Чтение онлайн

Не тратя времени на созерцание следов обстрела, Пауль пригнувшись подбежал к наружной стене и залег у подходящего проема. Винтовка как будто сама прыгнула в руки. Вид отсюда неплохой открывается, можно поработать немного. В этом бою еще один рельсовик лишним не будет. Державшиеся рядом с командиром ребята резервного отделения быстро занимали позиции на первом этаже корпуса.

Один из бойцов поднялся по решетчатой колонне на чудом уцелевшую металлическую площадку в десятке метров от земли. Подключившись к укрепленной на шлеме солдата видеокамере, Пауль моментально понял все преимущества этой позиции – все видно как на ладони.

– Не стрелять, будешь наблюдателем – советует взводный на крайний случай. Не хватало еще, чтоб площадку вместе с человеком снарядами сбили.

Пауль пробегает взглядом по полю боя. Проклятье! Противник уже почти докатился до заводской территории. Еще немного, и придется драться в руинах. Вокруг грохочут взрывы, вражеские снаряды методично перемалывают в щебень еще сохранившиеся здания и корпуса. Истошно воют пули из электромагнитных винтовок и пулеметов.

Огонь коатлианцев кажется, не ослабевает, хотя наши артиллеристы уже вынудили вражеские батареи спешно ретироваться за горизонт. Преимущество закрытой позиции, чтоб не говорили по этому поводу разные штатские. Контрбатарейная борьба в самом разгаре. Огонь ведется по данным компов, высчитывающих вражеские позиции по траекториям снарядов. Наши самоходки тоже не стоят на месте, пока это спасет от ответного огня. Не смотря на подавляющее превосходство противника, только один «Чертополох» потеряли. Получил бедняга снаряд в рубку.

Враг приближается. Пора подключать к работе плазмометчиков.

– Гранатометам задробить стрельбу – командует Пауль Робин – на смену позиций даю 30 секунд. Плазмометчикам по команде ставить огненную стену и отходить. Немедленно! Всем включая гранатометы прикрывать отход.

Время остановилось. Кажется хронометр испортился, так медленно сменяются цифры на экране, 23, 24, 25…. Пора!

– Всем приготовиться!

– Твою мать! – близкий разрыв снаряда заставил Пауля резво нырнуть за термопластовую плиту. По полу и стенам пробарабанили осколки, по спине ощутимо ударил кусок камня.

Время пошло. Проклиная все на свете, Пауль вернулся к бойнице и поднял рельсовик, прицелы услужливо приблизили бегущих вслед за танками коатлианцев. Палец застыл на спуске.

– Огонь! Плазма пошла!

Сразу же, сначала на левом фланге, а затем по всему фронту плеснули языки огня. Неожиданность, секундное замешательство в рядах атакующих. Выскочившие словно чертики из табакерки плазмометчики ударили почти в упор. Летящая в лоб все испепеляющая солнечная плазма, огненно-рыжие полосы завес, мгновенная гибель попавших под удар бойцов.

Коатлианцы на миг остановились, слишком тяжелы оказались потери от одного единственного удара и слишком силен страх перед человеческими плазмоганами. Смертоносное оружие ближнего боя, от которого нет защиты. Четыре танка имевших несчастье оказаться слишком близко от укрытий землян взорвались или сгорели в серебристых ослепительных облаках плазмы. Не повезло и солдатам, те сгорали без остатка, энергии пехотного плазмогана вполне хватало, чтоб развеять бронепехотинца в полном боевом на атомы.

Паулю хорошо был виден тяжелый штурмовой танк застывший, уткнувшись носом в кучу щебня на месте некогда стоявшего у заводской ограды домика. Машину перекосило чудовищным ударом, хорошо было видно, как течет расплавленная броня, медленно, словно тягучий мед. От черной лужи под катками поднимается серый чуть красноватый дым, и видно как машина медленно кренится на борт, проваливается в расплавленный грунт.

Секундный выигрыш времени. Пока гномы не опомнились, надо выводить людей.

– Всем огонь! – надрывается ротный – заградительный ставить Плазмометчикам немедленно отходить. Живо! Мать твою за ногу! Адольф, шевели помидорами!

Вот из-под земли выскакивает фигурка в грязно-бежевом бронескафандре и со всех ног несется к ближайшим развалинам. Следом еще двое выскочили. Быстрее! Быстрее! Пока вас из-за пара и дыма не видят. Гранатометы и пулеметы бьют в направлении противника, отсекают вражескую пехоту, глушат близкими разрывами приборы танков. Стрелки помогают, садят очередями, не считая боеприпасы.

Двое наших уже успели добежать до укрытия. Адольф Эйке буквально на лету, прыгая в снарядную воронку, дал еще один выстрел по противнику. Попал, не попал, не поймешь, но огоньку добавил в буквальном смысле. Еще один плазмометчик споткнулся и упал лицом на землю всего в десятке шагов от окопа. Поднимется? Нет, индикатор показывает, что нет. Бойца срезало автоматной очередью.

Гады! Пауль стиснув зубы бьет короткими прицельными очередями по вражеским солдатам, ориентируясь на целеуказания наблюдателей. Двоих гномов, кажется, достал. Еще троих-пятерых заставил залечь и не отсвечивать.

– Командир, двое добежали – докладывает фельдфебель Лаумер.

– Кто? – бросить в микрофон, затем винтовку за спину и прыжком отскочить в глубь цеха. Коатлианцы очухались, сейчас начнут глушить заявившие о себе огневые точки.

– Всем менять позиции! – надрывался Пауль, ему вторили взводные, подгонявшие солдат матюками.

За спиной громыхнуло, пол под ногами дрогнул. Противный визг осколков. Удар в спину взрывной волной. Падая показавшийся надежным простенок, Пауль Робин услышал Лаумера:

– Эйке и Цукер спаслись.

– Хорошо. Обоих в первую линию – прошамкал ротный, при падении он хорошо приложился головой о каменный пол, шлем полностью погасил удар, но при этом Пауль умудрился прикусить язык. Больно то как! И ругаться тяжело.

Собравшись духом старший лейтенант выглянул из-за укрытия. Да, проем из которого он только что палил стал гораздо шире. Точно снаряд положили уроды, в фундаментную балку. Опоздай Пауль на пару секунд, и…. Впрочем, думать об этом излишне, нечего себе нервы выматывать, лучше быстрее на огневой возвращаться.

Несмотря на потери, враги рвутся вперед, как сумасшедшие. Они уже прошли нейтральную полосу. Человеческая бронепехота не в силах сдержать натиск. Слишком много коатлианцев, слишком хорошо они стреляют. И танков у них много. Полдюжины бронированных монстров почти вплотную подошли к окраине завода и бьют в упор по стрелковым ячейкам, выковыривают людей снарядами. Следом валит коатлианская бронепехота.

Пауль приказывает своим бойцам отходить в глубь застройки. Противник идет по пятам, не отступает. Вскоре бой превращается в яростное безумное побоище на ближней дистанции, почти глаза в глаза. Так дело может и до рукопашной дойти. Хорошо, вражеская артиллерия перенесла огонь в глубь обороны, боятся своих зацепить.

В бой уже брошены последние резервы. Оборонятся некем и нечем. Пришлось снять с высоты наблюдателя, пока его рельсовиком не срезали. Схватка разгорается вокруг облюбованного ротным под командный пункт заводского цеха. Прорвались гады. Давят так, что вздохнуть некогда.

Пауль в очередной раз перекатывается на новую позицию, сходу ловит в прицел коатлианца и жмет на спуск. Удар стальных стержней отбрасывает врага назад. На такой дистанции никакая пехотная броня не спасет. Насквозь прошило. На периферии поля зрения замечено какое-то движение. Танк? Гномий?