Чтение онлайн

— Чего у тебя такого интересного в мешках? — крикнул весельчак, — Расскажи сразу! Все равно же узнаю!

В центр щита врезался болт, но щит выдержал. Мне бы перекинуть защитное заклинание на раненую руку, но бригада мразей только того и ждет.

Щит отклонил еще три болта, а потом в меня прицелились с монструозного арбалета и выстрелили. Воздух заклокотал, когда сквозь него пронесся арбалетный болт, больше похожий на маленькое копье. Отпрыгнуть я не успевал, но повернуть щит так, чтобы выстрел прошел по касательной, смог. Раненую руку тряхнуло, от боли перехватило дыхание, но щит выдержал.

— Какого хрена? — выругался мужик с арбалетом, — Щит же адептовский!

— Чуешь, чем пахнет? — злорадно крикнул я, — Твоей смертью, плесень!

Итак, я вляпался. Причем даже не в стрелков — мне не составит труда просто сбежать от подонков, благо, расстояние позволяет. Нет, проблема именно в убитых пацанах и в их наставнике, который за один заход потерял аж двоих учеников. Я не знаю, как себя поведет Гирам Квалиус, когда я приду к нему и доложу о гибели Суржика и Хризоса, но точно знаю, что не обрадуется. А мне придется прийти к нему самостоятельно — я не хочу, чтобы меня искали по всей школе.

В рассказе я могу упомянуть, что нападавшие были убиты: думаю, это должно смягчить гнев химеролога. Правда, для этого мне нужно всего ничего: убить нападавших.

— Предлагаю дуэль! Если выиграю бой против вашего, уйду! — заорал я, но в ответ услышал дружный смех.

— Сражаться один на один против адепта? — заорал другой мужик, — Да ты бредишь, пацан! С тобой никто из нас на бой не выйдет, даже с простреленным.

Идиотами нападавшие не были. Очень жаль. Хотя, будь они умнее, наоборот согласились бы и расстреляли меня в спину. Это я уже от стресса и кровопотери туплю…

Разговоры не помешали стрелкам натянуть тетиву арбалетов. Я тоже не терял времени даром: тянул за собой мешки, которые были так дороги адептам, внимательно наблюдая за деревенскими. По пути втягивал бао, заполняя искру. В ладони уже лежал наполненный кристалл, но я не хотел использовать неприкосновенный запас раньше, чем придет настоящая жопа. Пока безысходностью только пахло. Слегка.

— Не боитесь оставлять во врагах адепта? — спросил я, углубляясь в занесенные песком развалины из камня и дерева. Жаль, я не выучил заклинание шипов — можно было набросать их в проходах и как минимум ранить кого-нибудь.

— Так мы же не оставим! — заорал весельчак.

Где-то здесь мы с пацанами видели ведущий под землю ход… Нашел!

Я спустился по занесенным песком ступенькам, мельком огляделся, удостоверившись, что помещение — огромный подвал без запасного выхода, а потом поднялся обратно. Вызванный вихрь с толикой бао замел за мной все следы.

Я свернул в ближайший проулок между уцелевшими каменными стенами, присел за гору песка и затаился. Развеял щит и призвал его на другую руку, растянув полотно по максимуму. Щит встал под наклоном, зарываясь нижним краем в песок и накрывая меня сверху.

— Адепт, ты здесь? — раздался голос от входа в руины. Значит, остальные либо еще ближе ко мне, либо обходят руины, чтобы войти с разных сторон.

Я зажмурился и попытался рассмотреть через бао местоположение противников, но энергия была слишком насыщенной и постоянно перемещалась, не давая нужной информации. Ничего, сейчас я вам, говнюкам, накину проблем…

Искра заполнилась наполовину — все-же неудобно пополнять ее на ходу — выходит меньше, чем в полноценной медитации. Но тем не менее, я выплеснул в пространство все, что было в искре, а потом обратился к аспекту.

Воздух в руинах дрогнул: весь и разом. Я чувствовал, как между уцелевших каменных стен пронесся легкий ветерок — мимолетная тень перед будущей бурей. Я почувствовал колоссальность воздушных масс, на которые я пытался воздействовать и добавил бао из накопителя. По выставленному щиту тренькнула стрела. А потом находящемуся в двадцати шагах от меня стрелку стало не до того.

Я аккуратно втянул в искру бао из накопителя, а потом без остатка выплеснул энергию в пространство, усиливая бурю. Ветер за секунды разогнался до такого, который обычно срывает черепицу на крышах, ломает деревья и поднимает в воздух маленьких детей. От песка обнажались белые камни, которые вряд ли видели солнечный свет в ближайшее десятилетие. Вокруг меня находился метровый кусочек пространства, который буря абсолютно не трогала. Зато щит засыпало — наверное, со стороны я сейчас выгляжу очередной песчаной кучей.

В первые секунды бури послышались крики, а потом они стихли — потонули в свисте ветра и шелесте песка.

Я закрыл глаза и принялся медитировать. В первую очередь я заполнил резерв, потом — принялся за накопители. Время от времени я выплескивал излишки бао, чтобы буря не утихала. Если бы не мое умение быстро восполнять резерв, я бы такую магию не вывез без ритуалов и подготовки.

К сожалению, я хоть и чувствовал ветер и энергию, но не чувствовал, где находятся люди и постройки. Моя способность не давала мне ощущение окружающего пространства. Мне приходилось лишь надеяться, что люди, прожившие всю жизнь в пустыне, не станут бродить в бурю по развалинам и искать меня — это глупо и бесполезно. В огромном облаке летящего песка, который должен обдирать до крови обнаженную кожу, даже дышать сложно, не то что ходить и кого-то искать. У деревенских выбора особо и нет: либо шагать в подвал, либо упасть на землю, пытаясь переждать неожиданную бурю.

Пока мы бежали к деревне, пацаны рассказали мне, почему в школе ненавидят колдующих вне барьера практиков. Проблема не в том, что просыпаются монстры. Дело в том, что поднимается песчаная буря — самум, настолько сильный, что в нем невозможно перемещаться без воздушного кокона. На шаг вперед уже ничего не видно. Практику без амулетов — то есть, всем неофитам — выжить в такой обстановке сложно: остается только мчаться к барьеру, либо падать, накрываться захваченным пологом и молиться, чтобы прежде, чем стихнет буря, тебя в этих песках никто не нашел. Хорошо экипированные адепты сразу же задействуют все имеющиеся артефакты и мчатся к школе.

Когда я намедитировал доверху запасы, обломал и выдернул стрелу, а после — выпил сразу два лечебных зелья. Разумеется, рану это не устранило, но если буду аккуратен, до школьного целителя дойду без возобновившегося кровотечения. Да и боль уменьшилась.

Я двинулся через самум, выставив перед собой щит и держа меч Суржика в правой руке. Глаз бури двигался вместе со мной. Первого героя я нашел в десяти метров от места, где от в меня стрелял — из кучи песка торчал сапог. Вычислив примерное расположение корпуса мужика, я вбил в песок меч. Когда клинок уперся во что-то, я навалился на рукоять всем весом, ощущая, как лезвие погружается все глубже.

Меч в моих руках слегка дернулся, задрожал сапог, и куча слегка просела. Один готов.

Следующим шагом я захватил часть бури и швырнул ее в подвал, от души наполнив энергией. Это обычный самум можно с относительным комфортом переждать в помещении типа этого подвала, а когда против тебя играет разъяренный практик, комфорта не будет. Я и в стакане бурю устроить могу.

Выждав пару минут, после бури в помещение зашел я и отправил три воздушных удара в ближайшие кучи песка. От ударов песок разлетелся в стороны, где его тут же подхватила буря. Одно попадание из трех — во второй куче обнаружился мужик с арбалетом. Вихрь зацепил голову бедняги, и песок прошелся по обнаженной коже, стирая ее до крови. Шорох мириадов песчинок заглушил рванувшийся крик. Мужик закрыл лицо ладонью, другой рукой поднял перед собой арбалет, но куда стрелять, он не знал — попробуй, открой глаза в таком кошмаре.