Чтение онлайн

Теоретически — да, не игнорируются. А на практике…

— Ладно, — говорю, — скоро сам объявится. Подожди пока со мной. Сейчас уже уходит второй катер. Ты же со мной, на третьем?

Джейсон усмехается.

— Если ты о том, не спешу ли я, то точно нет.

Остаемся ждать у стены, пока последние студенты загрузятся в катер. Вскоре коридор у шлюзового отсека пустеет. Двери закрываются.

Ну вот: подождать возвращения первого катера с медперсоналом — и в путь. На борту уже почти никого не осталось. Сейчас мы улетим с Лаки, а затем подойдет спецтранспорт СБ и заберет Кору.

Пользуясь пустотой коридора, приникаю к Джейсону; обнимаю, кладу голову ему на плечо.

— Устала чудовищно, — признаюсь.

— Может, тебе следует взять отпуск, пока Лаки не восстановится? — предлагает.

Идея, конечно, хороша, но… У меня тысячи этих но.

Невесело усмехаюсь.

— Посреди учебного года? Шутишь?

— Ну и зря, — откликается Джейс и замолкает.

Молчим, стоим обнявшись и ждем.

В прилегающем коридоре раздаются шаги.

«Что, уже успели прилететь за Корой?» — думаю удивленно, видя сразу четырех наших охранников.

Однако Камальски с ними нет. Зато есть Эшли, и у него такое серьезное выражение лица, что мне становится не по себе.

— Что происходит? — Отступаю от Джейса и шагаю по направлению к прибывшим, но я будто невидимка — хорошо хоть, обходят, а не отпихивают с пути. — Эшли, что?.. — Шире распахиваю глаза, видя, как все четыре крупногабаритных охранника окружают Джейсона.

Рис же бросает на меня беглый взгляд и сам проходит мимо. Останавливается перед Джейсом, разворачивает над своим запястьем голографический экран и официально зачитывает:

— Джейсон Риган, как капитан судна объявляю, что вы арестованы по обвинению в шпионаже и работе на иностранную разведку. Транспорт Службы безопасности заберет вас вместе с другой арестованной в течение следующего часа.

Что-что-что?

Это шутка такая?

— Эшли! Что за?.. — начинаю возмущенно и замолкаю, потому что на лице Ригана я удивления не вижу. Скорее… досаду? — Джейс? — мой голос напоминает мышиный писк даже мне самой.

Что — Джейс? Сама не знаю. Как ты мог? Это правда? Ты меня предал?

Не верю.

Не могу.

Не верю.

Джейсон ловит мой взгляд.

— Миранда, я все тебе объясню.

И я понимаю, что это конец. Ощущение, будто лобовое стекло — вдребезги, и в меня летят сотни осколков, впиваются в лицо, в грудь…

— Миранда! — Он дергается было в мою сторону, но один из охранников преграждает ему путь. — Морган!

А я отступаю спиной вперед, в ужасе прикрыв губы ладонью.

Вот что было в том загадочном утреннем письме.

— Миранда, подожди! — кричит Джейсон, но я разворачиваюсь и быстро ухожу по коридору прочь.

— Морган, погоди. — Рис тоже пытается меня догнать, даже хватает за локоть.

— Отпусти, — огрызаюсь и вырываю руку. — Пошел к черту, дружище, — последнее слово сдабриваю особой порцией яда.

Он знал уже несколько часов, знал, но не сказал, как ему было приказано.

К черту!

Морган

Больно.

Темно, холодно и больно — так я ощущаю себя внутри. Я словно заперта в помещении без окон и отопления, одна и не могу выбраться. Холодильник, или… могила?

Я словно летела, парила, а потом глухой удар — и внутренности всмятку. Я пилот и знаю, о чем говорю. Я падала, разбивалась, ломала кости и доводила транспортные средства до состояния «восстановлению не подлежит». Но ни одна физическая боль не сравнится с болью моральной. И об этом я тоже знаю не понаслышке — я слишком много теряла.

А потерять Джейса сейчас оказалась невозможно, категорически не готова.

Это будто не про меня, не со мной. Я словно смотрю фильм про чужую неудавшуюся жизнь. Но эта жизнь моя.

Больно.

Сижу на полу в своей каюте до тех пор, пока мне на комм не приходит сообщение от медиков, готовых забирать Лаки на планету. Встаю, нацепляю на лицо маску спокойствия и возвращаюсь к шлюзу.

Сколько я так просидела, не знаю. Ощущение, что меня придавило бетонным блоком, не оставляет (даже дышу тяжело), но я снова поднимаюсь, как миллион раз после своих ран и падений, и просто делаю первый шаг, второй, а потом иду. Не важно куда — главное: двигаться.

За пятнадцать лет я научилась этому в совершенстве — идти по жизни и притворяться живой, когда внутри все выгорело.

Медики рекомендуют мне доверить пострадавшего им и навестить сына в госпитале, когда они уже разместят его там и обо всем позаботятся. Однако я настаиваю на том, что полечу вместе с ними. Со мной не спорят. Еще бы, это же Лондор: здесь имя Миранды Морган в сочетании с пациентом по имени Александр Тайлер не пустой звук.

В шлюзовом отсеке уже никого нет — все улетели. Джейсона и Кору увезла СБ. Двух преступников… Как прозаично. Ведь Джейс сам допрашивал Камальски, а как вышло — теперь они в одной лодке.

— Морган! — окликает меня знакомый голос, когда я уже собираюсь сесть в катер.

Оборачиваюсь и одариваю Эшли тяжелым взглядом. Сейчас не то время. Когда — не знаю. Но в данный момент меня не нужно трогать, тем более Рису.

Кривлю губы и снова отворачиваюсь.

Что Эшли все еще делает на лайнере? Времена, когда капитан покидал судно последним, давно миновали. Да мы и не идем ко дну. На дне только я.

— Миранда, подожди! — Что-то в голосе Риса все же заставляет меня остановиться. Возможно, нотки отчаяния, ясно различимые в нем. А возможно, отголоски моей собственной боли.

— Дайте мне пять минут, — говорю врачам. — Готовьтесь к отлету. — И возвращаюсь к Эшли. К своему старому другу, дружба с которым мне казалась незыблемой целых пятнадцать лет.

А была ли эта дружба? Если все эти годы он думал обо мне не как о друге? Дружба, не хуже любви, не работает в одностороннем порядке.

Мне очень сложно посмотреть ему в глаза, но я делаю над собой усилие и поднимаю взгляд.

— Ты мне не сказал, — произношу голосом, лишенным эмоций.

Следовало бы выкрикнуть ему это обвинение в лицо. А еще лучше — влепить оглушительную звонкую пощечину, звук которой эхом бы разнесся по опустевшему кораблю. Но я просто смотрю на него и задаю вопрос. Мне слишком больно из-за другого, и поступок Риса не вызывает во мне бурных эмоций — только тихое, спокойное отторжение.