Чтение онлайн

Это мир фронтира, мир, где ценятся дружба, крепкие руки, светлая голова, верность слову, надежная техника, родные стены и крепкая семья. Мир, где до сих пор состоятельность определяется не по числу любовниц обоего пола а по количеству детей и отсутствию долгов. Мир, где люди не любят брать кредиты, считают каждый евро, но зато всегда готовы помочь соседу и предпочитают вести дела без адвокатов, привыкли рассчитывать на порядочность партнеров.

Все хорошее заканчивается. Пришел конец и этой неожиданной, незапланированной паузе перед боем. На комп Пауля Робина свалился приказ из штаба бригады. Ударной группе предписывалось продолжать марш и атаковать противника по утвержденному плану. Наступило время умирать.

– Старший лейтенант Робин, поднимай ребят. Ты идешь вторым, после роты капитана Неймана – прогремел в динамиках голос комбата.

– Снять маскировку. Заводи. Рви к трассе – Пауль толкнул в плечо мехвода.

– Есть, командир – моментально отреагировал Рауль Винг.

Еле слышно загудел мотор «Скунса». Маскирующая пленка с сочным чавкающим звуком втянулась в контейнер. Бронетранспортер плавно тронулся и медленно покатил к трассе, перемалывая широкими колесами снежный наст. Пауль вывел на экран панораму переднего вида и привычными движениями проверил работу приводов башенной установки. Не забыть опросить взводных – все ли в порядке? Иного ответа кроме как: «Работаем, старший лейтенант», он и не ожидал. Поломкам, сбоям и прочим происшествиям перед боем просто нет места, особенно в такой части, как бригада «Протуберанец».

Батальон прошел по трассе еще семь километров. Дальше дорога заворачивала к югу, им же надо идти прямо. Разворачивание в лесной полосе и дальше удар по направлению вдоль небольшой речушки.

Они немного не успели. Когда развернувшиеся фронтом в два эшелона бронетранспортеры и краулеры подошли к кромке назначенного исходным районом для атаки леса, по батальонам ударила вражеская артиллерия.

Ничтожная ошибка. Случайность. Маленькая недооценка противника. Сколько такого бывает в жизни?! Штабные специалисты рассчитывали Час Ноль как время ликвидации, прорыва гномами последнего заслона 324-й дивизии плюс14 минут. Никто и помыслить не мог, что противник восстановит боевые порядки и пройдет реперные отметки быстрее чем за 15 минут.

Они прошли. Вырвавшиеся вперед маневренные подразделения коатлианццев успели первыми заметить приближающуюся ударную группу «Протуберанца». Кроме того, гномы вели непрерывную воздушную разведку, тогда как люди посчитали преждевременным вывешивать в небе беспилотники. Связи с соседями пока не было, только жиденькая струйка информации из штаба, общая характеристика ситуации на участке. Тактическая карта давно не обновлялась и, как оказалось, успела устареть.

Удар коатлианцев был неожиданным. Пронзительный свист. Гулкий удар. Вспышки. Низкий зловещий рокот. Между машинами первой линии в небо вздымаются грязные столбы разрывов, летят комья грязи и льда. Противный визг осколков.

Пауль широко раскрыл глаза и дернулся, вцепившись руками в пульт управления башенной установкой, когда на обзорном экране прямо перед носом «Скунса» вырос грязно-белый с дымными прожилками куст от взрыва тяжелого снаряда. Машину качнуло ударной волной. По броне загрохотали камни и осколки.

– Вперед!!! Первый взвод в атаку! – мозг еще соображал, со скрипом переваривал свалившуюся на него информацию, а тело уже действовало. Сработали вбитые в подсознание рефлексы, заложенные еще в военном училище и отшлифованные, доведенные до автоматизма в многочисленных боях, через которые прошел Пауль Робин.

– Наступаем прямиком через лес. Не задерживаться! Выжать все из моторов! Атакуем на машинах. Спешиваться запрещаю! Второй взвод, отойти назад на пятьдесят метров, затем развернуться и атаковать противника. Держать дистанцию в километр. Фельдфебель Карпич, остаешься в резерве. Полная готовность поддержать нас огнем.

– Атаковать противника сходу! Всем вместе! – на комп бронескафандра пришел запоздавший на пару секунд приказ комбата. Пауль не заметил это сообщение, пробежал краем глаза и отмел как не нужное.

– Командирам рот и взводов организовать разведку – это уже донеслось из динамиков.

– Командир, мы горим! – звучит в ушах пронзительный нечеловеческий вопль сержанта Марковича.

Короткий взгляд на дисплей. Не менее полудюжины отметок диагностики солдатских бронескафандров погасли. Люди погибли, не успев даже понять, кто по ним стреляет. Еще семь индикаторов светятся красным. Это раненые. Что с ними? Сразу не определишь, а опрашивать командиров отделений…. Времени нет!

Может, люди сброшены близкими взрывами с площадок и сейчас отползают в тыл или забились в канавы и ложбины, пытаясь спрятаться от вражеского огня. А может кто-то сейчас кричит от боли, пытаясь выбраться из горящего «Скунса». Нога или рука придавлена вмятым внутрь машины куском брони, товарищей рядом нет: успели выскочить или погибли. Перед глазами за тонким щитком забрала шлема бушует пламя, плавится и течет как воск металлопласт. Температура в горящей машине зашкаливает, а система терморегуляции брони тем временем готовится приказать долго жить, аккумуляторы разбиты. Еще секунда и броня окончательно откажет. Страшная, мучительная смерть, медленно поджариваться в собственной броне как устрица в своей раковине.

Времени нет. Приказав командиру второго взвода фельдфебелю Ван Дейку подобрать раненых и проверить подбитые машины, Пауль бросил первый взвод в бесшабашную, сумасшедшую атаку. Вперед!!! Не думать, и не смотреть по сторонам! Только вперед! Самое страшное, это когда противника не видно, а он садит по тебе как в тире.

Только вперед! Скорость! Не жалеть технику! Нельзя останавливаться или сбавлять ход – расстреляют как куропатку. Быстрее! Дойти, вцепиться гадам в горло. Поймать их в перекрестье прицела и убить. Пленных не брать. Да такой приказ сам по себе был бы излишен. Джентльменство и рыцарские правила остались в далеком прошлом, это было еще до войны с коатлианцами.

Штатные беспилотники только-только стартовали. Операторы ведут аппараты над лесом, стремятся как можно быстрее увидеть врага, поймать его в объективы. Чуткие глаза одного из разведчиков замечают висящий над верхушками деревьев объект. Хрупкое, почти невесомое летающее крыло, не более полуметра в длину. Похоже на детскую игрушку. Страшная и опасная штука, воздушный корректировщик, управляющий огнем вражеской артиллерии.

Сигнал с нашего беспилотного разведчика поступил на ближайшие к вражескому автомату бронемашины. Доли секунды на принятие решения, выработку и передачу управляющей команды. Два бронетранспортера, не снижая скорости, повернули башни. Шевельнулись стволы скорострелок, прицелы поймали и зафиксировали цель. Огонь! Короткие очереди электромагнитных автоматов буквально разнесли коатлианский беспилотник на атомы, заодно срезав часть кроны дерева.

Пауль не видел, как на землю сыпались обломки беспилотника и еще пяти таких же автоматов. Времени нет, по сторонам глазеть. Бросить взгляд на дисплей, отметить про себя изменение обстановки. Все внимание сосредоточено на тактическом обзорном экране бронетранспортера.

Вперед! Рауль, согнувшись над пультом управления, молча ведет машину через лес. Просто чудо, как он успевает уворачиваться от деревьев, и это не снижая скорости. Атака! Вперед! Выжать все из моторов.

Ребята сидят вдоль стен машины. Руки сжимают электромагнитные винтовки. Бойцы готовы в любой момент, как только Рауль остановится или снизит скорость, выскочить из бронетранспортера, рассыпаться цепью и идти в атаку.

Только плазмометчик Боб Цукер положил на пол свое оружие Армагеддона. Со стороны, кажется, что человек спит. Массивная фигура в пехотном бронескафандре выглядит как будто приваренная к раме сиденья. Голова в шлеме наклонена вперед, руки покоятся на коленях. В действительности капрал Цукер поглощен работой, да так, что казалось, попади в машину снаряд, и тогда он не прервет своего занятия. Боб Цукер управлял беспилотником.

Летающий глаз, скользит между верхушками деревьев, идет в тени, до поры до времени оператор старается не выдавать противнику присутствия разведывательного аппарата. Он уже почти прошел через лес, впереди прогалина, опушка. Еще полминуты и…. Все! Тактический экран оживает, картинка приобретает яркость, словно ниоткуда возникают отметки коатлианцев.