Чтение онлайн

Куда страшнее оказались развернувшие свои башни в направлении наших тяжелые артиллерийские установки. Целых три. Они успели выйти из-под обстрела «Чертополохами» и развернулись на тыловых позициях. Выстрелы звучат почти одновременно. Тяжелая увенчанная массивной приплюснутой башней туша «Минотавра М» замирает. Система невидимости отрубается, не выдержав удара, и танк предстает во всей своей грозной убийственной красе. Кажется, он даже не поврежден, только в борту появилось маленькое отверстие с плавлеными краями. Люки распахиваются, и из подбитого танка выскакиваются три фигуры, падают в снег, затем вскакивают и бегут к своим.

К этому моменту из трех вражеских установок две успокоены навеки прямыми попаданиями. Мехвод третьей машины успел дать задний ход, самоходка скрылась в глубокой ложбине. Снаряды танков прошли мимо. Рассчитанные на настильный огонь пушки не могут достать противника в укрытии. Коатлианец огрызается навесным. Точность его стрельбы потрясающая. Еще один «Минотавр» закрутился на месте, разматывая за собой обе левые гусеницы.

Экипаж не спешит покинуть машину, повреждения незначительны. Парни перевели огонь на подобравшуюся слишком близко вражескую пехоту, гасят ее огнем зенитных скорострелок. Вдруг на боку башни расцветает огненный ослепительно белый цветок, два взрыва слились воедино: реактивный снаряд и встречная направленная детонация блока динамической защиты.

Башня плавно поворачивается, и на удачливого стрелка изливается целая река плазмы. Вскипает, пузырится земля, летят комья грязи и расплавленные, застывающие в воздухе капли. В трех сотнях метров от танка образуется целый ров, с гладкими похожими на стекло стенками.

Еще десять тяжелых, свинцовых, растянутых секунд, и на ложбину с коатлианской самоходкой обрушивается град тяжелых снарядов. Получив целеуказание от танков, САУ-122 одним залпом добили проклятого гнома. Грохот взрывов, в небо летят камни, искореженное железо, над землей поднимается и исчезает за стеной дыма массивная угловатая башня с длинным орудийным стволом.

«Минотавры» давят гусеницами вражескую пехоту, добивают последних вражеских солдат. Подоспевшая черная бронепехота довершает дело. Дерутся легионеры яростно и без жалости. Все прекрасно знают – в плен к гномам лучше не попадать. Неоднократно видели на видеокадрах, что происходит с неудачниками. Жуткие вещи, бывало, от такого зрелища здоровенные мужики сознание теряли. Поэтому и сами не сдаются и коатлианцев не жалеют.

Вражеские позиции на склонах и у подножия холмов перепаханы снарядами вдоль и поперек. Сопротивление сломлено. Бронепехота вылавливает последних выживших после обстрела котхов. Видеокамера беспристрастно фиксирует, как из воронки выбирается гном, с полосками офицера на руках, застывает, увидев наставленные на него электромагнитные винтовки. Кажется, гном почти по человечески пытается втянуть голову в плечи и бросает на землю ручной пулемет. Секундная задержка. Автоматная очередь впивается гному в грудь. Выпущенные почти в упор пули прошивают броню насквозь. Чудовищный удар. Коатлианец, взмахнув руками, летит обратно в воронку.

Поле боя превращается в бойню. Пленных негры не берут. Это зачисткой называется. Это ради собственного выживания, чтоб не получить ракету в затылок или пулю в спину. Обычное дело в галактической войне. Все знают, что на той стороне людей нет, только нелюдь.

Расправившись с заслоном, группа майора Оямы не мешкая, двигается дальше. Вперед! Только вперед и без задержек. Подбитый танк пришлось эвакуировать. Хорошо – ходовая не пострадала. Ремонтники подогнали к машине тяжелый тягач, зацепили танк тросами. Могучий «Кохинор» взревел мотором и медленно потащил танк в тыл. Охранение им не выделялось. Гномов за спиной точно нет, а через десяток километров подранка будет ждать грузовая «Медуза».

Остальные поврежденные «Минотавры» и одну САУ-122 пришлось оставить на поле боя. Экипажи двух танков и самоходки должны справиться с ремонтом гусениц сами, им даже из своих машин выбираться не придется. Все сделают киберы. К слову сказать, они действительно справились с ремонтом за пять минут и одним отрядом рванули вдогонку за своими. С последней машиной было куда хуже – вражеский снаряд не только перебил две левые гусеницы разом, но и разбил направляющие катки. Вдобавок оказались повреждены опоры катков. После короткого обследования сопровождавшегося весьма эмоциональными репликами был вынесен вердикт: без специалистов не обойтись.

Зинин скрепя сердце согласился с решением Хидэки Оямы, оставить с танкистами ремонтное подразделение. Тягачей на операцию и так выделили мало, а универсальных ремонтно-эвакуационных машин «Аарон» всего две штуки дали на целый танковый батальон. Там впереди, у цели операции, а особенно при отходе они ой как пригодятся. Но и танк бросать нельзя. Экипаж с ремонтом несколько часов провозится. Передовое охранение и разведчики тем временем ушли далеко вперед. Времени на растягивание удовольствия нет.

Получивший втык от полковника майор Ояма обрушил громы и молнии на командиров черного батальона. Еще через полминуты подключившись к оперативной линии связи можно было услышать, как подполковник Бинго распекает своих ротных и взводных, а те дальше по инстанции воспитывают бойцов.

Слушая краем уха дикие матюки, Ростислав Зинин ухмылялся: как все это знакомо! В армии без таких вещей просто не обойтись. Страх перед врагом или техникой можно вылечить либо с помощью психотерапии, либо страхом перед фельдфебелем или офицером. Второй путь гораздо дешевле, практичнее и быстрее. Да это и есть древнейший метод психотерапии. Дешево и сердито.

Следующие десять километров группа прошла без задержек. Шли даже с некоторым опережением графика, что радовало. На фланге было появилась коатлианская часть, но после короткого огневого контакта с заслоном быстро ретировалась. Видимо получив информацию о прорыве, вражеский генерал решил не губить свои войска в разрозненных атаках, а сконцентрировать ударный кулак, подтянуть резервы, перекрыть направление продвижения людей надежными заслонами и одним коротким массированным ударом решить возникшую проблему.

Пока майор Ояма вел свою группу в чистый прорыв, Зинину пришел срочный вызов из штаба бригады. Из короткого сообщения можно было понять, что возникли проблемы на западном участке. Пришлось вплотную включиться в работу, принять участие в коротком, но интенсивном мозговом штурме совместно со штабом, командирами полков «Протуберанца» и приданных бригаде диких дивизий. Привычная штабная работа по переброске резервов и формированию ударных кулаков, призванных рубить вражеские клинья, если арабская дивизия не удержит фронт.

Проблема назревала серьезная. В то, что все обойдется, верилось с трудом. Потери 324-й дивизии с начала операции просто устрашающие. Впрочем, и затыкать прорыв тоже было особо нечем. Один уполовиненный танковый батальон, полтора дивизиона самоходной артиллерии и два сборных бронепехотных батальона вот и все, чем располагал штаб. Батальоны, правда, гордо именовались полками, но реально успели ужаться до 400-500 бойцов.

Одно хорошо: боеприпасов было с лихвой, и даже немного больше. Генерал-майор Буркалов при подготовке броска «Протуберанца» оказался достаточно предусмотрителен и, не смотря на стенания и жалобы тыловиков, выгрузил на планету лишний транспорт со снарядами и ракетами. Этим и спасались. Да еще ремонтники молодцы – никто не знает как, но подбитую технику возвращали в строй почти мгновенно, с опережением любых нормативов. «Жаль, людей нельзя, как танки оживлять» - тяжеловесно пошутил комбриг по этому поводу. Его прекрасно поняли, потери группировки «Протуберанец» оказались дикими.