Чтение онлайн

Но если из своей родной внучки тот, кто ныне зовётся Т.Марволо Гонт, решил вырастить получеловека, чудовище, не владеющее людской речью, то во что же он собирается превратить чужих, наших детей? Как могут родители допускать подобное, добровольно отдавая свои чада в лапы чудовища?

Задумайтесь!

Лорд Волдеморт изменил свой внешний облик, стал более походить на человека – но он не может перекроить свою суть, свою змеиную сущность, наложившую печать на его душу. Не забывайте о прошлом! Почему болезненные уроки ничему не учат современных волшебников?

Где ваши глаза, где ваши уши? Почему заснул ваш разум, убаюканный лживыми речами?

О, вы, волшебники и ведьмы, вы своими руками укладываете мир под ноги Лорду Волдеморту! Вслушайтесь в эти страшные слова! Кем стали мы, как мы могли такими стать? За что же умирали наши близкие ещё так недавно?..»

Гермиона дочитала статью и с негодованием впилась взглядом в подпись – «Элфиас Дож».

Это престарелый дружок Дамблдора, кажется, наследница Тёмного Лорда мельком видела его лет пять назад на свадьбе Билла и Флёр и уж точно читала в книге Риты Скитер немало примечательного. Но что же себе позволяет этот дерзкий седой одуванчик?!

– Что это? – осипшим от негодования голосом прошептала Гермиона вслух. – Что это такое?! – с внезапно нахлынувшей яростью вскричала молодая ведьма, и вскочила на ноги. – Как они смеют?! Как они могут такое писать о Етте?! Ползучая гадина?! Моя дочь – ползучая гадина?! Да как он осмелился?!

– Милорда нет в гимназии, – злорадно сообщила Джинни. – Возможно, он уже разбирается с этим, – последнее слово она произнесла, кивая на смятую в руках Гермионы газету. – Это всё целитель или та стерва! – добавила младшая Уизли. – Пока мы ждали тебя, Етта зашипела в детском манеже на какого-то мальчишку, и его мамаша явно была недовольна. Добраться бы до неё…

Гермиона сжала кулаки и с отчетливостью поняла, что сама готова разнести на куски редакцию «Пророка» и Элфиаса Дожа в придачу. Как это подло – вплетать ребёнка в политическую грязь! Что Орден Феникса позволяет себе?!

– Хочу посмотреть ему в глаза, – вдруг сказала она, – этому мерзавцу.

– Боюсь, поздновато, – зло хмыкнула Джинни.

– Стоп, – вдруг сказала Гермиона и почувствовала, что спина в минуту покрылась липким потом. – Они же… они же не убьют его из-за моего ребёнка?

Джинни подняла брови и хмыкнула вновь.

– Но…

Гермиона растерялась. Злость отступила так же стремительно, как и нахлынула.

– Mon Pere нет в гимназии? – тихо спросила она, и Джинни кивнула.

Молодая ведьма резко сдёрнула с плеча кофточку и решительно прижала похолодевшие пальцы к Чёрной Метке.

– Что ты делаешь?! – подскочила Джинни, бледнея на глазах и начиная лихорадочно приглаживать волосы.

Резкая жгучая боль обожгла руку, и Гермиона стиснула зубы. Джинни с яростью посмотрела на неё и быстро выхватила волшебную палочку, направляя на окна – стёкла на террасе мгновенно запотели. Гермиона запоздало поняла, что они на виду у всех соседей. Хотя сейчас это всё равно мало волновало её. Только бы успеть.

С громким хлопком на террасу дома Грэйнджеров трансгрессировал Лорд Волдеморт.

В своей новой ипостаси, красноречиво описанной Дожем, он выглядел так же непроницаемо, как и всегда – только лёгкое вопросительное выражение лица выдавало эмоции.

Волдеморт бросил быстрый оценивающий взгляд вокруг.

Гермиона сильнее сжала газету. Джинни, начиная немного алеть, поклонилась.

– Всё в порядке? – приподнимая левую бровь, спросил Тёмный Лорд.

– Нет, не всё! – со внезапной злобой крикнула Гермиона, забывая, зачем звала своего отца, и взмахивая мятой газетой. – Что Орден Феникса себе позволяет?!

– Спокойнее, дамы, – усмехнулся тот в ответ, определённо начиная веселиться. – Джэнни, присядь, тебе вредно волноваться, – добавил он. Джинни дрожащей рукой взялась за стол и опустилась на диванчик, не отрывая взгляда от Тёмного Лорда. – Орден Феникса тут ни при чём, – сказал он после этого Гермионе. – Осмелюсь предположить, они будут возмущены даже более тебя.

– Ни при чём? – подняла брови Гермиона. – Разве Элфиас Дож – не член Ордена Феникса?

– Уже давно нет, – ухмыльнулся её собеседник, складывая руки на груди и прислоняясь к стене. – Насколько мне известно, мистер Дож со скандалом покинул эту организацию, ибо не считает приемлемым какое-либо сотрудничество со мной.

– Орден Феникса сотрудничает с тобой?! – вытаращила глаза Гермиона, опускаясь в кресло.

– Приползли как миленькие! – подала голос Джинни.

– Джэнн, дорогая, ты не права, – с мягкой иронией прервал её Волдеморт. – Не стоит говорить об Ордене Феникса в столь пренебрежительном тоне. Минерва умная женщина и отличный руководитель. Я почти восхищаюсь ею. И можно представить её реакцию на это, – он со смешком кивнул на скомканную газету, которую Гермиона бросила на стол.

– Хочешь сказать, что МакГонагалл настолько сотрудничает с тобой, что её должны напрягать такие выпады? – совершенно опешила Гермиона. – Мир сошёл с ума… Прости, просто… МакГонагалл!

– Эти, как ты выразилась, «выпады» – всего лишь смешны и ужасно наивны, в них нет реально силы, и они скорее играют на руку мне, чем вредят в чём-либо.

– Оскорбления в адрес моей дочери играют тебе на руку?! – опять закипела Гермиона.

– Я имею в виду не это, – остановил её Волдеморт. – А то, что для основной массы волшебников создаётся иллюзия демократии. И пока остаются такие энтузиасты правого дела, как Элфиас Дож, мне даже не нужно расходовать свои силы на создание этой иллюзии. Если ведущее издание Королевства может себе позволить безнаказанно печатать статьи с прямыми оскорблениями мне и моей семье – значит, в обществе царит высшая справедливость и свобода волеизъявления, – с насмешкой пояснил он. – Есть вещи, на самом деле пустые, сколь обидными и вызывающими они не казались бы на первый взгляд, кои вполне позволительно допускать. Даже необходимо. Поверьте, «Ежедневный пророк» никогда не напечатает ничего по-настоящему ненужного.

– Например, о трагедии в семье Афельбергов? – с вызовом спросила Гермиона, посмотрев прямо во всё ещё багряные глаза Волдеморта. Джинни под столом пнула её по ноге.

– Например, об этом, – невозмутимо кивнул он в ответ. – Пресса действует в допустимых границах свободы. Как и всё остальное.

– А у тебя есть какие-то границы? – тихо спросила молодая ведьма, игнорируя растущее негодование Джинни.

– У нас, Кадмина, – странным голосом ответил Волдеморт. – У нас они широки и размыты, и мы делаем всё, чтобы убрать их совсем.

– Ради общего блага? – горько сощурилась Гермиона, вытаскивая из пачки сигарету.

– Ради личного удовлетворения.

– Даже так? – Она закурила.

– Это всегда было так, – пожал плечами Тёмный Лорд. – И ты это знаешь.

– Значит – смириться?

– Зачем же мириться? – доброжелательно заметил колдун, отрываясь от стены и делая шаг к столу. – Ищи своё самоудовлетворение, такое, каким его понимаешь ты. Только ищи, а не сиди здесь, задыхаясь в дыму и пустых упрёках. – Гермиона опустила глаза. – Подумай об этом, Кадмина, – внушительно сказал Тёмный Лорд, – подумай очень серьёзно. А пока – позволишь мне поговорить с Джэнн наедине?..