгий разговор. Наконец я смогла рассмотреть говорившего. Это был мужчина пятидесяти лет, с бородой и усами, одетый в добротный двубортный пиджак тёмного цвета. Подойдя ко мне, он уселся в кресло напротив:

– Дождёмся вашего спутника, а потом и поговорим. Кстати, чая не желаете? Я Никифора попрошу принести.

Взяв в руку колокольчик, позвонил. Через минуту появился уже знакомый мне дворецкий и принёс поднос с чайником, чашками и булочками. Поставив всё на стол, степенно удалился.

Вскоре привели Артура и втолкнули в комнату.

– Вот, доставили как вы и просили.

– Что же в дверях застыли, молодой человек, проходите, присаживайтесь, чайку испейте.

Мужчина разлил ароматный напиток по чашкам. Артур несмело прошел к столу и потянулся за булкой.

– Не стесняйтесь, кухарка ещё напечёт.

Я не удержалась, взяла чашку. Булочки оказались вкусными. Съела целых две. Думаю, моему пошатнувшемуся здоровью не повредит.

Когда мы управились с чаем, мужчина начал разговор, так и не представившись.

– И так, уважаемая мисс Съюзен Гольц, вам со своим спутником предстоит в ближайшее время отправиться в Екатеринбург.

Артур с изумлением взглянул на меня. По всей видимости, он хотел поинтересоваться, почему меня назвали Съюзен. Я сделала страшные глаза, давая понять, что пока лучше промолчать. Потом всё само собой рассосётся. Наш собеседник, окинув нас изучающим взглядом, продолжил:

– Да, вы не ослышались, именно в Екатеринбург. Я удивлён, вы не спрашиваете, с какой целью вам следует там оказаться? Завидую вашей выдержке!

И так, по-порядку. Если я не ошибаюсь, вы британская художница Съюзен Гольц и летом четырнадцатого года состоялась ваша выставка в Петербурге.

Я кивнула головой, хотя ничего не понимала из сказанного. Артур буравил меня взглядом, стараясь проникнуть в тайну, окутавшую нас.

– Продолжим. Императорская чета приобрела у вас несколько работ. Вы, будучи на приёме в Царском Селе, помогли остановить кровотечение у наследника престола. С тех пор могли в любое время пройти к императрице. Правда, этой привилегией воспользовались всего лишь раз, когда получили назначение в санитарный поезд.

Становилось всё интереснее. Откуда взялись все эти факты? Не было меня в Петербурге, не было! Не встречалась я ни с какой императрицей, да и к санитарному поезду ближе, чем на километр, не подходила.

– Как мне стало известно, в последний визит в Царское Село, царевич вручил вам некий перстень, который обеспечивал беспрепятственный проход в императорские покои. Кстати, кольцо у вас?

Машинально, пощупав карман, куда я положила найденную ранее драгоценность, утвердительно кивнула.

Мужчина удовлетворённо хмыкнул.

– Я думаю, вам известно, советы арестовали Николая с семьёй и выслали сначала в Тобольск, а потом перевели в Екатеринбург. До нас дошли слухи,

что им угрожает смертельная опасность. А вот теперь о вашей роли. Вам предстоит спасти императора с семьей и вывести их в Малороссию, где в Севастополе их будет ждать линкор.

– Как вы это себе представляете? Что я, слабая, беззащитная женщина, могу сделать?

– Во-первых, у вас будет помощник, - кивок в сторону Артура, - я сумел убедиться, приёмами самообороны он владеет неплохо.

Во-вторых, вы знакомы с императрицей. Вам доверяют. Не думайте, наши люди уже пытались связаться с царской семьёй, но все попытки окончились крахом. Николай отказывается покинуть Россию. Если не удастся уговорить самого императора, то постарайтесь спасти хотя бы царевича. Надеюсь, вам понятна ваша задача?

– А что будет, если я откажусь?

– Надеюсь, что вы проявимте благоразумие. Иначе вам отсюда не выйти. Так что, думайте. Завтра утром я к вам зайду.

Мужчина встал из-за стола и покинул нас.

Вот это поворот истории? Неужели, вновь наши пути с Съюзен пересеклись?

Я заметила, как Артур нервно елозит по стулу, не решаясь задать мен вопрос. Пришлось начать первой.

– Ну вот, – развела я руками,– теперь ты сам всё знаешь. Помнишь, ещё там в Москве… Ах да, ведь мы и сейчас находимся в Москве. Так вот, в той, нашей Москве, ты говорил об исчезнувших людях.

– Что-то припоминаю, - как-то неуверенно начал Артур, - было дело. Вспоминаю, как в больнице удивился специалист по старинному вооружению, когда у тебя извлекли пулю образца 1906 года. А те испуганные дамы в платьях с рюшами и в странных шляпках с перьями, просившиеся в Дижон. Алексей, изображавший гимназиста, и исчезнувший с места реконструкции событий Первой Мировой. Неужели все они, как и мы попали из своего времени в чужую эпоху? Да уж, а мы этих девиц в психушку определили, а оно, видишь как, получилось.

Мой спутник, а теперь, вернее будет сказать, напарник, умолк, переваривая свалившуюся на него информацию. До сего момента наше перемещение из Москвы 2014 года в Москву 1918 он воспринимал как забавную шутку, игру, которая должна скоро закончиться и он вновь усядется за свой стол в родном отделении милиции, извините, полиции

– Артур, всё, что произошло с нами, произошло на самом деле, и я не знаю, когда мы вернёмся домой и вернёмся ли вообще.

Юноша погрустнел.

– У меня там мама с сестрой остались.